Идущая сквозь миры

- Звали? – переспрашиваю у дяди, войдя в кабинет.

- Да, заходи и плотно закрой дверь.

Делаю, как говорит Его Величество, прохожу и сажусь в кресло напротив дяди. Обращаю внимание, что он выглядит очень уставшим и расстроенным.

- Раяна, не буду ходить вокруг да около, на это нет времени. У нас очередной разлом. На этот раз все очень плохо. Оттуда к нам вышли какие-то огромные монстры. Они перебили наших воинов и уничтожили три деревни, сейчас двигаются в сторону города Кеч, на границе с нашими северными соседями. До этого мы хранили в строгой тайне тот факт, что у нас происходят разломы. Но, судя по всему, в ближайшее время наши соседи узнают и о них, и о монстрах из других миров. Я послал гонца предупредить власти города и соседнего государства. Так что в ближайшее время вспыхнет международный скандал. И, учитывая распри среди знати, я предполагаю, что из тебя захотят сделать козла отпущения. И не имеет значения, спровоцировала ты разрыв в ткани миров, или нет. Это просто дворцовые интриги, а ты – неугодная наследница престола. Впрочем, я отвлекся. Ты неглупая девушка, сама все поймешь, а сейчас некогда вести светские разговоры – дядя на секунду замолчал, потирая пальцами район висков, как если бы у него разболелась голова.

- Что нужно делать? – спрашиваю, чтобы облегчить ему задачу.

Он поднимает на меня глаза и улыбается. С нежностью и одновременно, горечью.

- Милая моя девочка, ты, как всегда, проявляешь ко мне заботу, забывая о себе. Я рад бы сказать, что все улажу, но в данный момент времени это не так. Поэтому, думаю, тебе лучше сейчас уехать. Собери самое важное и нужное, что может пригодиться в дороге, и будь готова через два часа. Около полуночи, я за тобой приду. Поедешь в сопровождении небольшого отряда, но действительно верных людей. Если доверяешь горничной, возьми ее с собой. Если нет, то нет. Все, Раяна, иди, собирайся. Ровно через три часа я зайду.

Сделав книксен, выхожу и быстро иду к себе в апартаменты. Вытащив сундук складываю в него несколько не очень приметных платьев, две пары обуви, теплый плащ. Сначала кладу книги, потом убираю. Что за ерунда? Где и когда я буду их читать? Руки трясутся, а сердце бухает просто в голове, мешая сосредоточиться.

На минутку присаживаюсь на кровать. Делаю глубокий вдох и закрываю глаза, пытаясь отогнать все мысли. Сейчас я должна быть спокойна. Моя магия часто выходит из-под контроля именно в таких, стрессовых моментах. Еще один глубокий вдох через нос и выдох ртом. Набат в висках успокаивается, дыхание тоже. Открываю глаза. Теперь можно продолжить сборы.

Кладу пять пар перчаток – это мой самый главный и ненавистный аксессуар, но без него никуда. Моя правая рука, начиная с кисти, исписана черными рунами, они бегут по спирали вверх и выходят сбоку на шею, а потом прячутся на затылке, в волосах. Такое же уродство на ноге. Подарок Богини Смерти, знак ее особой расположенности ко мне. (О появлении рун на теле Раяны можно более подробно прочесть в 1 и 2 главах книги «Идущая сквозь время»). Еще одну пару запихиваю в потайные карманы дорожного платья и в сумочку.

Горничная суетится рядом, собирая шпильки для волос, драгоценности и прочую мелочь. Какое-то время смотрю на нее, размышляя, можно ли ей доверять. Она со мной давно. Почти восемь лет. Три последних года стала горничной, а до этого была просто девочкой на посылках. Сколько ей лет? Пятнадцать, восемнадцать?

- Инга, сколько тебе лет?

- Пятнадцать, Ваше высочество.

Значит, большую часть жизни она живет у меня. Возможно, стоит довериться. Насколько я помню, она – сирота и братьев, сестер у нее нет. Но она так молода. Тут во Дворце, ей будет спокойно и тихо, а со мной…, кто знает, что меня дальше ждет…

Она в замешательстве на меня смотрит, видимо, ощущая мое настроение, и делает то, что является для меня полной неожиданностью. Быстро пересекает комнату, преодолевая расстояние между нами, и бухается у моих ног на колени.

- Ваше высочество, возьмите меня с собой. Я пригожусь, я много чего умею. И шить, и вышивать, и есть готовить. И немного во врачевании понимаю. Пожалуйся, не бросайте меня тут – она умоляюще складывает руки и смотрит на меня сквозь слезы.

- Инга, - пытаюсь объяснить ситуацию девушке – мы не в летний Дворец едем, даже не в загородный дом. Я вообще не знаю, куда отправимся, и что нас ждет. Допускаю, что будет опасно, возможно даже, смертельно опасно.

- Я осознаю всю трудность ситуации, Ваше высочество. Пожалуйста, возьмите меня с собой.

