Преданный любовью: Месть гения

На круглой подъездной дорожке санатория стоял сделанный на заказ бронированный черный Rolls-Royce Phantom. Выхлопные газы клубились в морозном утреннем воздухе.

Артур Богданов, давний водитель семьи Морозовых, стоял у задней двери. На нем были белоснежные перчатки.

Когда Леонид подошел, Артур открыл тяжелую дверь и слегка склонил голову. Леонид скользнул на просторное, обитое мягкой кожей главное сиденье.

Аделина шагнула вперед, сжимая в руках картонную коробку. Она хотела последовать за Леонидом на заднее сиденье.

Артур резко выставил руку. Его локоть незаметно, но твердо преградил ей путь.

Аделина подняла глаза. Лицо Артура было маской вежливого безразличия, но в его глазах читалось отвращение. Он кивнул подбородком в сторону откидного сиденья, обращенного назад — тесного, узкого складного кресла, предназначенного для помощников или багажа.

Аделина не стала спорить. Она не тратила слов. Она протиснулась мимо преградившей ей путь руки Артура, согнула колени и села на жесткое откидное сиденье.

Артур захлопнул дверь. Тяжелый глухой удар запечатал их в звуконепроницаемом коконе.

Двигатель заурчал. Лимузин плавно тронулся, оставляя позади железные ворота «Соснового бора».

Воздух в машине был удушающим. Отопление было включено на полную мощность.

Леонид открыл хрустальный графин в центральной консоли. Он налил себе на два пальца янтарного виски. Он не предложил Аделине воды. Он даже не посмотрел, удобно ли ей.

Он сделал медленный глоток, позволяя льду звякнуть о стекло.

— Сегодня вечером там будет весь совет директоров, — сказал Леонид, глядя на проносящиеся мимо деревья. — Мэр. Семья Соколовых. Пресса.

Он взболтнул виски в стакане.

— Даже не думай выкинуть какой-нибудь номер, Аделина. Сегодня ты — призрак. Ты существуешь лишь для того, чтобы Алина сияла ярче. Ты покажешь им, какой больной ты была и как великодушно она тебя простила.

Леонид полез в свой сшитый на заказ пиджак и достал тяжелую карточку с тиснением. Он бросил ее ей на колени, и острый угол оцарапал ей бедро. — Заучи каждое слово на этой карточке, — приказал он, его глаза превратились в опасные щелочки. — Если пропустишь хоть слог, я лично утащу тебя обратно в ту изоляционную палату.

Аделина смотрела в тонированное окно. Голые деревья сливались в серую полосу. Ее лицо было совершенно бесчувственным.

Отсутствие реакции с ее стороны заставило мускул на челюсти Леонида дернуться. Он ненавидел, когда она не плакала.

Он потянулся к сиденью рядом с собой. Он взял плотный глянцевый черный бумажный пакет и с силой швырнул его Аделине.

Острый, жесткий край пакета ударил Аделину по тыльной стороне ладони.

Резкая боль обожгла кожу. На костяшках пальцев появилась тонкая красная полоска, на которой выступила крошечная капелька крови.

— Наденешь это, когда приедем в отель, — рявкнул Леонид. — Ты выглядишь как нищенка, вылезшая из мусорного бака. Я не позволю тебе позорить нас еще до выхода на сцену.

Аделина посмотрела на пакет. Она засунула руку внутрь и вытащила ткань.

Это было платье. Тусклого, безжизненного, пепельно-серого цвета. Бесформенный и консервативный крой был создан для того, чтобы его обладательница стала совершенно незаметной. Идеальный наряд, чтобы контрастировать с любым сверкающим платьем, которое наденет Алина.

Аделина прикрыла уродливой тканью кровоточащую руку.

— Спасибо, брат, — сказала она. Ее голос был ровным, механическим и совершенно пустым.

Леонид фыркнул. Он отвернулся и до конца поездки смотрел в свое окно.

Прошли часы. Серый пейзаж сменился высокими зданиями из стали и стекла Манхэттена. Неоновые огни городских улиц просачивались сквозь тонированные стекла, заливая бледное лицо Аделины.

Она подняла глаза на светящийся шпиль Эмпайр-стейт-билдинг.

Ее пальцы сжались на плотном бумажном пакете. Острый край впился в ладонь, но она приветствовала эту боль. Она сглотнула тяжелый ком унижения, застрявший в горле.

Лимузин замедлил ход. Он не подъехал к парадному входу гостиницы «Метрополь» с красной ковровой дорожкой. Вместо этого он свернул в темный узкий переулок и резко остановился у служебного входа в отель.