(Не)законный брак

Впрочем, долго лежать зареванной я не смогла. Воспитанная своим отцом, я привыкла не рассуждать, а действовать. От того, что я буду рыдать и проклинать свою судьбу, ничего не изменится. Папа со мной не хочет разговаривать. Ему кажется, что он сказал достаточно, а остальное знать необязательно. Но мне жизненно важно собрать информацию об этой афере. И, особенно, о том, кого прочат мне в мужья.

Вытерев слезы и пригладив волосы, я пошла в комнату мамы, которая располагалась недалеко по коридору. Странные мои родители, они даже спят раздельно. Хотя оба достаточно молоды. Но папа, похоже, чаще живет в кабинете, чем в спальне. А мама...

Мама – это, вообще, отдельная история.

Увидев, что дверь в её комнату не заперта, я постучала и вошла.

– Скажи, что это неправда, мам, – сказала я вместо приветствия.

– Рада видеть тебя, Эля.

Мама сидела за туалетным столиком и расчесывала волосы. Она даже не обернулась, когда я, как фурия, влетела в её комнату. Так и осталась сидеть напротив зеркала – красивая, застывшая статуя. Нам говорили, что мы похожи. Одинаковые пушистые волосы, лавандовые глаза. Только характеры сильно отличались. Насколько мама – спокойная и безмятежная, настолько я – ураган.

– Мам, я только что говорила с папой.

– А, так ты уже знаешь?

И ноль реакции. Ни малейшего сочувствия. Вообще никаких эмоций. Да что происходит с моими родителями? Их словно подменили. Ладно, па всегда был каким-то отстраненным. Но мама!..

– Мам, – у меня сердце упало, как холодно она меня встретила. – Как давно это началось?

– Ты имеешь в виду...

– Да, то, что сказал папа. Он загорелся идеей выдать меня замуж за некоего Мацуева. Ты знакома с этим человеком?

– Совсем немного. Мы были у него на приеме в прошлую пятницу.

– Где? – не поняла я.

– В его особняке за городом. Знаешь, Элина, там очень красиво. Лес, сосны, ели. Недалеко озеро. Идеальное место для отдыха.

– Какие сосны, мама? Какое озеро? – чувствую, как начинаю закипать. – Я тебя совсем о другом спрашиваю. Кто этот человек – Мацуев и почему он хочет жениться на мне?

Отложив расческу, мама наконец-то повернулась в мою сторону. Но взгляд её был усталым и безжизненным. Мама, в принципе, никогда не отличалась эмоциональной выразительностью. Больше молчала и во всём соглашалась с отцом. Только наедине со мной она позволяла себе расслабиться, улыбнуться, пошутить, посмеяться. Идеальная женщина для делового мужчины.

Но мне сейчас нужна была мама – подруга, наставница, помощница.

– Мама, пожалуйста, расскажи мне всё как есть, – я опустилась перед ней на корточки, и мама погладила меня по голове.

– Твои волосы растрепались, Элина. Надо причесаться.

– Да не нужно этого! – порывисто встав, я нервно заходила по комнате. – Ну, почему ты ведешь себя так, будто тебе всё равно?

Обида захлестнула меня. Я пришла к матери за поддержкой, а наткнулась на холодную стену безразличия.

– Послушай, дочь, у твоего папы большие проблемы.

– Это я слышала. Но неужели всё настолько плохо, что другого выхода, кроме как выдать меня замуж, у него нет?

Мама опустила глаза, делая вид, что расправляет складки платья.

– Видишь ли, Мацуев сам назначил такую цену.

– Он... ненормальный? – прямо спросила я. Именно такой вывод напрашивался.

Мама схватила меня за руки.

– Он очень опасный. Ему страшно отказывать. Твоему папе это хорошо известно. Они знакомы несколько лет. Сам Мацуев ни разу у нас не был. А у себя в особняке он часто устраивает шикарные приёмы.

– Я видела его раньше? – с волнением спросила.

Мама покачала головой.

– Не думаю, что ваши пути пересекались.

– Тогда откуда он знает про меня? Если мы ни разу не виделись, как он может хотеть взять меня в жены?

