По законам прайда. Мередит

- Дорогие присутствующие, мы собрались здесь и сейчас дабы стать свидетелями вступления в брак детей своих… - священник говорил так пафосно, что меня чуть не стошнило.

К сожалению, вся его напыщенность никак не вязалась с крохотной комнатушкой, украшенной кое-как искусственными цветами, давно потерявшими свой товарный вид. Даже стены здесь утратили свою белизну, склоняясь к грязно-желтоватому оттенку. Дешево и безвкусно.

Не так я представляла себе собственную свадьбу. По правде говоря, вообще ее никак не представляла по причине того, что церемонии среди представителей моей расы вообще не проводятся.

- Мередит и Остина, - продолжил вещать святой отец, окинув нас недовольным взглядом.

Причиной его осуждающего взгляда была я, и это было вполне объяснимо.

В своих потертых джинсах, белой футболке с надписью «живой не сдамся», старых кедах в цвет американского флага и нелепой фате я мало походила на невесту. Так толком и не решив, чего хочу больше – выглядеть немного празднично или до конца глупо – я обвязала пояс кусочком такой же белой ткани, из которой была сделана фата. Образ хулиганки удался на все сто. Дополняли его собранные в «конский хвост» волосы, подведенные густым черным цветом глаза и ярко выделенные красной помадой губы.

- Уважаемый! – нагло перебила я его речь, тем самым лишь подкрепляя о себе мнение, как о зарвавшейся девице.

Пожилой мужчина, одетый по случаю в черную рясу, посмотрел на меня, всем своим видом выражая, что такой хамки невесты он еще не встречал, хотя и прожил немало, и церемоний провел столько же. Нет, конечно, он не произнес ничего вслух, но его взгляд был красноречивее любых слов.

- Так вот, нас тут только двое: я и мой жених, - кивнула на усмехающегося мужчину, который стоял справа от меня и покорно ждал, когда нас соединят священными узами брака.

- И что, юная леди?

Я прямо опешила от такого обращения. Львицу вроде меня к леди точно не стоит относить. Однако продемонстрировать почему, простому человеку я не могла, из-за чего мое раздражение выросло еще больше.

- То, что нам не нужна вся эта вступительная речь. Просто пожените нас и дело с концом.

- Молодые леди в нынешнее время так быстро торопятся, что мешают себе насладиться самыми волшебными моментами в своей жизни, - негодующе проговорил священник моему жениху.

- Вы совершенно правы, - забавляясь, ответил этот пройдоха, который должен был стать моим законным мужем.

Чуть не зарычала от злости, но сдержалась, удовлетворившись ударом локтем по его ребрам.

Своего благоверного я знала от силы два дня. Мне повезло стать свидетельницей его карточного проигрыша, за который мужчину чуть не убили. Пришлось спасти несчастному жизни, выкупив тот самый долг, тем самым впечатлив мужа размерами своего банковского счета. Одно я знала точно – взяла и выдала себя. Мне оставалось или бежать из города, или предпринять кое-что такое, что взбудоражит двух вожаков, который сейчас находились на моем хвосте.

Одним из них был мой отец.

Мысли о нем сразу вызвали в голове образ моих троих братьев, которым вскоре должно исполниться по три года. Настоящие будущие вожаки. Уже сейчас они доводили свою маму, а по совместительству мою лучшую подругу, Элизабет, до бешенства своим упрямым характером.

Особенно Лестер. Первенец. Уже сейчас в нем ощущался будущий вожак. В отличие от своих братьев, Нейтена и Майлза, он беспрекословно слушался отца. Даже бунтовал против мамы. Вы спросите, как можно в неполные три года бунтовать? Запросто! Стоило Лиззи одеть его в футболку, которую папа находил неподходящей, как он просто срывал ее и рвал на разные части. Когда видел, что его поступок расстраивал маму, он забирался ей на ручки, обнимал и своим звонким голоском говорил: «Мамочка, я люблю тебя!»

Положа руку на сердце, честно скажу, что восхищалась хитростью младшего брата! Мелкий, а такой пронырливый. Чувствую, прайд всколыхнется, когда он повзрослеет. Его братья отличались более покладистым характером. Нейтен всегда вел себя тихо и спокойно, не доставляя родителям никаких хлопот. Майлз чаще велся на провокации старшего буквально на минуту Лестера и вместе с ним шалил.

Весь прайд обожал наших маленьких львят, но нянчить их – худшее наказание!

