Молот

– Что значит «нет»? Вам нужна медицинская помощь, чем скорее, тем лучше.

Но мужчина снова покачал отрицательно головой, морщась при этом от боли, сжимая в одной руке свое найденное портмоне, а другой держась за спину. Дождь почти прекратился и лишь слегка противно моросил.

– Как хотите, я не собираюсь вас уговаривать, у меня своих дел полно. У вас есть деньги, вот дорога. Прощайте, – Аня махнула рукой в сторону трассы, развернулась и пошла.

Соображал Артем плохо, очень плохо, а еще мало что помнил. А если начинал напрягать память, пытаясь хоть как-то восстановить события прошедших суток, то страшно начинала болеть голова, просто раскалывалась на части. Кто же так его приложил? Что, вообще, он делал в этом лесу? Как сюда попал? Где его машина? То, что у него была машина, в этом не было никаких сомнений.

«Да, Артем Петрович, попал ты в странную и темную историю. Какая паскуда это учудила? Надо отлежаться, разобраться во всем, и оторвать всем бошки к херам. Злость в нем закипала, ситуация и беспомощность выбешивали, тошнило и кружилась голова, а еще ныла спина».

А девчонка, на самом деле, забавная, такая дерзкая и уверенная. Так все складно разложила, мол, мое дело крайнее, я предупредила. Иди куда хочешь, делай, что хочешь, ей, мол, пофиг, а по глазам видно, что добрая, не прошла мимо убогого мужика в кустах. А он сам не знал, что делать, потому что хреново было, хоть ложись прямо тут и помирай, в этом милом лесочке.

Аня развернулась и направилась снова вглубь леса, чтобы забрать корзину, которая осталась там лежать в кустах. За молоком ей идти уже не хотелось, ноги промокли основательно, так, что вода противно хлюпала в кроссовках, а еще она замерзла, жутко хотелось горячего кофе, теперь уже без сливок и молока, а еще курить, но курить она обещала бросить. Бросишь тут, как же, столько стрессов, а приехала ведь отдохнуть, расслабиться.

Но мужчина не остался стоять на месте, а пошел за ней. Аня это чувствовала, а так же представляла, как ему больно и как, наверное, отвратительно кружится голова, а там еще и кровь, ужас. Она притормозила, чуть замедлила шаг, чтобы он был от нее на небольшом расстоянии.

Хотела уже подойти, помочь ему, но, в конце концов, он взрослый мужчина, это его решение. Хочет загнуться в этом лесу, пусть будет так. Да кто она ему? Сестра, жена, подруга? Никто она ему. И надо уже прекращать быть такой сердобольной.

Подобрав корзину, она все-таки оглянулась, он стоял, облокотившись на здоровый ствол сосны, сам такой большой, но такой беспомощный, с болью в глазах.

– Ну, хорошо, черт с вами, – Аня решительно подошла, снимая с себя огромный дождевик и накидывая его ему на плечи. – Пойдемте со мной, вы весь мокрый и трясетесь, не дай бог, еще воспаление легких заработаете. Хотя я не знаю, как вы до сих пор на ногах держитесь, при таком ударе по голове.

Он криво усмехнулся, а девушка тоже забралась под плащ, прижимаясь к нему и обнимая за талию. Артем повернул голову в ее сторону, макушка девушки была как раз на уровне его подбородка, вдохнул, легкие наполнились запахом свежести, листвы и дождя.

– Пойдемте, здесь недалеко, а то вы скоро рухнете на землю, я вас точно не дотащу. Придётся тогда бежать, просить о помощи, а вы, я так понимаю, не хотите афишировать свое состояние и местонахождение.

Одной рукой она прижимала его к себе, будто сможет удержать, начни он падать, в другой держала корзинку.

«Все-таки она занятная девчонка, а еще сообразительная», - подумал Артем, - Как, она сказала, ее зовут, Анна Владимировна? Значит, Аня, красивое имя. Аня, Анечка, Анюта».

