Байкер, с которым я оторвусь перед свадьбой

Мне не нужно было много пить, чтобы ощутить себя пьяной. Не потому, что алкоголь был мне незнаком — с шестнадцати лет особ моего положения приучали к спиртному, чтобы на каком-нибудь приеме мы не опозорились, лишь нюхнув пробку от шампанского!

Нет, меня пьянил Рик. Сильнее, чем самое крепкое пойло, которое только можно было достать на Западном побережье Арекира. Прижиматься к этому мужчине, вдыхать его крепкий запах и радостно хохотать вместе с бандой, которую он возглавлял… сейчас, в этот момент, все происходящее было для меня фантасмагорическим сном, который мне до безумия нравился.

— Так откуда ты… Как тебя звать кстати? — встрепенулся один из байкеров, сидевших в дружеском кругу вокруг старого столика с выпивкой и закусками.

— Юнити, — засмеялась я, только сейчас осознав, что до сих пор не представилась этим милым господам.

— Миленькое имечко, — подмигнул мужчина, поглаживая грудь собственной «наколеночной» девочки. — Так откуда ты взялась, и какими судьбами здесь оказалась?

— Просто я одна из тех девиц, которых все достало, и они сбежали из дома тихой темной ночью, — фривольно сообщила я, театрально хлопая пышными ресницами.

— Что, папаня-алкаш избивал? — предположила одна из местных красоток, видимо основываясь на собственном опыте.

— Да нет. Просто вот такая вот жизнь достала.

— Какая такая жизнь?

— Ну вы знаете, все эти балы, строгие правила высшего общества, и прочее говно, — захохотала я, отпивая пива из бутылки Рика.

— Чего?! — взорвались смехом байкеры.

— Так я ж благородная леди, мисс Юнити фон Пупибатхол! Дочь придворного алхимика Джерри фон Пупибатхола, и все такое, — подмигнула я, дурашливо показав язык под всеобщий смех. — У меня ведь официально назначена свадьба через две недели с каким-то хмырем, которого я ни разу даже не видела, — добавила я, обиженно надув губки. И словно ища утешения в своей обидке, сильнее прижалась к Рику. — Даже один урок с куртизанками провели. После которого я и слиняла, набираться реального опыта в реальном мире, а не на манекенах!

— Какие еще уроки с куртизанками?! — прыснула смехом одна из девиц.

— Так принято в высшем обществе, — с задором пояснила я. — У нас юная леди, выходя замуж, должна быть фактически девственницей — то есть, не должна ни разу ни с кем трахаться. Но при этом считается, что порвать плеву во время этого самого первого секса с мужчиной — удел простолюдинок. А вот благородная девушка до подобного опускаться не должна. Более того, в первую брачную ночь уже обязана уметь доставлять своему мужу удовольствие, а не валяться бревном, пока он там все сделает. Поэтому девушек из высшего общества дефлорируют хирургическим путем за три недели до свадьбы. Ты просто пьешь усыпляющее зелье, и просыпаешься уже без этой штуки. Причем доктор не только все разрезает как следует, но еще и смазывает заживляющими зельями, которые снимают боль. Уже через несколько дней девушка полностью заживает, и тогда к ней приходят учительницы.

— Учительницы? Шлюхи в смысле?

— Они самые, — хихикнула я в ответ. — Причем шлюхи премиум-класса. Их задача — на резиновом манекене научить благородную девицу ублажать своего будущего мужа. И бли-и-ин, этот манекен вот реально стремный! — снова надулась я, вздернув носик. — Вроде как сделан хорошо, на настоящего мужика похож очень, и в то же время… наверное, примерно такое же чувство у меня было бы, вздумай я трахнуть труп! Так еще и в процессе эта элитная шлюха стоит рядом и консультирует, как тебе на этом холодном резиновом «трупе» двигаться. Короче жуть и мерзость. Я и так на грани была со всем этим дерьмом, а после того конченого «урока» вообще взорвалась. И решила, что до следующего сбегу оттуда к чертовой матери. Как видите, это обещание самой себе я сдержала! Выбралась из родового поместья по тайному ходу, пробежалась по лесу, заложила в ломбарде пару фамильных цацок, отоварилась в придорожном магазине, а потом и вас встретила, ребятки, — хихикнула я, игриво щелкнув Рика по носу.

