Особо опасна Книга первая : опять на работе

Мы двинули к лифту и поехали вниз, набившись в кабину, как сардины в бочку. Выйдя из лифта, я пошла за новыми знакомыми, разглядывая красивые коридоры, пока мы наконец не дошли до ресторана. Большая часть девушек расселись, как ведьмы на шабаше, какими-то кругами, жадно глядя на входивших в ресторан мужчин.

— Давай сюда!

Евдокия села за стол, я присела рядом со Снежкой.

— Что будешь заказывать?

— А тут не слишком дорого?

— Слишком, — согласилась Снежка, — но мы ходим сюда только по вторникам.

— А почему?

— Из-за них, — Евдокия кивнула куда-то в сторону. — Я вообще по три дня на диете сижу, чтобы сюда прийти.

— Здесь почти все девушки гоняются за ними, — пояснила Снежка, указав пальцем в ту же сторону, что и Ева.

Я повернула голову и увидела мужчин. Их костюмы стоят, наверное, больше, чем все мои вещи и имущество вместе взятые. Отвернувшись, я уставилась в меню. Наверное, стоит съесть супчик.

— Это он!

— Евдокия, ты же замужем, — хмыкнула Снежка.

— Не мешай безнадежным мечтам, — отмахнулась Ева. — Ох, Виталик, твое лицо бы, да на любом из этих тел…

Я проследила за направлением ее взгляда и чуть супом не подавилась, увидев говнюка, который обозвал меня жирной! Аппетит сразу пропал, жаль, что я уже сделала заказ.

— Так вы сюда ради мужиков ходите?

— Ну, это не просто мужики… и, в отличии от Евы, мы свободны, вдруг повезет, и один из них меня заметит?

— Ой, Снеж, ты сама знаешь, что они не заметят. Единственная возможность — получить повышение и попасть на их этаж…

— Мне такие возможности не нужны. Я пришла работать, а не на мужиков пялиться.

— А у тебя уже есть кто-то? — Снежка выпила чай.

— Или ты хранишь себя для кого-то?

— Я эгоистка, поэтому храню себя для себя.

Уже доедая суп, я наблюдаю, как девушки сверлят взглядами мужчин, и параллельно пытаюсь вспомнить, не забыла ли я сохранить последний документ.

— Так, ладно, пойдем? — спросила Снежка.

— Да, только кофейку возьму с собой… А вы идите, я догоню.

— Ладно, давай!

Девчонки ушли, а я дождалась официантку и попросила кофе с собой. Я зависла в телефоне. Ожидая свой кофе, решила послушать офигенную музычку (Mylène Farmer feat. LP — N'oublie pas).

— Ох, Милен, когда я на твой концерт-то накоплю?

Я смотрела на картинку альбома на телефоне, когда девушка принесла мне кофе. Я добавила сахар и оставила чаевые. Осмотревшись, чтобы ничего не забыть, довольная потопала обратно, мурлыча себе под нос песню.

— Jamais n'oublie pas, сonduite par une étoile, jamais n'oublie pas, i promise where you are аге…

Я случайно слишком крепко сжала стаканчик, и он лопнул. Крышка слетела, а кофе расплескалось на меня и моего соседа по лифту. Черт! Теперь вся рубашка была в том, ради чего колумбийские дети работают!

— Осторожнее нельзя?

— Ой, сказали бы спасибо! Если бы был большой стакан, то можно было бы вас на выставку как псевдоквадрат Малевича выставить… а так, это всего лишь небольшое пятно, — пробормотала я, прижимая к рубашке бумажную салфетку. — Простите, я сегодня сама не своя… день с утра набекрень, а еще этот козел, который…

Я не договорила, потому что вдруг посмотрела на мужчину, которого облила кофе. Собственно, это и был тот самый козел. Снова.

— Козел, который… — он видимо хотел дослушать мою характеристику, но тут к нему подошли другие мужчины.

— Сафронов, кто же тебя так? — спросил один из верхушек делового айсберга.

— Да так, два ДТП за сегодня, — фыркнул мужчина, снимая пиджак, спасая хотя бы его.

Синяя рубашка представлялась мне океаном с коричневым пятном.

— Зато теперь все видят, что ты русский, — глупо хихикнула я.

— Это еще почему?

— Ну, видишь, отметина, где русская нефть разлилась… вы не злитесь?

— Вам повезло, что вы облили только меня, а не весь совет. Ладно, не важно.

Мужчины направились к лифту, а я опомнилась: карточки у меня нет, а попасть наверх как-то надо.

Ладно, Аня, ты как-то смогла прожить неделю на двадцать девять рублей, и это сможешь! Я проскочила в лифт следом за мужчинами. Основная масса распределилась по краям, а синий костюм (теперь уже только синяя рубашка) расположился в центре, как будто главный.

— Вы хотите угостить меня чем-то еще? — снова эта его бровь!

— Нет, только попросить вашу карточку.

— А что же не сразу паспорт и ключи от дома?

Мне было неловко ощущать на себе всеобщие насмешливые взгляды, но зато он дал мне карточку. Правда, это не особо помогло: я не смогла сообразить, что именно и как нажать. То ли сначала провести карточкой, а потом выбрать этаж, то ли выбрать этаж, а уже после провести карточкой… нельзя было инструкцию повесить?!

— Слишком сложно?

Сколько ехидства! Бесит!

— Разобралась, спасибо!

— Это вам спасибо, за бесплатный кофе… небось с сахаром. Да, между прочим, вредно для фигуры.

Его взгляд выбешивает так, что хочется ударить его по коленным чашечкам, как на уроках самообороны. Я отвернулась и врубила музыку, чтобы не думать ни о ком. Милен, спаси!

— Sous terre il y a le silence, ma mémoire qui rentre tard, je pense à toi... — я начала тихо петь.

И плевать, что подумают остальные. Либо буду петь, либо искалечу кого-нибудь.

— Don’t you think twice, been lost, but now I finally know! — это был перебор, но я посмотрела в окно, и мне стало спокойно.

— Пятнадцатый этаж…

— Ну что ж, — я окинула взглядом мужчин, — спасибо за внимание, вы прекрасные слушатели!

Я склонилась в глубоком реверансе, а после вышла, краем глаза заметив, что синий костюм улыбается. Вот уж не думала, что он это умеет.

— C'était très agréable.

— Че... Какая еще грабля?

Дверь снова закрылась, а я вернулась в свое офисное королевство, где меня ждала местная королева Юля.

— Анника, все в порядке? Ты опоздала, — она заметила меня.

Я посмотрела на зеркало, что висит в коридоре, и увидела мусорное пятно. А нет, это была я!

— Немного заблудилась, извините!

— Ничего, привыкнешь, — улыбнулась Юлия. — Мы подготовили документы на тебя. Пойдем, подпишешь.

— Конечно.

Хотя, после первой половины такого дня я уже сомневаюсь, что приживусь тут. Даже бредни бабуськи насчет того, что иллюминаты хотят разрушать Россию, ну или мою жизнь лично, не кажутся такими уж абсурдными. Вот тот же культ ненавистников образовался. После всего этого хочется верить, что будет лучше, но…

Но я знала, что так не бывает.