Пока я думала о своей семье, священник продолжал разглагольствовать, несмотря на мое требование. Неслыханная наглость!

- Ибо в него не следует вступать необдуманно, а лишь благоговейно, осмотрительно и торжественно!

Он так на меня посмотрел, словно я всемирное зло, которое заставляет несчастного мужчину жениться на себе. Честно говоря, он недалеко ушел от правды.

Мне было тошно от того, что сейчас я поступала почти так же, как мой старший брат Дерек. О нем не было слышно ничего с момента его нападения на Лиззи и оспаривания статуса вожака, но именно его коварный план натолкнул меня на идею, как избежать перехода в другой прайд.

Все же некие корректировки я внесла, потому что не собиралась приводить своего мужа на ферму, как и раскрывать перед ним секрет о существовании львов-оборотней, но даже это не отменяло того факта, что я использовала его, как и Дерек мою подругу Лиззи. Конечно, в ситуации с ней все обернулось лучшим образом, чем кто-либо мог представить. Она оказалась истинной парой моего отца, полюбила его и родила трех ангелочков, которые вносили яркие краски в нашу жизнь.

Бросила взгляд на Остина. Недурен собой, что не является для него секретом и чем он умело пользуется. Он должен стать моим спасением от закона прайда и получит за это кругленькую сумму. Это и было самой главной причиной, почему я выбрала именно этого мужчину. Он слишком любит деньги, но еще больше ему нравится их проигрывать. Я выбрала его, чтобы не испытывать угрызений совести, ведь перед отцом нам все же придется предстать в качестве законных супругов. В отличие от Дерека, я таки позаботилась, чтобы раздобыть лицензию на брак.

Из-за этого факта Остин светился радостью, явно предвкушая сорвать большой куш. Ох, бедняга не знал, что никакие юристы не помогут ему отсудить даже маленький кусочек фермы. По документам я не приходилась дочерью Соберу Башрон, потому что моя судьба была предрешена, как только я родилась. Дочь вожака по достижению возраста, когда она может войти в брачный период, покидает отцовский прайд и по договоренности переходит в другой, в котором подпадет под закон первенства, а значит, спарится с вожаком.

Именно этого я сейчас пыталась не допустить. Я, та, которая всегда поддерживала отца, чтила традиции своего народа, готовилась исполнить свой долг, сейчас отчаянно искала способ избежать уготовленной мне участи.

- В этом божественном храме судьбам двух людей суждено соединиться, - священник продолжал свои заученную до каждой буковки речь.

Язык чесался от желания заткнуть его, но приходилось сдерживать эти порывы.

- Если кто-либо из присутствующих знает причины, по которым это не может произойти - пусть скажет сейчас или вечно хранит молчание, - он взял многозначительную паузу.

- Святой отец, мы женимся в Вегасе, без родственников и друзей. Здесь некому высказаться против, - раздраженно бросила ему.

Но в этот момент дверь в часовню резко распахнулась, отчего я вздрогнула и повернулась на звук. В проеме, освещаемый дневным светом, угадывался лишь силуэт лишь силуэт. Однако, стоило услышать голос того, кто вторгся в наш маленький фарс, сердце мое забилось быстрее.

- Я против этой свадьбы. Эта девушка принадлежит мне!

Черт возьми, почему среди двух вожаков, которые преследовали меня, добрался первым тот, кого я и не рассчитывала увидеть?

Теперь отец точно убьет меня!

Свадьба с человеком, конечно, безрассудство, но спаривание с врагом – это настоящее предательство.

Смотря на то, как уверенно он приближается ко мне по проходу, я ругала себя, что по собственной глупости вляпалась в эту заварушку. Мужчина, от которого волнами исходила власть и сила, поравнялся с нами. Он улыбнулся, выставив напоказ свои белоснежные зубы, и с нескрываемым триумфом произнес:

- Ну что, дикая кошка, попалась?

И я бы с радостью выцарапала ему глаза, но тут мой несостоявшийся женишок решил показать, что он не пустое место:

- Уважаемый, а вы, собственно, кто?

Он прошелся по человечку уничтожающим взглядом. По моему позвоночнику пробежали мурашки. Великая мать-львица! Катастрофа только набирала оборотов.

- Я – ее супруг!

У священника с грохотом выпала книжечка из рук. Теперь в его глазах я была не просто вселенским злом, а настоящим дьяволом.

Кто же знал, что все так обернется, когда месяц назад я пожелала узнать, как выглядит тот, кому суждено стать моим первым мужчиной.