От Отвергнутой Омеги к Верховному Белому Волку

Я умирала на банкете, кашляя черной кровью, пока стая праздновала повышение моей сводной сестры Лидии.

Через весь зал Дамир, Альфа и мой Истинный, смотрел на меня без тени беспокойства. Он был взбешен.

— Прекрати, Алёна, — прогремел его голос в моей голове. — Не порти этот вечер своими лживыми выходками, лишь бы привлечь внимание.

Я умоляла его, твердила, что это яд, но он лишь приказал мне убираться из Дома Стаи, чтобы я не запачкала пол.

С разбитым сердцем я публично потребовала Ритуал Разрыва, чтобы разорвать нашу связь, и ушла умирать в одиночестве в дешевом мотеле.

Правда вскрылась лишь после того, как я испустила последний вздох.

Я отправила Дамиру медицинские записи, доказывающие, что Лидия десять лет подсыпала мне в чай волчий аконит.

Он обезумел от горя, осознав, что защищал убийцу и отверг свою истинную пару. Он пытал Лидию, но его раскаяние не могло вернуть меня к жизни.

Или так он думал.

В загробном мире Лунная Богиня показала мне мое отражение. Я не была безволковой слабачкой.

Я была Белой Волчицей, самой редкой и могущественной из всех, чью силу подавлял яд.

— Ты можешь остаться здесь в покое, — сказала Богиня. — Или можешь вернуться.

Я посмотрела на жизнь, которую у меня украли. Я посмотрела на силу, которой мне так и не дали воспользоваться.

— Я хочу вернуться, — сказала я. — Не ради его любви. А ради мести.

Я открыла глаза, и впервые в жизни моя волчица взревела.

Глава 1

Алёна

Хрустальная люстра над банкетным залом головокружительно вращалась, калейдоскоп света и стекла, издевающийся над тьмой, что расползалась по моим венам. Воздух был пропитан запахом жареной оленины, дорогого парфюма и тяжелыми, мускусными феромонами оборотней. Для всех остальных это был праздник года — Лидию, любимицу стаи, только что повысили до Элитного Воина. Для меня это были похороны.

Я кашлянула, прижав салфетку к губам. Когда я отняла ее, белый лен был испещрен черными точками. Это была не просто кровь. Это была гниль.

— У тебя мало времени, Алёна, — прошептал Доктор Стаи, наклонившись ко мне под предлогом проверки пульса. Его глаза были холодными, профессиональными и абсолютно купленными. В конце концов, он был на содержании у моего отца. — Волчий аконит кристаллизовался в твоем костном мозге. Твоя Внутренняя Волчица... я ее больше не слышу. Скорее всего, она уже мертва.

Моя Внутренняя Волчица. Дух, который должен был вести меня, защищать и позволять мне обращаться. Она молчала годами, подавленная «лекарством», которое моя сводная сестра Лидия заставляла меня принимать от моей «болезни».

Я посмотрела через зал. Вот он. Дамир.

Высокий, с широкими плечами в идеально сшитом смокинге, который не мог скрыть смертоносную мощь зверя-Альфы под тканью. Он смеялся над чем-то, что сказала Лидия, его рука собственнически лежала на ее талии.

Это зрелище ранило меня острее любого клинка. Дамир был Альфой Стаи Черной Луны. Самым могущественным волком в регионе. И он был моим Истинным.

Лунная Богиня соединила нас, душу с душой. Но ему не нужна была сломленная, безволкая Омега. Ему нужна была воительница, как Лидия.

Я закрыла глаза и потянулась разумом, подключившись к Мысленной связи. Это была телепатическая сеть, соединявшая каждого члена стаи, гул голосов, который я обычно блокировала. Я сосредоточилась только на нем.

*Дамир... пожалуйста,* — передала я, мой мысленный голос дрожал. *Мне нужна помощь. Мне больно. Кажется, я умираю.*

Через зал Дамир напрягся. Его смех оборвался. Он повернулся, его взгляд впился в меня. В нем что-то мелькнуло — беспокойство? инстинкт? — прежде чем это утонуло в ярости.