- Хорошо. У тебя есть полчаса на сбор своих вещей, беги.

- Я управлюсь за пятнадцать минут – уже выбегая, отвечает девушка.

Невесело усмехаюсь. Оглядываю комнату, не забыла ли чего. Беру с каминной полки наш с сестрой детский портрет. Глупо его забирать с собой, но я не в силах расстаться с ним, а потому, не смотря на холодные доводы рассудка, прячу его на дне сундука, завернув в платье. С тоскливым вздохом смотрю вокруг. Я все здесь любила. Тут еще живут мои воспоминания о наших с сестрой шалостях, о беззаботных днях.

Ровно через пятнадцать минут залетает запыхавшаяся Инга. В руках саквояж, через плечо – узел с вещами, глаза сияют. Только я хочу еще раз попытаться ее отговорить, как дверь в покои открывается и входит дядя. Он бегло оглядывает сначала горничную, потом меня. Я замечаю, как Инга заливается краской от его взгляда, и усмехаюсь про себя.

Да, за моим дядей сохнут многие девицы от первых красавиц королевства до посудомоек в трактирах. Ему только пятьдесят лет, в наших землях маги живут до 150 лет, а правящие династии до 200, возможно и дольше. Так что его возраст самое оно для женитьбы. Тем более, он высок и хорош собой, но увы, равных ему по магии женщин до сих пор не нашлось, а без магической связи детей у пары в нашем мире быть не может. Поэтому так получилось, что я, дочь его младшего брата, стала официальной престолонаследницей. Хотя, я все еще лелею надежду, что дядя найдет свою суженную.

Его Величество кивает двум крупным парням, которые пришли с ним, они берут мои вещи и выходят.

- Пора – говорит дядя и, взяв меня за руку, тянет к выходу.

Я следую за ним, лишь на секунду, прежде чем дверь закроется, отсекая мою прежнюю жизнь, оборачиваюсь, чтобы бросить последний взгляд в прошлое. А потом сжимаю холодными пальцами руку дяди и быстро иду с ним в ногу по темным потайным коридорам Дворца.

Через полчаса ходьбы мы выходим из туннеля и оказываемся в лесу. Еще сто метров и на узкой дорожке нас ждет темная, неприметная карета, запряженная четверкой лошадей и десять человек охраны. Все они высокие и широкоплечие, облаченные в темные одежды, лиц не видно из-за высоко поднятых воротников и низко опущенных шляп. Мне немного не по себе, дядя это понимает и крепче сжимает мою ладонь.

- Не бойся. Они умрут за тебя. Этим людям я доверяю, как себе. Знакомься, это начальник твоей охраны – Зет – представляет он меня внезапно подошедшему откуда-то сбоку человеку. От всех остальных его отличает только красный платок, повязанный на рукаве плаща.

- Очень приятно, Зет – говорю спокойно и радушно, словно мы на светском приеме во Дворце. «В любой ситуации для принцессы важно умение держать лицо » – с этой фразы всегда начинались наши с сестрой уроки этикета.

- Взаимно, Ваше высочество – голос из-за ворота плаща звучит глуховато, но тембр приятный.

Кивнув, мужчина отходит, и мы с дядей остаемся наедине.

- Вы поедите через леса, будете держаться наименее заметных дорог. Зет знает все подробности, тебе просто нужно ему довериться. Сейчас вы едите в храм Богини Жизни на северо-восточной границе, там вас будет ждать мой старый друг – жрец Богини. Что делать дальше, он расскажет. Главное – доехать до Храма. Если что, то ты можешь просить помощи у короля Улафа. Он мой верный союзник и давний друг, но полностью ему не доверяй, он подвержен влиянию жены, коварной женщины, которая не упустит своей выгоды ни в чем. За родителей не переживай, я все им рассказал, держи – дядя передает мне конверт – это письмо от мамы, почитаешь в дороге. Все, тебе пора. И пусть Богиня Жизни, Великая Мать отведет от тебя всякую беду. Как будешь в Храме, свяжись со мной, Жрец знает как.

Дядя порывисто и крепко обнимает меня, я прячу слезы на его плече. Секунда и мы расходимся. Мне помогают сесть в карету, где меня уже ждет Инга, а дядя отходит с тропинки. Лошади дергаются, и мы отъезжаем. Я смотрю в окно, стараясь запомнить родное лицо. Его Величество стоит прямо, широкий и горделивый разворот плеч, царственная осанка. Ветер треплет его белую длинную косу. Бесстрастное лицо, ни одной эмоции. Но я его знаю и вижу то, чего не видят другие. В глазах дяди плещется тоска.

Прощай дядя, если даст Богиня, свидимся еще. Сажусь ровно на сидении. И хотя внутри все кричит и плачет, сухими глазами смотрю в окно, на пробегающие мимо черные тени деревьев и сияющую луну, что освещает путь принцессе-беглянке.