Тайный сын моего Альфы, моё окончательное отвержение

ОТ ЛИЦА ЭЛАРЫ:

В ту ночь поместье Альфы казалось мне не домом, а красиво украшенной тюрьмой. Воздух был пропитан ложью.

Когда Кайлен вошёл в дверь, от него пахло Серафиной. Не её духами, а её уникальным волчьим запахом — приторной смесью мёда и белладонны, от которой у меня скрутило живот. Это был интимный запах, который появляется только от близкого, продолжительного контакта. Метка другой самки на моём истинном.

Моя внутренняя волчица, часть меня, которую я едва знала, отпрянула с рычанием.

— Вот ты где, — сказал он голосом гладким, как полированный камень. Он двинулся, чтобы обнять меня.

Я сделала шаг назад. Это был не выбор, а рефлекс. Моё тело, сама моя душа, отказывались от его прикосновения. Связь истинных, которая когда-то жаждала его присутствия, теперь видела в нём источник яда.

Улыбка Кайлена дрогнула. Он увидел отторжение в моих глазах.

— Всё ещё дуешься из-за парка аттракционов? Не веди себя как ребёнок, Элара. Я куплю тебе то бриллиантовое колье, на которое ты смотрела. Самое дорогое в городе.

Он думал, что может купить моё прощение. Он думал, что я такая поверхностная. Такая простая.

Я заставила себя выдавить слабую, хрупкую улыбку.

— Я просто устала. Длинный день. — Я сыграла роль, которую он от меня ожидал: послушной, слегка обиженной пары.

Он купился. Он всегда покупался.

Позже, когда он крепко спал рядом, его дыхание было глубоким и ровным, я выскользнула из нашей постели. Лунный свет лился в окно, освещая путь к его личному кабинету. Единственной двери во всём поместье, которая всегда была заперта. Не на ключ, а на тяжёлый, богато украшенный замок из чистого серебра.

Серебро. Единственное вещество, которое могло обжечь наш вид, блокируя нашу силу и исцеление. Что бы ни было за этой дверью, он прятал это от других оборотней.

Я стояла перед кодовой панелью рядом с замком, сердце колотилось о рёбра. Я сделала дрожащий вдох и набрала цифры. Мой день рождения. День, когда у меня должно было быть первое Обращение. Тот же день, что и день рождения его сына.

0-8-2-1.

В тихом коридоре раздался мягкий щелчок. Серебряный замок втянулся.

Дверь распахнулась.

Кабинет был тёмным и пах старыми книгами и его запахом — кедром и зимним морозом. Я не стала включать свет. Мне это было не нужно. Моё волчье зрение прорезало тьму.

Я направилась прямо к его столу. В нижнем ящике, под стопкой финансовых отчётов, лежал фотоальбом в кожаном переплёте. Мои руки дрожали, когда я открыла его.

На первой фотографии были Кайлен и беременная Серафина, оба светились от счастья. На следующей — Кайлен держал новорождённого ребёнка. Страница за страницей документировали жизнь, о существовании которой я и не подозревала. Дни рождения, семейные отпуска, рождественские утра.

А потом я увидела это. Фотографию, от которой у меня перехватило дыхание. Это был семейный портрет. Кайлен, Серафина и маленький Лёва. Рядом с ними, улыбаясь, стояли мои родители. Бывший Альфа Роман и бывшая Луна Элеонора. Моя мать обнимала Серафину за плечи.

Они знали. Они все знали. Они были частью этой лжи с самого начала.

Моё горе сменилось ледяной яростью. Я подошла к его ноутбуку. Он, конечно, был защищён паролем. В отчаянной догадке я набрала те же цифры. Мой день рождения.

Доступ разрешён.

Я нашла всё. Папка с названием «Лёва» содержала его свидетельство о рождении, домашние видео его первых шагов, его первых слов. Другая папка, «Финансы», раскрывала весь заговор.

Последние пять лет мои родители выводили миллионы долларов с общих счетов стаи. Деньги переводились в подставную корпорацию. Название компании было Галерея «Рес».

Они использовали средства стаи, чтобы финансировать тайную жизнь моего истинного и его другой семьи. Для моей замены.

Мои руки двигались сами по себе. Я нашла в ящике его стола флешку и начала копировать всё. Каждый файл, каждую фотографию, каждую запись о транзакциях. Я зашифровала флешку сложной серией древних волчьих рун, языком, которым мой отец гордился, но так и не удосужился научить свою настоящую дочь. Я выучила его сама.

Когда последний файл скопировался, острая, злая мысль вторглась в мой разум. Это была не моя мысль. Это была проекция, вторжение. Серафина использовала связь Кайлена со мной, насильно внедряя образ в мою голову.

Это был тот самый семейный портрет с моими родителями.

Затем раздался голос Серафины, сочащийся ядом и триумфом.

*Слышала, ты чувствуешь себя обделённой. Просто напоминаю тебе о твоём месте, маленькая омега. Ты всего лишь удобная замена. Временная затычка с подходящей кровью.*

Омега. Самый низкий ранг. Термин, используемый для слабых, покорных, никчёмных.

Это было всё. Это был последний толчок. Горе ушло. Боль ушла. Остался только всепоглощающий, испепеляющий огонь.

Они хотели, чтобы я была временной заменой? Хорошо. Я покажу им, что бывает, когда пытаешься запереть в клетке Белую Волчицу.