Развод с предателем сделал меня королевой

Дождь в Нью-Йорке не очищал; он был грязным и холодным, покрывая улицы пленкой, которая казалась вечной. Ветр не взяла семейный автомобиль. Она не хотела, чтобы водитель, человек из штата Шторма, фиксировал её перемещения. Она поймала желтое такси с потрескавшимся виниловым сиденьем, пахнущим старым табаком.

Пункт назначения: Бруклинская верфь.

На ней был неприметный бежевый тренч, шарф, высоко намотанный вокруг шеи, и огромные солнцезащитные очки. Для мира она была просто еще одной женщиной, пытающейся не промокнуть. Для сканеров распознавания лиц на входе в Лаборатории Алмаза она была призраком в машине.

Она миновала стойку регистрации. Ей не нужен был пропуск. Она поднесла запястье к датчику, и скрытый чип в её часах - не био-трекер, о котором знал Шторм, а модификация, сделанная ею самой - подал сигнал. Турникет щелкнул и открылся.

Охранник, пожилой мужчина по имени Клевер, в прошлой жизни служивший в спецназе, поднял взгляд. Он не сказал ни слова, просто резко, уважительно кивнул. Он знал, что она проверена. Он знал, что она не миссис Шторм.

Ветр шла по коридорам, гул серверов и запах озона успокаивали её нервную систему. Это была её церковь.

Она вошла в частную лабораторию доктора Папоротник. Папоротник сгорбилась над микроскопом, её рыжие волосы были собраны в небрежный пучок, скрепленный карандашом.

- Ветр, - сказала Папоротник, не поднимая головы. - Ты опоздала.

- Я инициировала стратегию выхода, - ответила Ветр, закрывая дверь и запирая её.

Папоротник развернулась на стуле. Её глаза расширились.

- Ты сделала это? Ты запустила часы?

Ветр сунула руку в карман пальто и достала USB-накопитель. Маленький, серебристый, он содержал достаточно данных, чтобы отправить Шторма в федеральную тюрьму за мошенничество, растрату и кражу интеллектуальной собственности.

- Часы тикают, - сказала Ветр. - У меня шесть дней, чтобы перевести активы и стереть историю. Мне нужно, чтобы ты подержала это у себя.

Она передала диск Папоротник. Та подключила его к изолированному терминалу. Строки кода побежали по экрану. Рот Папоротник открылся.

- Черт возьми. Он использует патенты, которые даже не защитил? Это... это финансовая пирамида, построенная на биотехнологиях.

Ветр подошла к сканеру сетчатки на дальней стене. Это был последний шаг для её предварительного допуска.

Она наклонилась. Красный лазер прошелся по её глазу.

Сканирование завершено. Субъект не распознан.

Ветр ввела последовательность цифр на клавиатуре ниже: идентификатор её оригинальной диссертации.

Переопределение принято. Личность подтверждена: Доктор Ежевика.

Красная лампочка на потолке беззвучно мигнула. Директор на этаже.

Ветр напряглась. Алмаз. Директор. Этот человек был призраком, легендой в своей области и пугающе проницательным. Она не была готова встретиться с ним. Пока нет. Сначала ей нужно было полностью отделиться от Шторма.

- Мне пора, - сказала Ветр. - Не публикуй данные пока. Жди моего сигнала.

Она выскользнула через черный ход лаборатории, двигаясь к главному атриуму. Атриум представлял собой массивную стеклянную конструкцию, открытую для публики во время встреч с инвесторами и PR-мероприятий.

Она была на полпути к выходу, когда замерла.

Возле VIP-лифтов, под огромным цифровым дисплеем спирали ДНК, стоял Шторм.

Он не был на совете директоров. Он не был в центре города. Он был здесь, в её святилище, пытаясь продать её науку инвесторам.

И он был не один.

Рубин была с ним. На ней было платье, неуместное для лаборатории, что-то тесное и красное. Она положила руку на предплечье Шторма, пальцы скользили по ткани его костюма.

Шторм наклонился, шепча что-то ей на ухо. Рубин запрокинула голову и рассмеялась, звук разнесся по гулкому пространству.

Ветр шагнула за бетонную колонну. Сердце колотилось о ребра. Если он увидит её здесь, игра окончена. Он узнает, что она не невежественная жена. Он узнает, что у неё есть доступ.

Телефон в её кармане завибрировал. Тот, за который платил Шторм.

Сообщение от Шторма: Встреча затянулась. Скука смертная. Скучаю по тебе.

Ветр наблюдала, как он отправляет сообщение. Она видела, как он печатал одной рукой, в то время как другая собственнически лежала на пояснице Рубин.

Она почувствовала странное ощущение. Это была не ревность. Это была диссоциация. Она чувствовала себя ученым, наблюдающим за крысой в лабиринте. Крысой, которая вот-вот войдет в ловушку.

Лаборант в белом халате прошел мимо колонны, почти столкнувшись с ней. Он открыл рот, чтобы извиниться, спросить, не заблудилась ли она.

Ветр повернула голову. Она опустила очки всего на дюйм. Её глаза были холодными, твердыми как кремень. Она приложила палец к губам.

Лаборант закрыл рот, тяжело сглотнул и поспешил прочь. Он не знал, кто она, но он узнал власть, когда увидел её.

Шторм и Рубин вошли в лифт. Двери закрылись.

Ветр выдохнула воздух, который, как оказалось, сдерживала. Она вышла под дождь, вода пропитывала пальто, смывая последние сомнения. Она не просто уйдет от него. Она разберет его на части, кусок за куском.

---