Статус VIP. Первый курс

28.07.13

Дорогой Дневник!

Видела, как он достал из трусов свой член и стал «доить» его… Это отвратительно! Я не смогла уснуть и сквозь щелочки подсматривала, как он вошел в комнату, присел на край моей кровати и провел рукой по одеялу. Сердце сначала перестало биться, а потом мне показалось, что оно сейчас вырвется из груди! Не стала себя выдавать в надежде, что он уйдет. Но Блин вытащил свой «шланг» и начал им трясти! При этом он не забывал поглаживать мою ногу через тонкое одеяло. Мне хотелось вскочить и убежать, но все тело, будто онемело, я не смогла пошевелиться! «Шланг» вырос и приобрел форму среднего огурца (а в лунном свете зашторенных зеленых занавесок и цветом совпадал). Дрожащей рукой Блин потянул на себя одеяло, и я поняла, что это конец! Хлопчатобумажные сорочки, что нам дали в приюте по длине больше походили на майку – половину трусиков не закрывали. Он коснулся их рукой!.. Не знаю, откуда взялись силы! Я вскочила и ринулась бежать, но Блин больно схватил меня за руку – чуть не вывернул! Прижал меня к стене, зажав рот рукой, и проговорил на ухо плюющимся шепотом, приставив к моему горлу нож: «Не ори, маленькая шлюшка! А то и вправду может случиться что-то плохое! Кому ты нужна! Раз!.. И нет девочки! Скажу, что сбежала!.. Или договоримся? Я отпущу тебя, а ты поднимешь свои милые ручки кверху, упрешься в стену, расставишь пошире ножки и не будешь мне мешать. Договорились?» И он сильнее прижал лезвие. Я утвердительно помотала головой и сделала, что он просил. Слезы ужаса катились по щекам, но я стояла и молчала. Потому что хотела жить. Сейчас я вспоминаю об этом, и жить уже не хочу!..

За моей спиной послышалось глухое чавканье. Видимо, он продолжал доить свой «огурец», больно сжимая мне ягодицу. Затем, слегка приспустив мои трусы, он прижался ко мне своим большим волосатым телом, вертикально вклинивая «огурец» между моих половинок. Руками схватил мои груди и начал мять, попутно елозя всем телом по моей спине. Меня тошнило. Я закрыла глаза, чтобы сосредоточиться и не блевануть. Блин слегка отстранился и несколько раз смачно плюнул мне на попу. Теперь «огурец» заелозил по мне легче. На миг показалось, что если бы это делал красивый молодой парень, мне могло бы понравиться. И тут его рука плюхнулась на мою промежность! От неожиданности я вскрикнула - и Блин еще раз продемонстрировал мне острие своего кинжала! Замер и прислушался. В коридоре было тихо.

«Дыши глубоко!» - скомандовал Блин, полоснув ножом трусики. Они упали к моим ногам вместе с ножом, а я задышала, захлебываясь рыданиями. Он послюнявил палец и, нащупав мой клитор, начал круговые движения. Я, было, замерла, но он повторил команду. Снова глубоко задышала. Блин сжимал мою грудь, делая какие-то манипуляции с соском. Я дышала, плакала, а промежность предательски горела и ныла! Ненавижу её! Чтобы как-то отвлечься, я вспомнила детскую считалочку и стала мысленно проговаривать её.

Мышь учуяла сырок,

Побежала, вдруг... щелчок!

И теперь она одна в мышеловке заперта.

Мышь сидит теперь мечтой,

Всё о жизни размышляет.

Сразу стало ей понятно

Где бывает сыр бесплатно!

Кот напился молочка

Скушал рыбки два куска,

Потянулся и зевнул,

Лег на коврик и уснул.

Кот увидел страшный сон-

Мышь огромная, как слон, -

Хвост, как хобот, а усы

Толще толстой колбасы!!!

Мышь кота хотела съесть,

Кот проснулся - дыбом шерсть…

Хорошо, что нет мышей на девятом этаже…

Едва успела произнести мысленно последние слова, как в какой-то момент меня всю будто пронзило, я закричала, невольно сводя ноги и слегка присев. Блин успел снова зажать мне рот и, шумно выдохнув, крепко прижал к себе. По моим спине и ногам текла липкая жидкость.

«Вот так, девочка, - шептал он мне на ухо, задыхаясь. – Я ничего плохого тебе не сделал…Только доставил немного удовольствия. Жаль, ты уже завтра уезжаешь, а то мы бы с тобой еще покувыркались… Что ж, прощай. Там о тебе позаботятся… Ты научишься любить… И «ломать» тебя будут другие. Жаль… Ты такая сладенькая… Писечка моя…»

Дальше он проводил меня до кровати, поцеловал колено, укрыл сброшенным раннее одеялом и удалился, на прощание предупредив, что случившееся, разумеется, должно остаться между нами.

Немного уняв дрожь от испытанного, я осторожно сходила в туалет. В коридоре слышалось разноголосое сопение. Нас никто не услышал. Брезгливо смыла с себя биологическую жидкость Блина. Это очень противно! Но что же все-таки со мной произошло? Может, я кончила? Это было приятно, хоть и страшно очень. Промежность все еще пульсировала. Хотелось еще…

Фу! Как стыдно и гадко!