Некромант. Рабочие будни

Таши насвистывал веселую песенку. Конек брел, почти подремывая и то и дело норовя остановиться на обочине. До города было еще часа два пути. Погожий летний денек, солнышко, тепло, уют… мужчина был готов замурлыкать.

Ему было хорошо и уютно.

Смешно, но темные обожали тепло, солнышко, огонь…

Что бы там ни говорили жрецы Четырехликого – темные чем-то были похожи на змей. А где вы видели змею, которая обожает морозы?

Конь мерно цокал копытами по дороге…

Все было так хорошо и уютно, что Таши даже замурлыкал. И сильно расстроился, когда перед ним на дорогу вышли трое мужиков.

Вид их не оставлял сомнения в профессии. Лесные братья. Они же шакалы дороги, они же, если по-простому, грабители и разбойники.

Ну вот… такой хороший день испортят…

- А ну стой, - приказал самый старший, демонстрируя довольно ржавую секиру так, словно это был какой-то веский аргумент.

Таши послушно натянул поводья. Конек по кличке Буряк всхрапнул и остановился.

- ребята, чего вам надо?

- Слезай с телеги, умник… - мрачно протянул второй. – Слышал, небось, что делиться надоть?

- Слушал – слышал, - заверил Таши. – А вы тут при чем?

- А при том. Значитца, у тебя фургон и лошадь… вот нам их и оставишь. А сам можешь идти.

- а больше вам ничего не надо?

- Слезай, давай. А то сейчас…

- Ребята, шли бы вы отсюда, а? Неохота вас убивать… Такой день хороший…

В землю перед мордой конька ударила стрела. Хорошо хоть Буряк был абсолютно флегматичным конем. Но Таши определенно разозлился.

- Шейсс!

Всего одно слово-команда. Некроманту не надо приказывать громко. Его и так услышат…

И жест. Чтобы накрыть коня пологом тьмы. Темнота-то лошади привычна. А вот если он увидит, что будет происходить, или почует… нет уж, не надо некроманту ловить ошалевшую лошадь и собирать свой скарб по дороге. А полог тьмы – он все отсекает.

Таши подошла бы и телега. Но телега не могла скрыть…

Из фургона, через голову Таши выпрыгнули две костяные гончие. И бросились на ошалевших разбойников. Таши знал, что третья в этот миг выпрыгнула с другой стороны фургона и занялась стрелками. Но и сам некромант не собирался оставаться без защиты.

Костяной жезл словно сам скользнул в руку – и перед ним замерцал полог.

Темный щит. Простенькое заклинание.

Но очень эффективное.

Через него не пролетит ни одна стрела. А сам Таши мог беспрепятственно разглядывать происходящее.

Гончие почти мгновенно справились с разбойниками и метнулись в кусты, оставив на дороге три хрипящих тела. Таши ухмыльнулся – и направил жезл в их сторону.

Вот так… в момент смерти высвобождается большое количество энергии. Имеет смысл собрать хотя бы часть.

Сила лишней не бывает.

Потом скинет в накопитель.

Не прошло и трех минут, как гончие вернулись к хозяину.

- Оттащите эту падаль с дороги, - приказал Таши.

Вид костяных собак был страшен. Не слишком большие, не больше метра в холке – они были похожи на собачьи скелеты, перевитые чем-то черным и красным. Таши взял для их изготовления качественные высушенные жилы и мышцы.

Можно слепить гончую и на скорую руку. Но она не будет так эффективна. А Таши терпеть не мог небрежности.

А теперь…

Слезть на землю. Направить жезл на трупы на дороге. И вбросить капельку силы.

Ночью можно и без жезла. Но днем с ним удобнее. Сила не рассеивается, никто ничего не почувствует…

Трупы шевельнулись.

- Идите в лес на три перестрела* на юг, закопайте трупы своих товарищей и закопайтесь сами.

*Перестрел – примерно 100 м, прим. авт.

И отвернулся от зомби. Вот еще не хватало о них думать. Таких тварей десятками лепить можно, главное – осторожно. А вот с гончими работы больше. Так что…

- Место.

Одна за другой гончие осторожно запрыгивали в фургон. Таши дождался последней – и заглянул внутрь.