— То есть, крошка, если гипотетически поверить твоим словам… — протянул вожак байкеров, просовывая руку в мои шортики. — Получается, вот здесь у тебя одного маленького недостатка уже нет. Но при этом и с настоящим живым мужиком ты никогда не трахалась?

— Совершенно верно, — закусив губу, простонала я.

— Тогда как смотришь на то, чтобы исправить и этот второй маленький недостаток прямо сейчас? — хмыкнул Рик, высовывая руку, чтобы облизать свои пальцы.

— Только этого и жду, — страстно шепнула я ему на ухо, упираясь ладонями в крепкую грудь, на которой развязно свисала помятая, наполовину расстегнутая черная рубашка.

— В таком случае, господа, мы вас покинем! — расхохотался Рик, подхватывая меня за талию, и вместе со мной вставая со старого пыльного кресла. — Там с благородной леди нужно уединиться в будуаре, — паясничая, заявил мужчина, под радостный гомон увлекая меня за собой.

Выйдя из общей комнаты, мы прошлись по коротенькому коридору и оказались за дверью небольшой спальни с единственным окном в обветшалой деревянной раме. И именно на его подоконник Рик с ходу усадил меня, разведя колени, чтобы прижаться всем телом!

У меня не было и мысли сдерживать стон, когда его губы снова овладели мной. Напротив, я принялась торопливо расстегивать черную рубашку, чтобы поскорее, без препятствий, ощутить ладонями это великолепное тело, покрытое шрамами и россыпью татуировок — простых, дешевых, не особо искусных. И от того диких, под стать мужчине, который носил их на своей коже!

Куртка легко соскользнула и упала на пол, так что теперь больше не мешала Рику прижиматься губами к моей шее. Словно довольный кот, байкер ласкал жесткими губами нежную кожу, жадно исследуя — будто она была покрыта капельками прохладной воды, а он перед тем целый день скитался по пустыне под палящим солнцем.

— Скажи, а ты правда никогда раньше не занималась сексом? — прошептал Рик в мои губы, сбрасывая со своих широких плеч старую рубашку, и тем самым позволяя мне насладиться его торсом, освещенным ярким лунным светом.

— Нет, — выдохнула я на грани со всхлипом, когда грубые мужские руки задрали маленький топ, а те самые губы приникли к груди, вобрав сосок! Задыхаясь от стонов, я закинула ногу ему на бедро и запрокинула голову, выгибаясь навстречу этому горячему рту, с наслаждением посасывающему мою грудь. Как приятно. Черт возьми, как приятно! Одновременно резко, грубо, и в то же время плавно: язык, скользящий по чувствительной ягодке; щетина, царапающая нежнейшую кожу. И настоящий мужской жар, накрывающий меня с головой умопомрачительной волной!

— И ты в самом деле благородная леди, сбежавшая из дома? — протянул он, выпустив из своих губ сосочек. Стянув с меня этот чертов топик, Рик провел кончиком языка вниз, к пупку, чтобы опустить в него язык, а после легонько подуть на увлажненную слюной кожу.

— Можешь не верить, но да, — простонала я, запуская пальцы левой руки в его жесткие длинные волосы, в то время как второй неуклюже упиралась в подоконник. Ох черт, он сводит меня с ума! Каждое его движение, каждый поцелуй!

— А это важно, поверю ли я тебе вообще? — ухмыльнулся Рик, расстегивая пуговицу шортиков.

— Нет, — выдохнула я одновременно со звуком молнии. — Я просто хочу тебя.