Освобождённая наследница

Всего полдня назад Светлана сказала Эдуарду, что её похитили. Теперь она стояла прямо перед ним, вернувшись в страну, как будто ничего не произошло.

С точки зрения Носова, жена не выглядела как человек, который вообще пострадал.

Медленно Снегирёва подняла глаза, чтобы встретиться с его взглядом. Тепло, которое когда-то наполняло её взгляд всякий раз, когда она смотрела на него, бесследно исчезло: «Нам нужно покончить с этим. Я хочу развода».

Шок промелькнул на лице Эдуарда, прежде чем оно исказилось от злости: «Ты вообще слышишь себя сейчас?»

Её тон оставался ровным, лишённым чувств: «Я очень чётко говорю. И требую развода».

«Развода? – он коротко, злобно рассмеялся и обвёл рукой роскошный интерьер вокруг них. – После того, как мы расстанемся, куда ты планируешь пойти? Обратно в деревню? Ты наслаждалась этой жизнью в качестве госпожи Носовой, окружённая деньгами и комфортом. Чего ещё ты можешь хотеть?»

Его слова пронзили Светлану насквозь.

В его понимании она была неспособна постоять за себя, как будто её существование полностью зависело от мужа.

Эдуарду и в голову не приходило, что ещё до их свадьбы Светлана стала знаменитостью и заслужила признание как один из лучших ювелиров в стране.

Девушка решила избегать всеобщего внимания и отказалась от любимой карьеры, чтобы сосредоточиться на их браке.

Оглядываясь назад, эта жертва казалась ей почти нелепой.

«Если кто-то хочет получить титул госпожи Носовой, я не стану препятствовать, – сказала Светлана, и в её глазах не было ничего, кроме холода. – Документы на столе. Прочитай их и подпиши».

Не дожидаясь ответа супруга, она повернулась и направилась к двери, таща за собой чемодан.

Лицо Эдуарда помрачнело, и он резко рассмеялся: «Света, если ты выйдешь за эту дверь сегодня, даже не вздумай возвращаться».

«Расслабься. Я не собираюсь возвращаться», – ответил Светлана не колеблясь. Холодная улыбка коснулась её губ, когда она встретилась с ним взглядом.

В этот момент Софья Носова, мать Эдуарда, спустилась по лестнице в шёлковой ночной рубашке. Чемодан в руках Снегирёвой заставил её остановиться: «Что это? Ты собираешься сбежать?»

Светлана спокойно посмотрела на неё. Едва заметная улыбка тронула её губы, но в голосе не было тепла: «Да. Я подаю на развод. Разве не этого ты всегда хотела?»

С того дня, как девушка вошла в дом Носовых, она сталкивалась с бесконечной критикой и тихим унижением. Свекровь находила недостатки во всём, что делала невестка. Постоянно напоминала ей, что та сирота, и никогда не упускала шанса похвалить Розу, наследницу семьи Коноваловых, принижая Светлану на каждом шагу.

Софья несколько секунд изучала её, прежде чем резко фыркнуть: «Тебе следовало уйти давным-давно».

Затем женщина переключила внимание на сына: «Эта девка ходячая катастрофа. Держать её здесь – значит навлекать на себя неприятности. Она сирота без прошлого. Как такая вообще может быть достойна тебя? Роза – единственная, кто тебе подходит. Покончи с этим браком и расчисти ей путь».

Эдуард посмотрел на неё тяжёлым взглядом: «Мама, хватит».

«Разве я лгу? Она вышла замуж за члена нашей семьи и живёт в роскоши, но всё равно жалуется. Раз уж ты просишь развода, не смей потом умолять вернуться», – без колебаний ответила Софья, скрестив руки и высокомерно посмотрев на невестку.

Светлана смотрела на них двоих и чувствовала только разочарование.

Это была семья, о которой она заботилась последние три года, люди, которым так старалась угодить.

Резкий смех сорвался с губ Светланы. Девушка расправила плечи и встретилась с ними взглядом, не дрогнув: «Выйти замуж за члена этой семьи было самой большой ошибкой, которую я когда-либо совершала. С сегодняшнего дня мы не имеем друг к другу никакого отношения. Я не хочу больше никого из вас видеть».

Она схватила ручку чемодана и вышла, ни разу не обернувшись.

«Света! Вернись сейчас же!»

Эдуард двинулся инстинктивно, готовый последовать за ней, но Софья схватила его за руку и оттащила назад.

«Почему ты бежишь за ней? – уверенно сказала она. – Эта девица разыгрывает спектакль, чтобы получить преимущество. Просто подожди. Когда она поймёт, что не сможет выжить там, то вернётся сама. И когда Светлана это сделает, убедись, что твоя жена знает своё место».

Эдуард застыл, когда фигура супруги уменьшилась и наконец исчезла в ночи. Острая боль сжала его грудь, как будто что-то, за что он должен был держаться, выскользнуло у него из рук.

***

За воротами особняка ветер гулял в кронах деревьев, и их листва шелестела под тёмным небом.

С чемоданом, катящимся сзади, Светлана шла по тихой дороге и вдыхала прохладный воздух. Впервые за долгое время её разум прояснился.

Вдалеке показались фары, и чёрный роскошный автомобиль замедлил ход, прежде чем остановился перед ней.

Задняя дверь открылась.

Длинная нога ступила на тротуар.

Одетый в сшитый на заказ чёрный костюм, мужчина держался с уверенностью. Его чёткие черты лица и спокойная поза говорили о власти и статусе.

Он направился прямо к ней. В тот момент, когда тот заметил её бледное лицо и грязь, испачкавшую платье, что-то изменилось в его обычно решительном взгляде.

«Света, – позвал мужчина, и его глубокий голос дрогнул, несмотря на его попытки контролировать себя. – Я твой брат. Я провёл последний год в поисках тебя. И наконец нашёл».