Это не укладывалось в голове. Совершенно незнакомые люди, которые скоро станут мужем и женой.

То есть, нет. Не станут.

Я этого не допущу.

Мне восемнадцать лет, и я сама за себя отвечаю. В том числе, сама принимаю решения относительно своего будущего.

И никакая сила не заставит меня поступить иначе.

Видя решимость в моих глазах, мама поспешила разубедить меня.

– Элина, я понимаю, что ты против. Но, дорогая, пойми: это нужно нам всем. Папа почти разорен. Если он не выплатит долг, мы все окажемся на улице. Или в тюрьме, что хуже.

– За что? – ахнула я.

– Я всех подробностей не знаю. Папа проговорился как-то, что должен огромную сумму. И есть расписки, где стоит его подпись. Если этим бумагам дать ход...

– Всё ясно.

Знакомая, как ни странно, ситуация. Я часто читала о таком в остросюжетных романах и смотрела в кино. Только вот не думала, что в реальности придется столкнуться с таким.

– Большие деньги, Элина, порождают большие проблемы. И, как бы мы ни хотели, избавиться от них не получается.

Мне не хотелось продолжать этот разговор. Картина выстроилась в моей голове совершенно четко. Я продаю себя этому мужику, а он взамен оплачивает долг отца. Все в расчете.

Вот только что будет ждать меня в этом браке? И как скоро будущий муж захочет меня отпустить? О том, чтобы оставаться с ним до конца жизни (как пишут в красивых любовных романах) не может быть речи.

– Мне надо встретиться с ним лично, – решила я. – Мам, у тебя есть адрес этого Мацуева?

– Ты что задумала? – мама со страхом в глазах взглянула на меня.

Но я была уверена в том, что поступаю правильно.

– Хочу поговорить ним с глазу на глаз. Хочу понять, что он за человек. Пусть он скажет мне в лицо, зачем я ему нужна.

Мама покачала головой.

– Ничего не выйдет, Эля. Мацуев – он... – было видно, что она подбирает слова, чтобы меньше меня шокировать, – он очень взрослый мужчина. Старше, чем ты.

– Сколько ему лет?

Воображение нарисовало ужасную картину. Старый, лысый, толстый мужик тянет ко мне свои волосатые руки, чтобы затем...

Я вздрогнула, изгоняя из мыслей наваждение. Никогда этого не будет! Я лучше умру, чем дамся в руки такому человеку.

– Ему около тридцати пяти, Эля. Нет, он не старый. Но для тебя, возможно, такая разница в возрасте непривычна.

– Более чем, мам.

В моём окружении одни ровесники – такие же студенты, как и я. Разумеется, парни, интересовавшие меня, также были примерно одного со мной возраста. А те, кто старше хотя бы на десять лет, представлялись мне словно из другой эпохи.

Мацуеву тридцать пять! Для меня это очень много.

– Я думаю, тебе будет спокойнее с ним, – заключила моя мама, чем убила меня наповал. – Когда рядом опытный взрослый человек, это гораздо лучше, чем, если бы на его месте был мальчишка. Подумай сама, Эля. Этот брак будет выгодным для тебя.

Я отшатнулась, сбросив её руку, всё ещё гладившую меня по голове. На лице мамы отразилась боль. Однако она не стала настаивать на продолжении контакта.

– Понимаю твоё состояние сейчас. Скоро оно изменится. Доверься папе, Эля. Он бы никогда не пожелал тебе плохого.

– Я в этом не уверена, – поднявшись на ноги, я решительно направилась к двери. – Спасибо, мам. Ты очень помогла.

Конечно, она уловила иронию в моих словах. И, возможно, обиделась. Но мне было всё равно. Какая разница, если они не думают о моих чувствах? И почему я должна думать о них?

А идею разузнать что-нибудь про Мацуева я ни за что не оставлю. И прямо сейчас начну выяснять подробности этого темного дела. У папы в кабинете, наверняка, должны быть какие-то бумаги, записи. Может быть, номер его телефона или адрес. Надо только дождаться, когда папа уйдёт и оставит свой пост. Не будет же он сидеть в кабинете всю ночь.