Преданная моим Альфой, Пробужденная Луной

АЛЁНА ВОЛКОВА

«Алёна, остановись». Голос старейшины Валерия был спокойным, но твёрдым, как скала в бушующем хаосе моих эмоций. Он мягко положил руку мне на плечо.

«Не ходи, — сказал он, его взгляд был пронзительным. — Церемония — это ловушка. Он всё спланировал».

«Мне плевать», — выпалила я, вырывая руку. Ярость была диким зверем внутри меня, рвущимся наружу. «Он должен мне ответить. Он посмотрит мне в глаза».

Валерий вздохнул, глубоко и устало. «Когда-то я давал такой же совет твоему отцу. Он тоже не послушал. У тебя храброе сердце, дитя, но гнев ослепляет тебя. Если всё пойдёт так, как я боюсь... если пути назад не будет... иди в Северные Пустоши. Там есть хижина у двух скал. Я найду тебя там».

Северные Пустоши. Опасная, дикая земля, где бродили изгои — волки без стаи, потерявшие разум и поддавшиеся своим звериным инстинктам. Его слова были леденящим предзнаменованием, но я отмахнулась от них.

Я не послушала. Я побежала.

Я ворвалась в круг древних камней, где проходила церемония. Вся стая собралась там, их лица освещали ревущие костры. И там, на центральном помосте, стоял Лукьян.

Он был великолепен, как всегда. Высокий и могучий, его чёрные волосы ловили отсветы огня. Но он был не один. Рядом с ним, властно положив руку ему на плечо, стояла леди Серафима Векшина. Она была красива холодной, острой красотой, облачённая в шёлковое платье цвета крови. К её платью была приколота потускневшая серебряная брошь — герб с рычащим волком над сломанной короной, эмблема павшего рода.

Голос Лукьяна, усиленный его силой Альфы, прогремел над поляной. «Я представляю вам мою избранную Луну, будущее нашей стаи... Серафиму!»

«Избранную Луну». Слова эхом отдавались в моей голове, насмехаясь надо мной. Я вспомнила его оправдания, прошептанные в темноте. «Мы должны пока держать нашу связь в секрете, Алёна. Пара-омега может быть воспринята как слабость. Это может бросить вызов моей власти».

Всё это было ложью. Тщательно выстроенной клеткой, чтобы заставить меня молчать, пока он устраивал свой политический брак.

Глаза Серафимы встретились с моими через толпу. Медленная, торжествующая улыбка расползлась по её идеальным губам. Это была улыбка чистой злобы, улыбка хищника, одержавшего победу.

Что-то внутри меня сломалось.

Дикий, полный агонии вой вырвался из моей груди. Это кричала моя внутренняя волчица, сама моя душа, преданная и растоптанная. Стая затихла, все взгляды обратились ко мне, когда я прорвалась сквозь толпу и устремилась к помосту.

«Кто она?» — закричала я, мой голос дрожал от ярости, указывая на Серафиму.

Я посмотрела прямо на Лукьяна, на мужчину, который держал моё сердце в своих руках. «Я его пара! Та, что избрана для него самой Лунной Богиней!»

Волна потрясённого шёпота прокатилась по стае. Это было неслыханно. Омега, публично бросающая вызов своему Альфе.

Серафима тут же прижалась к Лукьяну, её тело изящно дрожало. Она тихо всхлипнула, изображая обиженную жертву. «Лукьян, дорогой... кто эта истеричка?»

Я увидела, как в тёмных глазах Лукьяна мелькнуло что-то — боль? вина? — прежде чем их затянула ледяная пелена.

«Довольно», — прорычал он. Его голос был пропитан Приказом Альфы.

Сила этого единственного слова обрушилась на меня. Это была физическая мощь, сокрушительное давление, от которого подогнулись колени и закружилась голова. Это был голос, которому каждый волк низшего ранга магически обязан был подчиняться.

Он посмотрел на меня сверху вниз, его лицо было маской ярости. «Ты смеешь оспаривать мою власть перед всей стаей?»

Серафима сделала вид, что шагнула вперёд, как бы для того, чтобы успокоить ситуацию. «Пожалуйста, дорогой, не будь с ней так суров», — проворковала она, её голос сочился фальшивым сочувствием.

Она подошла ко мне ближе, её глаза сверкали. Проходя мимо, её рука скользнула по её собственному предплечью. Я увидела вспышку её длинных, острых ногтей, когда они впились в её плоть, оставляя тонкую полоску крови.

Затем, с драматичным вздохом, она рухнула на землю.

«Она напала на меня! — взвизгнула Серафима, хватаясь за кровоточащую руку. — Омега напала на твою будущую Луну!»