Девочка бандита. Второй шанс

Последние слова этих упырей заставляют меня притихнуть. Только слезы теперь уже градом льются из глаз. Впервые мне настолько страшно за свою жизнь.

После слов блондина я впервые осознаю, что никто из них не собирается останавливаться. Один из них уже довольно пьян. Он выпил залпом два стакана какой-то янтарной жидкости, и теперь его взгляд совсем поплыл и стал просто диким. Двое остальных остаются абсолютно трезвыми, а значит, они отлично понимают, что творят.

Я не знаю, сколько времени это продолжается. Видимо просто теряю счет часам, или это лишь бесконечные минуты. Мужчины забавляются со мной, как с игрушкой. Они перекидывают меня с рук в руки, вселяя адский ужас и источая предельное удовольствие от происходящего. Их грубый запах отталкивает, а липкие прикосновения вызывают отвращение и рвотные спазмы.

В какой-то момент меня подхватывают на руки и несут к столу. Мое извивающееся, словно уж тело, распластывают на твердой поверхности стола.

Их руки, словно тиски, пережимают жизнь в моих руках и ногах, испепеляя всякую надежду на спасение. Если это ад, то значит сейчас я в самом его центре.

Один из них разрывает на мне куртку и довольно присвистывает, увидев мою фигуру.

— Ух какая! Крошка, а ты хороша! Еще лучше, чем я ожидал. Ен, подержи ее, хочу посмотреть шкуру ближе.

— Молоденькая совсем, а кожа какая, чистый сахар!

Второй весь татуированный, от него жутко несет алкоголем. В какой-то момент он подхватывает бутылку все с той же янтарной жидкостью, и щедро поливает меня ею, от чего мое платье вмиг становиться мокрым и неприятным. Волосы слипаются и пропитываются едким запахом спиртного. Я с трудом сдерживаю рвотный спазм. С детства не переношу запаха алкоголя.

Их руки грубые как клешни, они хватают меня за бедра, больно сжимают небольшую, но округлую грудь. Единственной преградой от смерти для меня остается полуразорванное платье, которое уже успевает превратиться в бесформенную паклю.

Заикаясь от истерики и слез, я делаю последнюю попытку достучаться до них:

— Прошу, не надо! Вы же не звери, отпустите, умоляю. Оставьте меня!

Тот, которого называют Чика, грязно смотрит на меня.

— Ну-ну, чего брыкаешся? Я же вижу, ты хочешь! Я буду первым.

Он тянет свои руки к моей груди, одним махом разрывая верхнюю часть платья.

— Неет! Не хоч…я не хочу! Уберите от меня свои руки! За что вы так, я ничего вам не сделала! Не трогайте, прошу вас…

От шока меня словно парализует. Мне становиться трудно шевелить губами. Пальцы рук и ног немеют, а перед глазами все плывет. Я не знаю что это, я как будто успокаиваюсь, даже становиться как-то все равно где я, и что со мной.

Мне вспоминается сегодняшний день, то как я радовалась, что сдала экзамен и сделала еще один шаг к своей мечте — стать врачом. Теперь все наладиться, теперь все…

— Эй-эй…птичка! А ну не спать. Не спать!

Чувствую грубые шлепки по щекам. Они не дают мне провалиться в такую желанную сладостную паутину, возвращая в ад происходящего. Я физически не могу больше просить их остановиться, лишь издаю истеричное прерывистое мычание, хриплю, пытаюсь кусаться. Мое сердце ломает грудь, еще немного, и я умру сама, даже раньше, чем они того хотят. От страха.

Проходит еще каких-то несколько секунд, но мне кажется, что это не заканчивается никогда. Меня бьет крупная дрожь по всему телу, и только одна мысль кругами ходит в голове — они точно убьют меня здесь, порвут, разорвут на куски…

Сумасшедший поток моих мыслей прерывает грохот распахнувшейся двери. Сразу же доносится сильный запах древесины и мускуса. Грубый, но в то же время бархатный голос заставляет этих зверей на миг остановиться и оглянуться.

А я…я не могу даже сдвинуться с места, оставаясь в таком же униженном положении, распластанная на столе, мокрая, в разорванном платье с выглядывающим оттуда белым бюстгальтером.

— Что здесь происходит, мать вашу?