– Плащ накинула в целях конспирации, и зайдем в дом со стороны леса. А то наши бабки соседские, наверное, уже встали и все глаза в окошки проглядели, проклиная погоду и дождь.

Шли снова недолго, какими-то тропинками, но Артем чувствовал, как теряет силы, как они вытекают из него тонкой струйкой, ноги подкашивались, начало тошнить еще больше.

– Эй, эй, ну-ка, не терять сознание. Не сметь падать, совсем немного осталось. Давай, родимый, еще немного, вот наш забор, так, аккуратно, заходим. Еще совсем чуть-чуть. Я тебя прошу, только не падай прямо здесь.

Они зашли в калитку за высоким забором, ступая по выложенной декоративным камнем тропинке, мимо цветущих ярких цветов, кое-как дошли до одноэтажного кирпичного дома, поднялись на широкое крыльцо. Артем практически не видел, куда его ведут, глаза закрывались, силы уходили. Аня прислонила его к стене, быстро выскочила из-под дождевика, достала из промокших джинсов ключи, открыла дверь.

Как только они прошли веранду и переступили порог дома, мужчина начал оседать на пол, теряя сознание, словно сил у него хватило лишь для того, чтобы дойти до этого дома.

Аня вскрикнула, начала хвататься за него, боясь, что он ударится еще больше головой или спиной. Как могла, держала его массивную фигуру, прислоняя к стене. Но он начал оседать, наклонился и, словно куль, упал на пол.

Аня села рядом с ним, печально и взволнованно смотря на такой подарок судьбы. Молодец она, решила отдохнуть, набраться сил, подышать свежим воздухом, вот, мужика в дом привела, странного. И зачем она пошла за молоком сегодня? Прямо вот приспичило свеженького парного молочка испробовать.

В доме было сыро, из-за погоды и лившего постоянно дождя, дрова с ночи уже прогорели, Аня подложила еще, в печке заплясал веселый огонь, запахло дымом. Сменив свою одежду на сухую, подошла к мужчине и начала раздевать его.

Он был очень тяжелый и крупный, как смогла, на том же дождевике перекатила его на коврик. Он так и лежал боком, подложила под голову свернутую старую куртку. Расстегнула мокрую насквозь клетчатую рубашку, стянула ее, отбросила в сторону.

Принялась за обувь и джинсы, стало жарко так, что вспотела. Встав и осмотрев место своего боя, обнаружила, что на мужчине плавки не из дешевых. Людка, напарница ее, хвасталась в том году, что купила своему мужу точно такие же, мол, стоят бешеных денег, но это же фирма.

Но сама его фигура невольно вызывала чувство восхищения, ничего лишнего, мышцы, мускулы, кубики, легкий загар, широкие плечи. На левом бедре, прямо на всей его мускулистой поверхности, татуировка - большой молот, с витиеватыми узорами и надписями по всему рисунку.

Картинка была словно с эффектом 3D, молот, наносящий удар, и искры, летевшие от него. Она начала ее рассматривать, коснулась пальцами, провела по узорам, нащупала длинный шрам, который шел по всему бедру, под затушеванной черными чернилами татуировкой.

Аня принесла таз с теплой водой, полотенце, аптечку. Обойдя мужчину со спины, осмотрела ее, легко касаясь пальцами. Там был внушительный синяк на половину спины, с кровоподтеком уже почти черного цвета.

– Ну, хоть на спине нет куполов. Спасибо тебе, мил человек, и на этом.

Тщательно смыв кровь с головы, волос и шеи, нащупала шишку, обработала перекисью, для этого пришлось состричь клок волос. Затем уложила удобней его голову, намазала спину мазью, укрыла пледом и одеялом.

Наконец, сварила кофе, забралась на стул с ногами, в маленькой кухне было хорошо видно лежащего на полу мужчину. Его грудь тяжело вздымалась, он хмурил брови, иногда неспокойно дергал руками и скидывал с себя одеяло.