Почти инцест

– Не могу поверить, что ты никогда не сосала мужские яйца. – Сказал дядя, с интересом разглядывая меня.

– Ну, как-то не доводилось… – я покраснела и опустила глаза.

– и в попку наверно ещё не пробовала? – Насмешливый тон меня окончательно смутил.

– Ладно, если не хочешь, не отвечай. Просто это странно, но дожила до восемнадцати лет, а у тебя совершенно нет никакого опыта.

Я сидела перед ним на коленях и с интересом изучала его гениталии. Было так странно ощущать языком бархатность этих нежных мешочков. Его яйца были гладко выбриты, но кое-где пробивала щетина, и немного кололо язык.

– У меня есть опыт, ты же знаешь, у меня был парень. – Сказала я, проводя пальцем по шовчику мошонки и перекатывая в своей ладони его нежные шарики.

– Ну так что, будешь сосать яйца или нет? Ты же проиграла мне в карты, а долг превыше всего.

– Буду. – Вздохнула я. 

Какого черта я подписалась на это? Тоже мне, игрок номер один. Знала ведь, что могу проиграть.

Впрочем, на кону стояло кое-что интересное, дядя обещал на месяц отдать свою машину в распоряжении, а мне было бы это очень даже кстати, чтобы понтоваться перед подругами в универе.

– Член сосать тебе не буду! – Строго сказала я, подняв глаза. Он только ухмыльнулся. Он уже давно просит сделать это для него, но я всегда отказываю.

Вообще я знаю, что такое минет, мой парень давно просит, чтобы я взяла в рот, но я как только представлю, что кто-то кончит мне в горло и мне придётся давиться спермой, то меня сразу же начинает тошнить.

Меньше всего мне хотелось бы получить такую психологическую травму.

Я выхватила губами яичко и, зажмурившись, нежно втянул его в рот. Начала перекатывать языком, представляя, что у меня во рту конфетка. Главное, не забыться и не укусить.

– А, может быть, всё-таки возьмёшь в рот? Прямо чуть-чуть, все равно когда-нибудь нужно начинать... – Начал клянчить дядя.

Я игнорировала, продолжая сосать яичко. Он тяжело вздохнул и отстал. Только спустя минуту он сделал недовольное замечание, что я могла бы время от времени переключаться с одного шарика на другой.

Я снова промолчала, но выполнила его просьбу.

Пока я сосала яйца, носом и щекой постоянно задевала пенис, и с удивлением замечала, насколько он горячий. Это было так удивительно, потому что яички все это время продолжали оставаться холодными, даже несмотря на все мои манипуляции ртом.

– Ну, хоть рукой можешь потрогать? – Обиженным тоном спросил мой родственник.

Я осторожно обхватила ладонью его член. Он был такой скользкий от смазки, и при мысли о том, что я возьму его в рот, мне стало не по себе.

– Вот так вот, крепче. – Он обхватил свои ладонью мою руку и начал двигать её, показывая мне, как нужно правильно мастурбировать.

– А грудь дашь свою полизать? – Снова спросил он.

Я оторвалась от процесса сосания его шариков и грозно посмотрела снизу вверх.

– Не слишком ли ты много хочешь за один проигрыш в карты? Следующий раз сыграем на это.

– Какая же ты сложная и скучная. – Протянул дядя, а я снова припала к его пушистым мешочку.

– Вот твоя мать в твоем возрасте была более сговорчивой. – Простонал он, тяжело дыша от возбуждения.

– Что? – Я снова удивлённо посмотрела на него. – Дядь, только не говори, что ты делал это со своей родной сестрой?

– Может быть делал, а может быть, и нет, я что, не могу пофантазировать? – Засмеялся он.

– Ну ты и дурак! Я правда подумала что ты и моя мама…

– А что, по-твоему это не нормально? – насмешливо спросил дядя.

– Ну, вообще-то так нельзя, родным нельзя… Это инцест!

– Ну, мы с тобой тоже не чужие. – Снова смеялся он, слегка отстраняя меня от своего паха. 

– Ну, дядя и племянница – это другое. – Сознанием дела сказала я. – Тогда же люди женятся, по крайней мере в книгах. Так что, это не инцест, а почти инцест.

