От отвергнутой истинной до Гаммы врага

Елизавета Волкова ПОВ:

Я смотрела на Константина Старостина, его предложение повисло между нами в холодном утреннем воздухе. Слева от меня был Блэквуд, территория лжи и разбитых сердец. Справа — неизвестность, вражеская стая, ведомая Альфой, чья репутация была столь же сурова, как и зимние бури, проносившиеся по его землям.

Выбора не было. На самом деле.

Не говоря ни слова, я шагнула вперед, и мой сапог плеснул в ледяной ручей. Я прошла по мелководью сквозь бурлящую воду, холод просачивался в мои кожаные сапоги, и вышла на другой стороне. На земле Стерлингов.

Я приняла предложение.

Константин коротко кивнул в знак одобрения. Он не стал расспрашивать о подробностях или моей истории. Он просто повернулся, и его широкая спина была безмолвным приглашением следовать за ним. В его походке чувствовалась тихая уверенность, которая странным образом успокаивала.

По мере того как мы углублялись на его территорию, само ощущение леса менялось. Воздух был свежее, лес — более диким, менее укрощенным, чем ухоженные леса Блэквуда. Он казался более настоящим, более первобытным.

В поле зрения появился Дом стаи Стерлингов, и он был совсем не похож на древнюю каменную крепость, которую я покинула. Это было современное строение из темного дерева, стали и огромных стеклянных панелей, отражавших окружающую дикую природу. Это было заявление о силе, а не о возрасте.

Мое прибытие не осталось незамеченным. Когда Константин вел меня через широкие тренировочные площадки перед главным зданием, воины Стерлингов прекращали свои занятия, их взгляды были прикованы ко мне. Они чуяли на мне запах Блэквуда, запах, столь же оскорбительный для них, как их запах для моей бывшей стаи.

Стена из мускулов и подозрений преградила нам путь. Высокий, мощно сложенный воин с копной рыжих волос шагнул вперед, скрестив руки на груди. Его взгляд был суров. «Альфа, — сказал он низким, рычащим голосом. — Кто это?»

«Гавриил, — спокойно произнес Константин, не повышая голоса. — Это Елизавета. Она хочет присоединиться к нам».

Гавриил издал короткий, резкий смешок. «Присоединиться к нам? От нее разит Блэквудом. Откуда нам знать, что она не одна из шпионок Захара?»

По рядам собравшихся воинов пронесся ропот согласия. Их враждебность была ощутимой силой, давившей на меня со всех сторон. Они имели право на подозрения. Такова была реальность перехода к врагу.

Я этого ожидала. Я встретила враждебный взгляд Гавриила, не дрогнув. Лилия внутри меня вся сжалась, готовая к бою, но я держала ее на поводке.

Константин не использовал свою власть, чтобы заставить их замолчать. Вместо этого он обратил на меня свои янтарные глаза. «В стае Стерлингов уважение нужно заслужить, а не получить даром. Ты готова его заслужить?»

«Готова», — ответила я тихим, но твердым голосом.

Мрачная улыбка коснулась губ Константина. Он повысил голос, чтобы все слышали. «Тогда мы последуем древним обычаям. Испытание боем. Елизавета сразится с моим главным воином, Гавриилом. Если она победит, ее место здесь».

Лицо Гавриила расплылось в жестокой ухмылке. Он хрустнул костяшками пальцев, и звук эхом разнесся в наступившей тишине. Он явно предвкушал легкую победу, шанс преподать урок бродяжке из Блэквуда.

Я сбросила свою легкую куртку — ту самую, в которой покинула Блэквуд, — оставшись в простой тунике без рукавов, не стеснявшей движений.

. Семь лет многие в Блэквуде видели во мне не более чем спутницу Захара, будущую Луну, которую нужно защищать. Они забыли, что до него я была бойцом. Они забыли, что именно я тренировала новобранцев стаи, что я умела сражаться умнее, а не только сильнее.

Захар забыл.

Гавриил не стал терять времени. Он бросился вперед, ревущий бык, его кулаки были подняты, чтобы втоптать меня в грязь. Я не пыталась встретить его атаку в лоб — это было бы самоубийством. Вместо этого я в последний момент отступила в сторону, и его инерция пронесла его мимо меня.

Он был силен, но медлителен. И высокомерен.

Я легко держалась на ногах, уклоняясь от его мощных, но неуклюжих ударов. Я использовала его же размеры против него, маневрируя и уворачиваясь, нанося быстрые, резкие удары ногами по подколенным сухожилиям и тычки в ребра. Это не были нокаутирующие удары, но они раздражали, были рассчитаны на то, чтобы вывести его из равновесия и усилить его разочарование.

Краем глаза я видела, что Константин наблюдает, его выражение лица было непроницаемым, но он был предельно сосредоточен. Он не смотрел на драку, он анализировал мою стратегию.

Гавриил взревел от досады, его атаки становились все более дикими. Он слишком вытянулся, на долю секунды оставив себя открытым. Это все, что мне было нужно.

Я низко присела и мощным ударом ноги с разворота сбила его с ног. Когда он рухнул на землю, и воздух вырвался из его легких, я не медлила. В одно мгновение я оказалась на нем, мое колено давило ему на спину, а край предплечья был плотно прижат к боковой стороне его шеи, прямо над сонной артерией. Он был обездвижен.

Вся тренировочная площадка затихла. Воины Стерлингов смотрели, разинув рты, на своего павшего чемпиона и одинокую волчицу, которая одолела его, не получив ни единой царапины.

Я ослабила давление и встала, отряхивая пыль со штанов. Я посмотрела прямо на Константина. «Я победила».

Медленная, искренняя улыбка расползлась по его лицу, и его янтарные глаза засияли нескрываемым восхищением. Он начал хлопать, медленно и размеренно. Один за другим к нему присоединились его воины, их первоначальная враждебность сменилась сначала неохотным, а затем и искренним уважением.

Константин шагнул вперед, его голос прозвенел над тренировочной площадкой.

«Добро пожаловать, Елизавета Волкова. С этого дня ты — член стаи Стерлингов».