*Прекрати, Алёна,* — прогремел его голос в моей голове, холодный и твердый, как гранит. *Не порти этот вечер своими лживыми выходками, лишь бы привлечь внимание.*

*Это не ложь,* — взмолилась я, боль в груди усилилась, когда связь между нами завибрировала от его отвержения. *Доктор сказал...*

*Я сказал, молчать!*

Мысленный приказ обрушился на меня. Он не просто говорил, он использовал Голос Альфы. Это была ментальная тяжесть, которая заставила меня опустить голову, сокрушая мою волю. Но физическая боль в легких была сильнее. Я не могла сдержаться.

Я согнулась пополам, сильно закашлявшись. Брызги темной крови попали на белоснежную скатерть и растеклись по полу.

Музыка смолкла. Разговоры стихли.

Дамир оказался рядом в одно мгновение. Не чтобы помочь, а чтобы нависнуть надо мной, как грозовая туча.

— Ты пила вино? — прорычал он, его голос эхом разнесся по затихшему залу. — Ты же знаешь, твое слабое человеческое тело не переносит алкоголь. Посмотри, что ты наделала.

— Это... яд, — прохрипела я, глядя на него снизу вверх. — Дамир, посмотри на кровь. Она черная.

— Это красное вино, истеричка, — выплюнул он.

— О нет, Алёна! — Лидия появилась рядом с ним, ее лицо было маской идеального, обеспокоенного невинного создания. Она схватила Дамира за руку. — Она опять за свое, Дамир. Она завидует, потому что я получила повышение. Ей всегда становится плохо, когда я добиваюсь успеха.

*«Выведи ее отсюда»,* — прорычала моя мать, Светлана, через Мысленную связь. Ее голос был зазубренным ножом в моем мозгу. *Встань и уходи, пока я не выволокла тебя за волосы. Ты позоришь семью.*

Я посмотрела на Дамира. Моего Истинного. Мужчину, который должен был лелеять меня превыше всего. Он посмотрел на кровь на полу, затем на свои начищенные туфли, на носке одного из которых была капля.

Отвращение. Это все, что я увидела.

— Если собралась умирать, Алёна, — сказал Дамир, его голос был низким и жестоким, — сделай это где-нибудь в другом месте. Не пачкай мой Дом Стаи.

Что-то внутри меня сломалось. Это была не кость. Это была последняя нить надежды, за которую я цеплялась с восемнадцати лет.

Боль не утихла, но страх исчез. Его сменило холодное, пустое оцепенение.

Я вытерла рот тыльной стороной ладони, размазав черный яд по бледной коже. Я встала. Ноги дрожали, но я выпрямила колени.

— Вы правы, Альфа, — сказала я вслух. Мой голос был хриплым, но его услышали. — Я больше не буду пачкать ваш дом.

Я обратила свой взор на Верховного Старейшину, который сидел во главе стола, хмуро наблюдая за сценой.

— Старейшина, — сказала я. — Я требую Ритуал Разрыва.

По залу пронесся шепот. Ритуал Разрыва был древним, мучительным обрядом, насильно разрывающим связь Истинных. Его проводили редко, и обычно только тогда, когда один из пары совершал тяжкое преступление.

Глаза Дамира расширились, затем сузились в щелочки. Он схватил меня за руку, его пальцы впились в мою и без того покрытую синяками плоть.

*— Ты думаешь, можешь мне угрожать?* — прошипел он. — Думаешь, этот маленький спектакль заставит меня волноваться? Ты блефуешь.

— Я не блефую, — прошептала я. — Я ухожу.

— Тогда уходи! — взревел Дамир. Он оттолкнул меня.

Я пошатнулась, потеряв равновесие на скользком полу. Моя голова ударилась о мрамор.

— Убирайся вон! — он использовал Голос Альфы. — Катись!

Мое тело подчинилось раньше, чем разум. Я попятилась назад, униженная, сломленная, пока Лидия ухмылялась за его плечом.

Я встала, качаясь. Я не смотрела на него. Я смотрела на выход.

Моя Внутренняя Волчица издала последний, скорбный стон, звук абсолютного отчаяния, а затем замолчала. На этот раз я знала, что она не просто спит. Она умерла.