Мой далекий близкий

Потерев лицо руками, я откинулась на спинку стула. И что теперь? Я и впрямь поеду домой собирать вещи? Нет, и еще раз нет. Тяжело вздохнув, я закусила губу. Кого я обманываю? Шилов знает несколько верных способ заставить меня жить по его правилам.

Оказавшись в квартире, я некоторое время бестолково по ней передвигалась. Вытащила чемодан, снова сунула в шкаф. Не могла решиться, не могла поверить, что все начинается сначала. От метаний меня спас звонок в дверь. Оказалось, это Илья. Я обрадованно открыла дверь, ну хоть ненадолго отвлекусь от произошедшего.

Брат первым делом заключил меня в объятья, а отстранившись, принялся разуваться.

Понаблюдав за ним, я спросила:

— Что-то случилось?

Илья нервно рассмеялся.

— С чего ты взяла? Чаем напоишь? – попытался перевести тему, как будто плохо меня знает. Я сделала вид, что купилась, ушла на кухню. Заваривала чай, спиной чувствуя напряжение, исходящее от брата. Господи, неужели Шилов уже начал свои шуточки, и опять Илья попал под раздачу?

Поставив кружки и угощение на стол, я уселась напротив и, сделав глоток пахучего чая, снова спросила:

— Илья, что происходит?

Он вздохнул, водя пальцем по ободку своей чашки, глаз не поднимал. Я решила его не торопить, раз уж приехал, то расскажет. Ну надо человеку с силами собраться.

Наконец, Илья посмотрел на меня.

— Как у вас с Шиловым? – задал вопрос. Сердце екнуло. Ну вот, кажется, я была права.

— Он что, опять тебе нагадил? – спросила, нахмурив брови. Брат усмехнулся, качая головой.

— Нет... нет...

И снова замолчал. Честное, слово, сегодня все испытывают мое терпение.

— Да какого черта ты молчишь? – не выдержала я. Брат глубоко выдохнул, словно перед прыжком в воду, а потом выговорил:

— Говорят, у него неприятности.

Я вздернула брови.

— У Андрея? У него постоянно что-то да происходит.

— В этот раз ходят слухи, что все серьезно. Кажется, он поссорился с очень крупной рыбехой в бизнесе. Я бы даже сказал, с акулой.

— А поконкретней можно? Без мира животных.

— Если конкретно, есть такой тип по фамилии Звягин, из бывших бандитов...

— Кто бы сомневался, – перебила я со смешком.

— У него большая власть в нашем городе, а последнее время ходят слухи, что твой Шилов...

— Он не мой, – снова перебила я.

— Не придирайся к словам, Ась. Короче, Шилов с ним в контрах. Я не знаю никаких подробностей, но говорят, все очень серьезно.

Илья замолк, разглядывая меня, я, немного попялившись, спросила:

— Ты хочешь сказать... – спросила нерешительно. – Что жизни Андрея может что-то угрожать?

Брат нервно пожал плечами.

— Я ничего не знаю, Ась, честное слово. Вот что до меня дошло, то и рассказываю. Но если у вас с ним все по-прежнему, я хочу сказать... – он на мгновенье сбился. – Ну... вы не вместе... То значит, проблемы нет. И тебя все это никак не коснется. Просто держись от него подальше.

Я отвела взгляд в сторону, уставившись в стену, зарылась пальцами в волосы. Вот значит, чего брат пришел, заволновался. И, черт возьми, как вовремя! Тут в голову пришла другая мысль: а что, если Шилов не просто так решил меня вернуть? Ни о каких чувствах речи, конечно, не идет, но многие ведь знали о наших отношениях. Шилов демонстрировал меня всем, кому ни попадя, и вполне может опасаться: враги решат, что через меня можно на него воздействовать. Отсюда и его стремление запереть меня у себя дома. Чтобы контролировать было проще.

Когда повернулась к брату, сразу поймала внимательный взгляд исподлобья, и тяжело вздохнула. Даже если я утаю правду, она вскроется через пару дней, когда кто-нибудь меня потеряет дома. Может, соврать, что уезжаю недели на две? Хоть какое-то спокойствие для них... Выходит, я уже решила, что перееду сегодня к Шилову? Я грустно усмехнулась, ну вот, а чего-то еще с чемоданом возилась, туда-сюда убирая. Для начала неплохо бы с ним поговорить и выяснить обстановку. В конце концов, возможно, его решение не самое дурное, главное, чтобы с моей семьей все было в порядке. Если он обеспечит им безопасность, я готова быть подругой Андрея до самой смерти. Внезапно внутри что-то кольнуло. Наверное, если бы я была суеверной, назвала бы это предчувствием. Но как показала моя жизнь: интуиция у меня обычно спит, если она, конечно, вообще есть.

И все же я решила поступить малодушно, а именно скрыть факт переезда, пока он сам не вскроется. Поэтому на взгляд Ильи улыбнулась:

— Ну пусть Шилов сам со своим врагами разбирается. Нас это не касается.

