Болею тобой

Матвей

Прижимать ее к себе так приятно. Она восхитительно пахнет. От нее просто сносит напрочь голову. А мои инстинкты… Черт! Я из последних сил держу себя в руках.

На ней обычное черное платье до колен, на ногах балетки. На бледном лице ни грамма косметики, лишь ее восхитительные рыжие кудри. И когда я говорил, что она прозрачна, я не врал, и ни коим образом не хотел ее обидеть. Мне жаль ее. Мне так сильно жаль, что у нее такая судьба. Что она мучается с моим смертельно больным братом, ночами ревет в подушку, обивает пороги церквей. А еще она не знает всей правды – даже если будет донор, и пересадка пройдет успешно, Денис может остаться инвалидом на всю жизнь. Риски, что донорский костный мозг не приживется слишком велики.

А прожить всю жизнь с инвалидом не самая лучшая перспектива для молодой девушки.

- Я не хочу спать с тобой. Я не могу изменить Денису, не могу, - ее начинает трясти, а в уголках глаз появляться слезинки.

- Ты не изменишь ему душой и сердцем. Ты все так же сильно будешь любить его и верна ему.

Секс – это просто физическое удовлетворение. Физическая измена это ничто, Настен. Ты студентка меда, тебе ли этого не знать? – моя правая рука легонько сдавливает ее грудь через платье и она всхлипывает.

- Я дам тебе разрешение на донора, я позволю тебе заключить с ним договор, я все сделаю, что бы Денис жил. Но я и сам хочу жить. Хочу любить тебя, раз не выходит быть любимым тобой, - она замерла на месте, когда вторую руку я просунул ей за спину и потянул молнию на платье.

- Я не могу, это не правильно, Матвей. Я себя возненавижу. Я не, - но я не позволяю ей договорить, затыкаю ее рот поцелуем. Сначала целую ее медленно, а затем проталкиваю свой язык в ее сладкий ротик.

Она пытается оттолкнуть меня, бить своими худенькими ручками, но ничего не выходит.

- Не целуй меня! Нет! Поцелуй это уже эмоциональная близость. Хочешь трахать – трахни, но не целуй, Матвей.

Меня разозлили ее слова. Я буду ее целовать! Буду! – и нарочно прикусил ее губу до крови, сперва сорвал со стола скатерть со всем содержимым и опрокинул Настю на гладкую поверхность.

Я слизал каплю крови с ее нижней губы. Она смиренно легла спиной на стол, но ноги так и продолжали свисать, и едва касаться пола.

Простой черный лифчик и такие же трусики, без всяких бантиков и кружев. Все в меру. Все таки она настоящая скромница. и это безумно подкупает.

- Ты станешь моей любовницей на постоянной основе, Настен, - она попыталась сжать ноги, но я рывком раздвинул их своим коленом.

Потянулся к ремню, и ровно через минуту избавился от всей мешающий мне одежды – брюк и боксеров.

Она молчала, даже не смотрела на меня. Отводила взгляд в сторону, куда угодно, лишь бы не на меня.

- Это только начало! – прошипел, когда подтянул ее за бедра к краю стола.

- Это начало твоего конца, Матвей. Поверь мне. Ты возненавидишь себя…

Снова заткнул ее, сдвинул пальцами в сторону трусики, и одним резким толчком вошел в нее.

Черт! Как же охерительно! Начал сначала медленно двигаться, а затем с каждым последующим толчком наращивать темп. Она уже не лежала на спине, я тесно прижимал ее к себе, покрывая поцелуями – ее шею, ключицу, плечи. Покрывая поцелуями все открытые участки ее тела, продолжая глубоко и яростно биться в ней. Рукой вцепился в ее рыжую гриву и сильно сжал, заставив наконец-то ее посмотреть на меня.

- Смотри на меня! – со стоном проговорил ей в рот, и в этот раз погрузился в нее до самого упора, но она лишь всхлипнула, но на меня так и не посмотрела.

- Ты же делаешь только хуже, сладкая, только хуже, - в наказание я начал трахать ее еще жестче и резче.

И наконец-то то из нее вырвался первый стон удовольствия. Развернуть бы ее к себе спиной, и взять сзади, - мелькнула в моей голове мысль, но тут же я отбросил ее. Я видел, что еще совсем немножко и Настя просто потеряет сознание. Сил в ней практически не осталось. Пару резких толчков и я получаю долгожданную разрядку, а Настя…

- Я презираю тебя, Матвей, - Прямо в губы, а затем плюет мне в лицо.