– Как скажешь, но учти, жениться я пока не планирую, я ещё слишком молод для этого.

– 35 лет для тебя ещё молод? – Я скривила лицо. – Да ты уже старик! Тебе пора подумать о детях.

– Прости, предпочитаю жить для себя, к тому же, разве я смогу играть с тобой в наши игры, если женюсь?

– Будешь играть в эти игры со своей женой, – отозвалась я.

– Ну уж нет, – ответил дядя с обидой в голосе, – До тех пор, пока ты не дашь полизать мне свою грудь и не пососешь мой член, даже не мечтай о том, что я женюсь.

Я подняла голову и, прищурившись, посмотрела ему в лицо:

– То есть для того, чтобы ты женился, я должна все это сделать? Взять в рот твой член и дать облизать свою грудь?

– И не только это, – строго ответил он, – Ты пока не отвлекайся. Соси яички, начнем с самого минимума.

Я продолжила играть с его мошонкой, беря в рот то одно, то другое яичко. На самом деле, занятие было скучным, а я сама чувствовала какое-то легкое возбуждение внутри себя. Может быть, если бы я была посмелее, уже давно бы развела ноги и позволила дяде войти в меня. Но я не была такой, я даже своему парню не позволяла большее, чем поцелуй в губы. Он, конечно, нервничает и обижается, но ничего, пусть терпит. Я должна созреть для такого. Просто тут речь шла про карточный долг, а долги я отдавать умею.

Меня больше волновали слова дяди относительно того, что у него что-то там могло быть с моей мамой. Они были родными братом и сестрой, и в моей голове не укладывалось то, как они могли спать, ну или предаваться каким-то пошлостям, будучи кровными родственниками. Неужели моя мама могла вот также брать эти же яички в свой рот? Водить по ним языком? А потом еще погружать в рот текущий от смазки пенис дяди, покрытый волнообразными венами? Такой твердый, горячий и такой опасный? Сердце колотилось от одной этой мысли.

– Может быть, попробуешь все же? – не отставал от меня дядя, а я обиженно поднялась и поравнялась с ним ростом.

– Отстань. Ты давишь на меня! Я устала сосать твои яйца. В следующий раз придумай занятие поинтереснее.

Глаза дяди погрустнели. Вот так всегда, я обижу человека, а потом корю себя саму за то, что говорю глупости. Сколько раз я так обижала своего парня, хотя он ничего плохого мне не делал? Ну да, лапал порой больно, пытался грудь тискать, но в остальном он был душкой: целовался и обнимался хорошо, говорил мне комплименты, защищал от приставаний других ребят.

В восемнадцать лет я все еще была девственницей. Не потому, что берегла себя для мужа, а потому что пока не была готова. Я хотела волшебства, а пока в моей жизни случались лишь серые и скучные банальности. Да, я видела мужской член, сегодня вот яйца лизала и сосала, но разве же это волшебство?

Я хотела чего-то особенного, такого, чего не было и у половины жительниц этой планеты. И я говорю не о любви, а исключительно о зове плоти.

Когда мне было семь лет, я стала свидетельницей одного события. Моя мать, женщина далеко не пуританского воспитания, подселила к нам в квартиру очередного хахаля. 

На моей памяти их было немало, только с последним из них она успокоилась на несколько лет. Так вот, был один из них, с огромным членом, который выглядел безумно большим, даже в сравнении с головой матери. 

И я встала однажды утром, чтобы умыться, позавтракать и, как обычно, идти в школу, но вместе привычного распорядка дня стала свидетельницей того, как моя мать брала в рот.

Я замерла. Проходила в ванную, а по пути туда увидела свою мать, стоявшую на коленях и берущую в рот нечто огромное, что торчало между ног ее очередного приятеля. 

Такой большой отросток, напомнивший мне банан, а я очень любила бананы и мы часто покупали их в магазине на первом этаже нашего дома. После этого я этот вид лакомства разлюбила, а вот моя мать, похоже, полюбила их страстной любовью и навсегда. И до этого она их любила и, наверняка, всякий раз, погружая их в рот, представляла тот самый предмет, что торчал между ног каждого ее мужика.