Осторожно опустил крышки на сундуках. Замки, конечно, закрывать не надо. Гончие должны прийти на помощь хозяину в любой момент. А на подъезде к городу надо будет поставить сверху пару сундуков полегче.

Таши вздохнул.

Сложно в этой жизни приходится некроманту.

Жечь, конечно, их не принято… последние лет пятьдесят. Раньше и жгли (в Торадоре), и топили (в Равхе), и камнями забивали (в Интаре). И это еще не весь список.

Сейчас просто побьют (может, даже и не до смерти) и выгонят из города. Поэтому лучше никому не знать о такой полезной профессии.

Так что в Тиварас приедет не некромант.

Сундуков с Гончими всего два. Под полом фургончика прячутся разные полезные в работе вещи. А в остальных сундуках – книги. Свитки. Пергаменты. Рукописи и летописи.

Таши привычно отбросил назад светлую прядь.

В Тиварас приедет самый обычный книжник. Торговец книгами, переводчик, писец, историк и даже немного звездочет. Несколько звездных карт у Таши в фургоне тоже есть. Никаких некромантов. Ничего запретного. Вот доедет – найдет себе лавку, развернет торговлю, чуть-чуть обоснуется, а потом появится и некромант. Не бросать же работу?

А еще надо узнать, что случилось с отцом. Убить некроманта можно. Но – сложно. Он-то сам – смерть. И обычно некромантов либо одолевают многолюдьем, либо… Если первое – тут ничего не попишешь. Профессиональный риск.

Если же второе…

Право на месть у некроманта никто и никогда не отнимал. А те, кому помешал один некромант и на второго рано или поздно выйдут. Или он на них. И вот тогда… Я человек добрый. Не убью. Но вы об этом еще очень сильно пожалеете.

Таши улыбнулся, ловко запрыгнул на передок фургона, подоткнул шалотту, чтобы не запачкалась.

А хороший все-таки сегодня денек… теплый….

Некроманта.

Повелителя ночи, говоря высоким языком.

Хотя на это Таши было чихать, что ни говорите. Его могут хвалить, могут проклинать, но изначально он – темный.

Некромант.

Сын Раш.

Восьмилапой. Плетущей сети.

Темный.

Старая, очень старая раса.

Дети листэрр. Прямые потоки. Хотя и не змеехвостые.

Наследство родителей не миновало темных – ядовитые клыки, полоска чешуи вдоль позвоночника, немалые способности к ментальной магии, петлеобразные мочки ушей.

Хотя уши у него нормальные. Отец сам обрезал вскоре после рождения. Таши этого не помнит. Мог бы вызвать воспоминания вплоть до рождения – но зачем? Хватит и того, что способности у некромантии у него проявились с самого рождения.

Забавно выглядит, когда младенец заставляет ля развлечения летать вокруг себя мертвых мух?

Еще как.

Только люди почему-то пугаются.

Вылупившийся кобреныш – уже кобра. И ядовит.

Родившийся темный – уже потомок листэрр. Изначально некромант.

Единственное, что Таши помнил из своего младенчества – лицо матери. Хотя видел его только один раз. Когда мать приложила его к груди.

Темные не слишком популярны. И найти женщину, которая не побежит сдавать отродье Раш ближайшему крихоши – сложно. А уж найти жену…

Поэтому отец Таши поступил просто. Когда он решил размножаться, он выкупил в борделе недавно попавшую туда рабыню, девственность которой собирались продать с торгов - и предложил ей выбор.

Либо она рожает ему ребенка и получает вольную и неплохую сумму денег.

Либо… сделать зомби – несложно. Тем более из живого человека.

Беда темных – им очень сложно размножаться. Сложно найти подходящую женщину. Тем более - девственницу. И очень часто матери темных погибают при родах.

Впрочем, мать Таши не погибла.

Она получила деньги и вольную, уехала в Къянти и навсегда забыла про сына.

Таши не горевал. Некроманты не слишком привязаны к родственникам.

Сложная работа, вредный характер, ну и наоборот тоже.

Мерно поскрипывает фургончик, пригревает солнышко, близится Тиварас.

Интересно, что принесет ему новый город? И что принесет городу некромант?