Курортный роман

Рамира тяжело вздохнула и проводила меня в ванную.

– Давай, раздевайся, сейчас мы из тебя принцессу будем делать. Я тебе такое молочко дам, от запаха которого, мой мужик меня буквально пожирает ночью.

Ее глаза снова загорелись. Когда я разделась, Рамира едва не упала в обморок.

– Боже мой… Мать, ты чего? – она изумленно уставилась на мой лобок.

– Что? – я проследила за ее взглядом.

– Это что такое? – она указала пальцем на мою заросшую промежность, – ты в курсе, что у тебя под этим “лесом” письки не видать?

– Да я никогда не брила там… ты же знаешь… Ты же неоднократно видела меня голой...– я пожала плечами, складывая джинсы на стиральную машинку.

– Не–не, ты не сравнивай! Когда мы с тобой, пять лет назад, регулярно отдыхали в бане, ты такого себе не позволяла… Да, у тебя никогда не было гладко выбрито, но и таких зарослей не было… У тебя всегда был “ежик”, а не вот такой вот пиздец… Ты что, совсем ошалела, подруга? Никто же не говорит о гладком бритье… Чтобы мужикам нравилось, необязательно делать между ног “попку младенца”, но такая жесть точно не допустима! У тебя волосы уже на ляжки пошли! Ты не обижайся на меня, но это правда отвратительно! Это не красиво и не гигиенично… Это лишняя грязь и запах! Так! Короче! Полезай в ванную! Наша задача: промыть голову специальным шампунем для объема, увлажнить волосы бальзамом, сделать хорошую причесочку, побрить письку… Можно не на гладко… Хотя бы просто убрать густоту... Кошмар! Даже на руках волосы… Ты девочка или кто? Я прекрасно помню про твою активную растительность на теле, но следить то за этим надо… Ты чего так себя запустила то? Смотри, это что за хрень? – Рамира указала на длинный волос на моей руке.

– Да я… как–то не парюсь по таким мелочам… – растерянно произнесла я.

– Вот тогда и не обижайся на правду! – резко выпалила подруга, – ничего… Сейчас мы все исправим… сегодня из этой квартиры выйдет, не рабочая лошадка София Фернандес, а милая, молодая красотка Софи… – подруга игриво подмигнула мне.

Я улыбнулась и тихонько хихикнула, залезая в ванную. Когда я, не одеваясь, выползла из ванной комнаты, “мой косметолог” снова уставилась на мою промежность.

– Ну вот, теперь ты похожа на девушку, а не на зрелую бабенку с четырьмя внуками... – ухмыльнулась Рамира.

– Думаешь, так пойдет? Может совсем гладко побрить? – я провела рукой по колючему лобку.

– Да не… необязательно! Большинству мужиков даже нравиться, когда на письке есть чуточку волосиков... но только чуточку, а не так чтобы он не видел, куда член совать…

Мы весело засмеялись. Рамира идеально, на две половинки расчесала мне волосы и чуть сильнее подкрутила их. Затем, сочной черной тушью подвела мне глаза и чуть увлажнила губы. Она искусно пропитала кожу моего лица каким–то кремом, после чего отвела меня к зеркалу, что почти в полный рост висело в зале, возле большой кровати.

– Ух ты… такие пышные стали… – я восхищенно провела рукой по своей голове, – глазки такие выразительные, губки вкусные… кожа, как у молодки… Боже, я уж и забыла все это, – я коротко, но весело засмеялась.

– У тебя длина волос хорошая… – Рамира подошла ко мне сзади, – даже в таком приподнятом виде, почти до лопаток достают… – улыбнулась она, теребя мои подкрученные локоны, – так, Софочка, у тебя трусы, то есть, которыми мужика совращать можно? – она вопросительно посмотрела на меня через зеркало.

– Ну… чего–чего, а трусов у меня полно… – я махнула рукой, и сверкая голой жопой перед зеркалом, стала вертеться и оценивающе разглядывать свое обнаженное тело.

В зеркале самодовольно крутилась голенькая, очаровательная стройняшка, невысокого роста, с крупной стоячей грудью, симпатичной талией и аккуратной, подтянутой попкой.

– Ага… полно трусов, говоришь? – Рамира быстро вышла из зала, но вскоре вернулась.

В ее руках были мои скомканные джинсы. Она вытащила из них темно–бежевые трусы и вопросительно уставилась на меня.

