Брошенная невеста выходит замуж за безжалостного капо

Даня улыбнулся мне за завтраком. Это была его фирменная улыбка депутата — идеальные зубы, пустые глаза, абсолютно отрепетированная.

— С годовщиной, *tesoro*, — сказал он. Он подвинул бархатную коробочку по столу из красного дерева.

Это было не кольцо. Моё сердце упало ещё до того, как я её открыла. Это были серьги с бриллиантами.

— Они прекрасны, — сказала я, хотя даже не пошевелилась, чтобы их надеть.

— У меня для тебя сюрприз на попозже, — сказал он, проверяя часы. — Звонил ювелир. Розовый бриллиант от «Алроса» готов.

Он встал и поцеловал меня в лоб. Его одеколон пах дорого, свежо и чисто, но едва маскировал приторный цветочный оттенок духов другой женщины.

— Мне нужно на встречу, — сказал он. — Я заберу тебя в полдень.

— Хорошо.

Входная дверь щёлкнула. Я смотрела из окна, как его «Феррари» выезжает с подъездной дорожки, ожидая, пока рёв мотора не растворится в тишине.

Я открыла ноутбук и вошла в свой секретный аккаунт. Под псевдонимом я писала любовные романы. Это был мой побег. У моих героинь всегда были мужчины, готовые умереть за них. Мужчины, которые сожгли бы мир дотла, лишь бы увидеть их улыбку.

Раньше я думала, что пишу о Дане. Теперь я поняла, что пишу о призраке, которого никогда не встречала.

Я закрыла ноутбук и открыла Инстаграм, сразу перейдя к строке поиска.

Я ввела имя, которое видела на левом телефоне: Заноза.

Её настоящее имя было Мила. Её профиль был открыт.

Она была симпатичной в своей хаотичной манере — большие глаза, пухлые губы и много обнажённой кожи. Она работала в клубе под названием «Бархат». Территория Фроловых.

Я пролистала её сторис.

Там было видео, опубликованное три часа назад. Подпись гласила: *«Папочка меня балует».*

На видео мужская рука — с часами, идентичными Patek Philippe Дани — надевала кольцо ей на палец.

Я замерла.

Это был розовый бриллиант. Овальной огранки. В ореоле из мелких камней.

Это было моё кольцо.

Подпись продолжалась: *«Он говорит, что то, что для жены, — просто копия. А это — настоящее».*

Кислота забурлила у меня в желудке.

Это была не просто измена. Это был ритуал унижения. Он отдал своей любовнице оригинал, а мне, дочери дона Воронцова, планировал вручить дубликат.

Я сделала скриншот и сохранила его в защищённую папку.

В полдень Даня забрал меня. Он был в хорошем настроении, постукивая пальцами по рулю и напевая под радио.

Мы приехали к ювелиру. Охранник кивнул нам. Мы здесь были королевскими особами.

Ювелир, господин Рощин, вышел из подсобки. Он выглядел нервным, на его верхней губе блестела испарина.

— Господин Фролов, госпожа Воронцова, — сказал он, слегка поклонившись. — Кольцо изысканное.

Он поставил коробочку на стеклянный прилавок и открыл её.

Розовый бриллиант сверкнул под галогенными лампами. Он выглядел точь-в-точь как тот, что на видео Милы.

— Единственный в своём роде, — сказал господин Рощин, его голос слегка дрогнул. — Добыт на месторождении Аргайл. Второго такого камня в мире нет.

Даня взял его. Он взял мою левую руку.

— Для моей Королевы, — сказал он тихо.

Я посмотрела на него. Я посмотрела на кольцо.

Это была прекрасная ложь.

— Сидит идеально, — сказал Даня, надевая его мне на палец.

Я посмотрела на камень. Интересно, носит ли Мила сейчас своё? Интересно, смеялись ли они над этим в постели?

— Спасибо, Даня, — сказала я. Мой голос был ровным.

Он слегка нахмурился. — Что-то не так? Ты кажешься... отстранённой.

— Просто нервы, — сказала я, выдавив натянутую улыбку. — Свадьба близко.

— Не волнуйся, — сказал он, сжимая мою руку. — Я обо всём позабочусь.

Он заплатил, и мы ушли.

В машине я крутила кольцо на пальце. Оно казалось тяжёлым. Оно казалось наручником.

— Я тут подумал, — сказал Даня. — Сегодня вечером нам стоит куда-нибудь сходить. Лука устраивает небольшую вечеринку в «Бархате». Только близкие друзья.

«Бархат». Где она работала.

Он хотел отвести меня на рабочее место своей любовницы. Он хотел выставить меня напоказ перед ней, пока она носит настоящее кольцо, а я — подделку.

Наглость захватывала дух.

— Конечно, — сказала я. — Я бы с удовольствием пошла.

Даня улыбнулся. Он думал, что побеждает. Он думал, что я глупая, избалованная принцесса, с которой можно играть.

Он не знал, что я уже сделала звонок. Он не знал, что каждый его вздох теперь был взят в долг.