Брат, еще попялившись, кивнул. Сделав глоток, отставил кружку и, помаявшись, спросил:

— Ты его любишь, Ась?

Наверное, я так искренне удивилась, что он даже смутился.

— Кого люблю? Шилова? – меня вопрос рассмешил. – Илья, ты в своем уме? Как можно любить человека, сломавшего мою жизнь, а меня считающего игрушкой, которая во всем ему обязана подчиняться?

Илья покивал, молча глядя в кружку, потом поднялся.

— Ладно, поеду.

Я вышла его проводить. В прихожей, немного помявшись, брат все же сказал:

— Если что, ты звони.

Я кивнула в ответ, и мы распрощались.

Закрыв дверь и традиционно помахав Илье в окно, я прошла в комнату и рухнула на кровать. Уставившись в потолок, подумала: что-то грядет.

Точно так же я думаю, падая на кровать в тот вечер после ужина. Мне кажется, только слепой мог не заметить, как откровенно Андрей на меня пялится. Илья слишком нервничает, чтобы обращать внимание на подобное, подруга Шилова вообще играет роль манекена, а я только и делаю, что ерзаю на месте, не решаясь поднять глаза. Потому что когда поднимаю, неизменно встречаюсь с пронзительным взглядом.

Наконец, я не выдерживаю и, извинившись, убегаю в туалет. Там торчу добрых минут десять, не имея ни малейшего желания выходить. Но понимаю, что мое отсутствие уже выглядит странно, да и брат может начать волноваться. Потому, протерев лицо водой, открываю дверь. Коридор пуст, но когда оказываюсь в холле перед входом в зал, вижу стоящего возле него Шилова разговаривающим по телефону.

Я замираю, даже делаю шаг назад, но он кидает на меня взгляд, так что удирать без оглядки как-то совсем глупо. И вообще, это общественное место, чего я, в самом деле, боюсь? Просто пройти мимо и все. Я выпрямляю спину и даже подбородок приподнимаю, чтобы мужчина не думал, что я его боюсь. Но он, кажется, и не думает. Даже не обращает внимания на мое приближение. Не успеваю я выдохнуть, что все обойдется, как мой локоть оказывается в цепкой хватке. Я замираю, слыша, как Шилов бросает в трубку:

— Подожди секунду, – потом наклоняется к моему уху и шепчет, щекоча кожу своим дыханием:

— Я хочу тебя.

Он произносит это таким тоном, словно это ничего не значащие слова, вроде “раздевалка вон там”. Я так обалдеваю, что пару мгновений хлопаю глазами, а потом накатывает злость. Шилов ведь из категории тех мужчин, не привыкших к отказам, считающих, что могут получить, что угодно и кого угодно. Я вырываю руку и говорю, стараясь выглядеть спокойной:

— Меня это не интересует. Извините.

Иду в зал, чувствуя спиной взгляд. И тут же слышу его слова:

— Ты будешь моей, Ася.

Я даже не останавливаюсь, сажусь за столик, кидая взгляд на брата и спутницу Шилова. Может, уехать? Сослаться на то, что мне стало нехорошо? И дать тем самым понять мужчине, что его провокации на меня действуют? Ну уж нет. Я не хочу портить Илье сделку, но унижать себя не дам, пусть даже не рассчитывает.

Остаток вечера я провожу с гордо поднятой головой, хотя взглядов Шилова все же стараюсь избегать. Его происходящее, кажется, забавляет.

И уже вечером, лежа в комнате, я думаю о том, что что-то из этого всего будет...

И оказываюсь права. Сначала Шилов пытается взять меня стандартным набором: цветы, ухаживания, – но я отвечаю категоричным отказом. После нескольких встреч он понимает, что таким образом ничего не добиться, и меняет тактику.

Сначала меня увольняют с работы, невнятно бормоча о вынужденном сокращении. Почему меня, одного из лучших сотрудников, доходит не сразу. Только когда у Ильи вдруг начинает срываться сделка, я догадываюсь, что происходит, и сама звоню Шилову.

— Это вы? – спрашиваю, заставляя себя сдерживать эмоции.

— Что я? – хмыкает он в трубку.

— Вы портите жизнь мне и моим близким?

— Что ты, Ася, – говорит он, – я еще и не начинал. Так, разминаюсь.

Я, сжимая зубы, считаю до пяти, потом спрашиваю:

— Чего вы хотите?

Кажется, на этот раз, правда, удивлен.

— Не будь дурой, Ась. Я сказал тебе еще в первую встречу: я хочу тебя.

Некоторое время я молчу, осознавая услышанное.

— И вас не смущает то, что я не хочу? – спрашиваю наконец и слышу, как Андрей смеется.

— Захочешь, Ась, куда ты денешься.

И оказывается прав. В том плане, что деться мне действительно некуда. Шилов имеет слишком большое влияние в городе, чтобы я могла ему противостоять. А еще он знает, куда бить.