– Я так понимаю, у тебя все белье такое? – она бросила джинсы на кровать, и распрямив мои любимые домашние труселя, глазами указала мне на них.

– Ну да, я их недавно покупала… – я пожала плечами и вопросительно посмотрела на подругу.

– Где, на рынке? Так, это полный отстой, Софа! Не годиться… В таких трусах надо к гинекологу на осмотр ходить, а мужика соблазнять надо в нормальных...

– Да они нормальные… – я пожала плечами, вопросительно глядя на девушку.

Она пренебрежительно бросила мои трусы прямо в мусорное ведро и быстро пошла к своему шкафу.

– Знаю я, твои нормальные трусы… Три бальбоа за килограмм… – она снова негромко хмыкнула и достала из шкафа запечатанное белье, – вот… вот это нормальные трусы… – она подняла взгляд на мою грудь, – ну сиськи у тебя и так красивые, так что обойдемся без лифчика… Да и где я возьму лифчик на такую огромную грудь… Моим прыщикам, первого с половиной размера, не потягаться с такими “шарами”, как у тебя... какой у тебя размер, третий?

– Третий с половиной... – как–то смущенно произнесла я.

– Ну вот, я же говорю… – улыбнулась подруга, – так, вообщем вот, одевай, прямо здесь! Отсюда поедешь домой и докажешь своему дураку, какая ты знойная и горячая малышка… Потом кольцо на столе оставишь и укатишь…

– Как бы, не переборщить… – задумчиво произнесла я, натягивая на себя кружевное белье.

– А что он сделает? Бросит тебя? Я тебя умоляю, София... Ты что, страшная старуха? Вот скажи, тебе нужен мужчина, который восхищается тобой или тот, который, с тобой из–за жалости?

– Ну, не знаю… – растерянно произнесла я и пожала плечами.

– Перестань! Сейчас на курорте погуляешь и забудешь своего урода…

– Да не, я так не могу… – буркнула я, задумчиво разглядывая темно–синие кружевные трусы на своих бедрах, – я же не трахаться туда еду… Я вообще планировала вместе с ним ехать…

– Короче, я все сказала… Думай, надо тебе оно или нет… Еще пару лет назад, когда ты исправно за собой следила, за тобой такие мужики бегали… А точнее не бегали, а ездили… на дорогих крутых тачках… Ты уже забыла, как тебя три успешных молодых красавчика, едва не разорвали, предлагая руку и сердце? А ты с каким–то уебаном живешь… Сама же говоришь, что не любишь его…

– Я… я не говорила, что не люблю… я просто запуталась… В любом случае я не готова, так вот, все бросить… – растерянно пробормотала я.

– Ничего, найдешь замену и будешь готова… Знаешь, Соф… ты моему сердцу, как сестра дорога... Я бы очень хотела видеть тебя счастливой и желанной женщиной… А не такой старой зазнобой, в которую тебя превратил твой Леон.

Я тяжело вздохнула и быстро нацепила джинсы с футболкой. Мы прошли в кухню, где нас ожидало недопитое вино. Рамира серьезно посмотрела на меня и присела за стол.

– Ты как себя чувствуешь, то, после операции? Как вообще все прошло? Ты прости, меня не пустили к тебе. Я хотела потом приехать, а тебя выписали уже...

– Да ничего, вроде… – грустно произнесла я и тоже расположилась за столом, – вырезали мне маточную трубу, на которой опухоль была… сказали, что это следствие удара… ну, помнишь, в молодости на пикнике?

Рамира вздохнула и проглотила ком.

– И что, ты совсем не сможешь теперь забеременеть?

Я покачала головой и еще более грустно посмотрела на подругу.

– У меня осталась только одна маточная труба и она там как–то сильно заблокирована… Типа, если ее распрямлять, то можно повредить и она все равно не откроется…

– Мда… И у меня с яичниками полная беда… никогда не думала, что мы будем такими бездетными в свои годы…

– Да, хотя… одна из нас может все таки и стала мамой… мы же не знаем... – улыбнулась я.

Рамира резко ударила кулаком по столу.

– Так, я просила не упоминать о ней! Бросила она нас, все! Забыли! Ей наплевать на нас и наши детские воспоминания. Нет у нее сердца!

Я грустно улыбнулась.

– Ну все–все, не заводись! Давай, лучше, наливай...

Мы допили вино, и я вернулась домой.