Отвергнутая Альфой, я выбрала Змеиного Короля

От лица Светланы:

Тишину разорвал пронзительный, насмешливый смех Бажены.

— О, Светлана, — хихикнула она, прицепившись к руке Матвея, как ракушка. — Я знала, что ты в отчаянии, но это? Змей?

Она шагнула вперёд, увлекая за собой Матвея. Её взгляд скользнул по Льву с нескрываемым отвращением.

— Посмотри на него, — усмехнулась она. — Ледяной. У тебя вообще есть пульс? Я слышала, ваш народ живёт в грязных норах и ест крыс, потому что не может позволить себе стейк.

Волки взревели от смеха. Для них скрытные Змеи были отбросами.

— А теперь посмотри на себя, — продолжила Бажена, демонстрируя груду мехов и золота, которые подарил ей Матвей. — Я стану Луной. Я рожу сильнейших щенков. А ты? Тебе повезёт, если ты не замёрзнешь насмерть в его постели.

Я посмотрела на неё. Внимательно посмотрела. *Её запах изменился. Обычно ванильно-сладкий, теперь он пах тиной. Стал каким-то... смешанным.*

— Твой запах изменился, Бажена, — тихо сказала я. — Он... переполнен. Слишком со многими стаями смешалась?

Бажена побледнела.

— Да как ты смеешь!

Она схватила фарфоровый чайник и швырнула мне в лицо.

*Я не дрогнула.*

*Треск.*

*Чайник рассыпался в воздухе.* Лев даже не сдвинулся с места. Он просто взмахнул своей чёрной тростью. Осколки посыпались вниз, как безобидный снег.

Лев встал между мной и волками.

Воздух потяжелел. Это было не горячее, агрессивное давление Альфы, а нечто давящее, словно тебя тащили на дно морское.

Волки заскулили, хватаясь за горло. Матвей отступил на шаг, его глаза расширились.

— Осторожнее, — мягко произнёс Лев. Его голос не отдавался эхом, а проскальзывал прямо в ухо. — Ты говоришь о богатстве, девочка. Но ты не знаешь, что такое ценность.

Он щёлкнул пальцами.

Двустворчатые двери распахнулись. В зал скользнули шесть мужчин в сшитых на заказ костюмах — Змеиная стража. Они поставили к моим ногам сундук из чёрного дерева, инкрустированный перламутром, и открыли его.

В комнате замерло дыхание.

Внутри лежало свадебное платье, мерцавшее, словно жидкий лунный свет. *Оно переливалось цветами — от бледно-серебряного до цвета морской пены.*

— Шёлк из драконьей чешуи, — прошептал один из старейшин. — Это же миф. За один ярд такой ткани можно купить весь этот Дом Стаи.

У Бажены отвисла челюсть. По сравнению с этим её меха выглядели как сбитое на дороге животное.

— Для моей невесты, — сказал Лев, не сводя с меня глаз. — Мы не носим поношенную одежду. И мы не торопимся.

Он достал из сундука ожерелье. Огромный изумруд в форме слезы на платиновой цепочке, пульсирующий слабым светом.

— Сердце Леса, — прохрипел Матвей. — Оно было утеряно много веков назад.

Лев застегнул ожерелье на моей шее. Его прохладные пальцы коснулись моей кожи, посылая дрожь по спине.

— Никогда не было утеряно, — пробормотал он. — Лишь охранялось. До сего дня.

Он повернулся к толпе, его зрачки сузились до щёлочек.

— Вы, волки, спариваетесь, как псы в подворотне, — заявил он. — Вы ставите метку, размножаетесь, а потом выбрасываете. Змей выбирает лишь раз. И выбирает на вечность.

Он прокусил свой большой палец, из ранки выступила тёмно-багровая кровь, и прижал его к моему лбу.

— Я, Лев, Царь Змеиного ордена, приношу Кровавую клятву Светлане.

*В воздухе загудела магия — тяжёлая, солёная, древняя.* Красная метка вспыхнула у меня на лбу, а затем впиталась в кожу.

— Если я предам её, пусть сгниёт моя чешуя. Если я не смогу защитить её, пусть поглотит меня земля.

Кровавая клятва. Неотменяемая. Смертельная, если её нарушить.

Матвей выглядел разъярённым. Он бросил взгляд на дешёвый бриллиант на пальце Бажены, а затем на артефакт на моей шее.

— Думаешь, деньги делают тебя мужчиной? — прорычал Матвей, выпуская когти. — Ей нужен теплокровный самец. Все знают, что змеи холодные. У тебя вообще встаёт?

Лев улыбнулся. Ужасающей улыбкой.

— Молись, чтобы ты никогда не узнал, на что я способен, щенок, — прошептал Лев.

Он предложил мне руку.

— Пойдём, моя Царица? Здешний воздух воняет мокрой псиной.

*Я взяла его под руку, чувствуя твёрдые мышцы под шёлком. Выходя, я оглянулась. Бажена стояла среди разбитого фарфора, обхватив живот руками. У неё был победоносный вид, но я видела страх. Она выиграла битву за Альфу, но понятия не имела, что только что проиграла войну.*