Брутальный плен

Глава 2 

Когда Кириллу исполнилось двадцать шесть, всё изменилось.

Гарри Даллес умер.

Тихо. Во сне. Без мучений. Как уходят сильные - не прося, не прощаясь.

Для Кирилла это было не просто утратой. Это была первая смерть, после которой он не ощущал гнева. Только... тишину. Он молча стоял у гроба, в идеально сидящем чёрном костюме, с каменным лицом и пустыми глазами. И в ту самую минуту вся империя Гарри Даллеса легла на его плечи.

К двадцати шести он стал президентом корпорации. Уважали его. Боялись. Шептались о нём - брутальный, непроницаемый, красивый до боли, но с чертовски опасным взглядом.

Женщины толпами крутились вокруг него.

Блондинки. Брюнетки. Рыжие.

Худенькие, изящные, дерзкие, томные... на любой вкус.

И он пользовался ими. Без сожалений. Без намёка на привязанность. Как красивыми игрушками. Откровенно презирал.

Все, кроме одной.

Сьюзан.

Только она вызывала в нём что-то человеческое. Мать. Учитель. Женщина, которая однажды спасла его душу.

Но ни одна другая не могла претендовать даже на крошку этого уважения. Кирилл ненавидел женщин, видел в каждой меркантильную шлюху с алчными глазами и фальшивой улыбкой.

Он жил строго. Жёстко. Как часовой механизм.

Утро начиналось с пробежки вдоль озера, затем - спортзал, где он колотил грушу, будто выбивал злость из прошлого. Потом бассейн, холодный душ, плотный завтрак и к девяти ноль-ноль он уже восседал в кожаном кресле в головном офисе, холодно сверяясь с графиками и планами.

Работа до позднего вечера.

Тренировка - всегда.

Потом - ужин с Сьюзан, тихий и наполненный мягкой, почти материнской заботой.

А потом - очередная женщина.

Всегда разная. Всегда красивая.

Он не дарил им цветов. Не говорил комплиментов.

Они приходили - он получал своё - и они исчезали.

Наутро он даже не вспоминал их имена.

Его тело принадлежало удовольствию.

Его разум - власти.

А его сердце - пеплу.

Прошло семь лет. И когда казалось, что у него больше нет ничего, что можно было бы потерять, умерла Сьюзан.

Тихо. Достойно. В белых простынях старого особняка под Лондоном, с его рукой в своей. Она не плакала, не страдала. Только один раз сказала:

- Ты больше не волк, Кирилл. Ты стал человеком.

И ушла.

Навсегда.

На похоронах он стоял в тишине. Без тени эмоций. Только сжатыми до хруста пальцами.

Маленькая часовня на кладбище в Хэмпшире, мокрые от дождя надгробия, запах сырости и лаванды.

Сьюзан лежала рядом с Гарри.

А он стоял - один.

В этот момент Кирилл понял: всё.

Тут его больше ничего не держит.

Он принял решение без промедлений.

Основной пакет акций корпорации он передал Энтони - дальнему родственнику Гарри. Тот всегда был рядом, тенью на переговорах, молчаливым и точным. Аналитик по натуре. Лидер по разуму. У него было всё, чтобы сохранить империю Даллеса. И главное - он не хотел её разрушать.

- Продай, если захочешь, - сказал Кирилл, бросая папку с документами на стол. - Но не превращай это в цирк.

Энтони покачал головой.

- Я не продам. Но ты останешься с долей. С равной.

- Мне не нужно.

- Нет, Кирилл. Ты заслужил. Будешь прилетать раз в квартал, просматривать отчёты. Я возьму на себя управление. Ты просто живи.

Кирилл молча кивнул.

Он уехал в тот же вечер.

Частный самолёт, два чемодана, один паспорт.

И обратный билет - в ад.

Россия.

Начало девяностых. Развал, разруха, гниль на улицах и в душах. Рухнувшая империя, где правил не закон, а тот, у кого больше автоматов.

И Кирилл вернулся.

Тот самый волк, о котором все забыли.

Хищник с образованием лорда и сердцем, которое пережило пожар.

Он больше не был президентом корпорации.

Теперь у него была цель.

Захаров.

Семья.

Долг.