Разоблачение Отвергнутой Жены: Тысяча Личностей

Поутру Ксения уже выбиралась из такси в центральной части Святограда. Она проследовала прямиком в отель «Метрополь» и тут же оформила заселение.

Очутившись в современном, с полной обстановкой номере-люкс, она скинула пальто и швырнула его на ближний стул. Затем она устремилась сразу к высокому окну, тянувшемуся от пола до самого потолка.

Открывшийся вид являл собой всё то, что она оставила позади: взмывающие ввысь здания, кишащие людьми улицы и непрекращающийся городской хаос.

Она не видела ничего подобного с того самого дня, когда её мир рухнул. Ей исполнилось лишь шесть, когда её мать зверски убили, а саму бросили в горах.

Её собственное семейство поступило с ней именно так.

Не подвернись ей добросердечная чета, что случайно на неё наткнулась, она бы и недели не протянула. Дикие места поглотили бы её без остатка, не оставив и следа.

Однако она по-прежнему жива. И возвратилась она не с дружеским визитом. Она явилась сюда, чтобы рассчитаться по старым счетам и забрать то, что по праву всегда принадлежало ей.

Тут резкий толчок осознания вытащил девушку из водоворота размышлений. Она сунула руку в карман и извлекла подвеску, которую отобрала у раненого мужчины. Подняв её, она позволила солнцу поиграть на её гранях.

Теперь, очищенный от грязи, самоцвет переливался с каким-то надменным блеском – ледяным, прозрачным и явно стоящим баснословных денег.

В том, как он покоился у неё на ладони, чувствовалось нечто притягательное. Пальцы Ксении никак не желали его выпускать.

Тогда она подхватила тонкий чёрный шнурок, продела сквозь него камень и накинула себе на шею. Встав перед зеркалом, она окинула себя быстрым взглядом.

Смотрелось совсем недурно. Более того, ей это шло. И она решила не снимать её.

Спрятав подвеску под блузкой, она подняла телефон. С отработанной лёгкостью девушка замаскировала свой IP-адрес, а затем запустила новостное приложение.

Главная страница засветилась свежими сводками, но один заголовок буквально выпрыгнул ей навстречу: «Наследница Рыбаковых Амина Рыбакова в критическом состоянии – семья назначает огромные награды за донорство крови».

Это мгновенно завладело вниманием Ксении. Она кликнула на статью, не раздумывая ни мгновения.

Судя по репортажу, Амина угодила в тяжёлое дорожное происшествие. Она лишилась значительного количества крови, и больница отчаянно искала доноров с резус-отрицательным фактором для её спасения. Рыбаковы швырнули на решение проблемы целое состояние, но, несмотря на колоссальную награду, желающих сдать кровь практически не находилось.

Губы Ксении изогнулись в ухмылке, которую она и не думала скрывать.

Вот уж поистине звёзды сошлись.

Она морально готовилась к долгой и изнурительной битве лишь за то, чтобы незаметно проскользнуть обратно в круг семьи Рыбаковых. А вместо этого идеальный шанс сам свалился ей прямо в руки.

Ещё не стерев из памяти прочитанное, она закрыла приложение, откинулась на диванные подушки и прикрыла веки, собираясь с мыслями.

Оказалось, что та самая группа крови, которую так лихорадочно разыскивают медики, в точности совпадает с её собственной.

Если она хочет упрочить своё положение в Святограде, ей требуется статус – такой, который нельзя было бы ни стереть, ни отменить.

Утвердившись в своём намерении, девушка накинула пальто и вышла, ни на секунду не колеблясь.

Это было не простым возвращением. Она собиралась заставить Рыбаковых пресмыкаться. У них не останется иного выбора, кроме как молить её вернуться – не втайне, а на виду у всего света – в качестве законной наследницы всего того, что они пытались у неё украсть.

У входа в Святоградскую Больницу №1 Родион Рыбаков только что покинул автомобиль, как вдруг некая фигура преградила ему дорогу.

Он застыл как вкопанный, – именно та девушка стоит перед ним.

Краска сошла с его лица в тот же миг, как их взоры пересеклись. А всё его тело окаменело, словно он только что столкнулся с привидением.

«Ты...» – выдавил он, с трудом вымолвив это единственное слово.

Ксения встретила его взгляд со спокойной уверенностью, улыбаясь мягко, но нарочито: «Как мне к тебе обращаться? Господин Рыбаков... или "папа" подошло бы больше?»

Этот вопрос обрушился на Родиона подобно удару в солнечное сплетение. Он разомкнул губы, чтобы заговорить, но звуков не последовало.

Ксения не дрогнула. Не отступила ни на шаг.

Она дала ему возможность рассмотреть каждую черту её лица. Чем дольше он всматривался, тем сложнее становилось отрицать то, что предстало перед ним – живое отображение её матери. Если где-то в глубине души у него и теплилась хоть искра раскаяния, то сейчас настал момент для её проявления.

Ни один из них не шелохнулся. Воздух меж ними сгустился под тяжестью осознания.

Когда Родион наконец обрёл способность говорить, его голос прозвучал шёпотом: «Неужели это действительно ты... Ксюша?»

На лице девушки не дрогнул ни один мускул: «Хочешь провести анализ-ДНК или положишься на собственную интуицию, папочка?»

Руки мужчины затрепетали: «Никакой нужды в этом нет. У тебя лицо матери... в точности как у неё в твоём возрасте».

Это исторгло из горла Ксении короткий язвительный смешок.

Как у него хватило наглости вспоминать о её матери именно сейчас – после всех прошедших лет? Не покинь он их тогда ради богатства и высокого положения, её мать не погибла бы именно таким образом. А теперь он осмеливается упоминать ту самую женщину, которую бросил, не оглядываясь?

«У меня отрицательный резус-фактор», – произнесла она резким холодным тоном. После чего развернулась и направилась в больницу, не ожидая никакого ответа.

Родион на мгновение застыл, ошеломлённый эмоциональным ударом. Затем встрепенулся и поспешил следом.

Они остановились прямо у входа в реанимацию.

Внутри, опутанная проводами и медицинской аппаратурой, на постели неподвижно лежала девушка. Её кожа отливала бледностью, а тело обмякло. Она еле-еле цеплялась за жизнь.

Голос Ксении прорезал безмолвие: «Я стану донором. Но лишь на одном условии».

Она не повернулась к Родиону. Её взор был прикован к девушке в палате. Губ коснулась медленная, непроницаемая улыбка: «Ты восстановишь мой статус в качестве члена семьи Рыбаковых. И оформишь это официально. Я желаю, чтобы об этом узнал весь мир».

Челюсти Родиона сжались, а на его черты легла тень: «Ксения... если ты просто ищешь кров над головой, я могу приобрести тебе отдельное жильё. Но возвращение в семью Рыбаковых... это сложное дело».

Ему не требовалось растолковывать подробности. Ксения и без того всё понимала: даже если он и уступит, остальные Рыбаковы никогда на это не пойдут.

«Если твоя семья откажется исполнить моё условие, тогда Амина Рыбакова может встретить смерть в одиночестве», – заявила Ксения, поворачиваясь и направляясь прочь.

Родиона охватила паника. Тотчас он метнулся вперёд и поймал её за руку: «Погоди, прошу тебя. Не уходи, милая. Я переговорю с ними, – даю слово, что сделаю это».