Месть художника — Искупленная любовь

Горький смех вырвался из моих уст.

Обещание. Он обещал мне.

Я сжала ручку своего маленького чемодана, костяшки пальцев побелели. Я посмотрела через холл на него, на мужчину, который должен был стать моим мужем, а теперь праздновал свой брак с другой женщиной.

Я вспомнила его мать, строгую, прагматичную женщину, которая убеждала нас пожениться побыстрее. «Слияние семей — это слияние компаний, Дмитрий. Это хорошо для бизнеса».

Он держал меня за руки и смотрел мне в глаза с такой любовью, что у меня сжималось сердце. «Нет, мама», — сказал он. — «Я женюсь на Алине, потому что люблю ее. И я хочу, чтобы наш день был идеальным. 20 мая. Это будет наш день».

Я спросила его, почему именно эта дата. Он лишь загадочно улыбнулся. «Это сюрприз».

Я ждала этого дня как дура. Милая, наивная дура. И в этот день он женился на Елене Беловой.

Моя рука с телефоном дрожала. Странное чувство облегчения охватило меня. По крайней мере, я не подписала с ним никаких бумаг. Я избежала юридического кошмара.

Мимо меня прошла медсестра, жуя маленькую, изысканную конфету. «Господин Орлов такой щедрый», — сказала она коллеге. — «Это шоколад ручной работы из Бельгии. Должно быть, стоил целое состояние».

Она заметила меня и с доброй улыбкой предложила мне конфету. «Вот, возьмите. Сегодня счастливый день».

Я не взяла. Я просто смотрела.

Я смотрела на Дмитрия. Он был так поглощен своей радостью, что даже не видел меня. Он вообще меня не заметил.

Затем рядом с ним появилась Елена, сияющая в простом белом платье. Она встала на цыпочки и застенчиво, мило поцеловала его в щеку.

Он повернулся и обнял ее, его улыбка была нежной и полной привязанности.

Подошла старшая медсестра. «Так когда же большое торжество? Мы все хотим увидеть прекрасную невесту в ее платье».

Дмитрий просиял. «На следующей неделе. Мы устраиваем грандиозную церемонию, и она будет транслироваться по всему миру. Я хочу, чтобы весь мир увидел, как сильно я люблю свою жену».

Он держал Елену за руку, выглядя как гордый, преданный муж.

Я повернулась и вышла из больницы.

Когда я вернулась домой, лавандовое платье ждало меня, разложенное на кровати. Платье, которое он хотел, чтобы я надела на его свадьбу.

Я взяла его, отнесла вниз к камину и подожгла.

Пламя лизало нежную ткань, превращая ее в черный пепел. Я смотрела, как оно горит, с бесстрастным лицом.

Затем я поднялась наверх и достала большую, тяжелую коробку из глубины шкафа. В ней были все подарки, которые когда-либо дарил мне Дмитрий. Каждый был завернут в особую бумагу, глубокого, небесно-голубого цвета.

«Почему этот цвет?» — спросила я его однажды, проводя пальцем по серебряным узорам звезд.

Он поцеловал меня тогда. «Потому что ты мое небо, Алина. Мое все».

Я помнила любовь в его глазах, тепло его рук. Все это казалось сном из другой жизни.

Я отнесла коробку вниз и высыпала содержимое в огонь. Пламя взревело, поглощая воспоминания, обещания, ложь.

Прошлое стало пеплом.

Я взяла телефон и сделала два звонка. Первый был агенту по недвижимости.

«Я хочу продать дом», — сказала я. — «Немедленно».

Второй был садовнику.

«Уберите все голубые гортензии из сада», — приказала я. — «Выкопайте их. Я не хочу видеть ни одной».

Он сам посадил их для меня, стоя на коленях в грязи. «Потому что они цвета твоих глаз, когда ты улыбаешься», — сказал он.

Они мне больше не нужны, — подумала я. Он мне не нужен.

После того, как все было сделано, я почувствовала глубокую, всепоглощающую усталость. Я пошла в свою пустую комнату и легла на кровать.

Я провалилась в беспокойный сон, но меня разбудило чувство, что за мной наблюдают. Чья-то рука гладила мои волосы.

Я резко открыла глаза.

Надо мной склонился Дмитрий, его лицо было в нескольких сантиметрах от моего. От него пахло дорогим шампанским.

Я оттолкнула его, перебираясь на другую сторону кровати.

«Что ты здесь делаешь?» — прошипела я. — «Ты теперь женатый человек, Дмитрий. Это неуместно».

Я вспомнила с тошнотворным содроганием, что у него все еще был ключ. Я мысленно пометила, что нужно сменить замки первым делом утром.

Он встал, выглядя обиженным. «Алина, не надо так».

Он снова потянулся, чтобы коснуться моих волос. «Просто потерпи еще немного. Я с ней разведусь, клянусь. И тогда я устрою тебе свадьбу века».

Его глаза были полны той же сильной любви, которую он всегда мне показывал. Это было идеальное представление.

«Тебе было больно», — тихо сказал он. — «Я знаю».

Внезапно снизу донесся пронзительный визг.

«Дима! Дима, где ты? Ты обещал, что не оставишь меня!»

Это была Елена. Она, должно быть, последовала за ним. Она, должно быть, все слышала.

Ее голос перешел в истерический крик. «Если ты вернешься к ней, я убью себя! Я сделаю это прямо сейчас!»

Мы услышали звук бегущих шагов из дома, а затем визг шин.

Мои родители, разбуженные шумом, вбежали в мою комнату. Они увидели две фигуры, выбегающие из дома, и посмотрели на меня с тревогой на лицах.

Я была слишком уставшей для этой драмы.

«Смените замки», — сказала я ровным голосом.

Мои родители обменялись обеспокоенным взглядом, но не задали никаких вопросов. Они просто тихо вышли из комнаты.

Я натянула одеяло на голову и пожелала, чтобы мир исчез.