Когда наследник мафии разбил моё сердце

Логотип, который я сама создала для новой компании Даниила Макарова, — подарок на мой двадцать второй день рождения и предполагаемое начало нашей совместной жизни, — выскользнул из моих пальцев в тот самый миг, когда я услышала, как он говорит своему советнику, что инсценирует помолвку, чтобы от меня избавиться.

Он с глухим стуком упал на плюшевый ковер у дверей его личного кабинета. Звук утонул в низком гуле музыки, доносившейся из клуба. Мой мир погрузился в тишину.

Глава 1

Серафима

Я любила Даниила «Тень» Макарова с пятнадцати лет. Он был наследником криминальной семьи Макаровых, а я — дочерью правой руки его отца, Льва Морозова. В нашем мире он был моим Боссом, моей судьбой. Я убедилась в этом в шестнадцать, на благотворительном вечере Макаровых. Кусок строительных лесов, тяжелый и смертоносный, сорвался прямо надо мной. Даниил двигался как молния, размытое пятно дорогой шерсти и грубой силы. Он рванул меня назад, его хватка была железной на моей руке, как раз в тот момент, когда металл рухнул туда, где я только что стояла.

Он ничего не сказал. Просто посмотрел на меня сверху вниз, его темные глаза оценивали, прежде чем бросить в мои дрожащие руки серебряную монету. На ней был герб Макаровых. Безмолвное, властное заявление права. Мой защитник. Я всегда носила эту монету с собой, как священную связь с нашим общим будущим.

На мой восемнадцатый день рождения, полная шампанского и глупой смелости, я во всем призналась. Я поцеловала его. Он, казалось, был скорее раздосадован, чем что-либо еще, на его губах играла слабая ухмылка. «Когда тебе будет двадцать два и ты закончишь учебу, — сказал он, его голос был низким рокотом, вибрировавшим во мне, — если в тебе все еще останется эта... преданность... может, я и подумаю о том, чтобы связать наши судьбы».

Приказ Босса.

Я восприняла его небрежные слова как священную клятву, обещание брака по расчету, который свяжет наши семьи. Я построила всю свою жизнь вокруг этого. Я поступила в МАРХИ в Москве, чтобы быть ближе к сердцу его империи. Четыре года я оттачивала свое мастерство, ожидая.

Сегодня был мой двадцать второй день рождения. Кульминация всего. Я разработала идеальный логотип для его нового легального бизнеса, элегантную, современную эмблему, одновременно красивую и устрашающую. Это была моя душа на бумаге, свидетельство моей преданности. Подарок, чтобы скрепить наш семейный союз.

Теперь, стоя у его личного кабинета, я услышала правду.

— Она — обуза, Витя, — в голосе Даниила сквозила ярость. — Эта ее одержимая преданность — помеха.

— Так какой план, Босс? — спросил Виктор, его советник.

— Изабелла амбициозна. Она сыграет свою роль. Мы объявим о помолвке. О ребенке. Этого должно быть достаточно, чтобы навсегда отпугнуть маленькую Морозову. Она слишком... чиста для всего этого. Это для ее же блага.

Женщина рассмеялась, гортанным, уверенным смехом. Изабелла Романова. Чужая, карьеристка.

— Не волнуйся, Даниил. Я сделаю все очень убедительно.

У меня перехватило дыхание, болезненно, резко. Логотип, мое подношение, лежал забытый у моих ног. Серебряная монета в кармане вдруг стала ледяной.

Я повернулась и пошла прочь. Я не бежала. Мои движения казались отстраненными, словно я наблюдала за кем-то другим. Я толкнула тяжелые двери клуба и вышла под московский дождь. Было холодно, и он за секунды пропитал мое платье, но я этого не чувствовала.

В сумочке завибрировал телефон. Даниил. Потом мой брат, Лев. Я отключила звук, засунув его поглубже в сумку.

Он не хотел моей преданности. Он хотел от меня избавиться. Так я и сделаю. Я сама разорву эту связь.