Контракт Истёк? Время Любить по-Настоящему!

«Ты сама разденешься или мне помочь?» – в голосе мужчины сквозило презрение, и Елизавета Воронцова тут же напряглась.

Она замерла, когда молния на её платье медленно расстегнулась, и прохладный воздух коснулся голой кожи. В панике она схватилась за ткань и повернулась к мужчине, их взгляды встретились.

«Ты надела платье, которое тебе не предназначалось. Его должна была надеть Евгения», – его слова, резкие и бескомпромиссные, пронзили её насквозь.

Перед ней стоял Артур Воронцов, наследник крупнейшей бизнес-империи Приморска. Он не должен был стать её мужем, ведь ему предназначалась её сводная сестра Евгения Соколова. Но когда Евгения бесследно исчезла прямо перед свадьбой, Елизавета была вынуждена занять её место.

Всё началось с того, что Галина Соколова, её мать, с которой Елизавета почти не общалась после того, как повзрослела, неожиданно появилась на пороге её дома. Вместо приветствия Галина потребовала, чтобы Елизавета вышла замуж за Артура вместо Евгении.

«Лиза, как ты собираешься оплачивать расходы на дом престарелых для отца? – Галина крепко сжала руки дочери и взмолилась: – Его счета будут только расти. Просто помоги Евгении в этот раз, и семья Соколовых возьмёт на себя все расходы».

Елизавета не раздумывая отказалась.

Но на следующий день её отец исчез. Без предупреждения семья Соколовых забрала его. Её отец, уже ослабленный прогрессирующей деменцией, стал их козырем. Именно так Елизавета оказалась в свадебном платье, вынужденная произнести клятвы, предназначавшиеся другой.

У Елизаветы не было другого выбора. Она сделала то, что должна была. Отец был единственным человеком, который всегда её поддерживал. Она ни за что не бросила бы его сейчас.

«Господин Воронцов, этот брак по расчёту – всего лишь формальность для бизнеса. Неважно, я ли это или кто-то другой», – Елизавета отбросила болезненные воспоминания, опустила голову и неохотно обратилась к Артуру, стоявшему перед ней.

«Не отворачивайся, когда говоришь со мной», – ответил он холодным и резким тоном. Твёрдой рукой Артур приподнял подбородок Елизаветы, заставив её посмотреть ему в глаза.

Только тогда она заметила что-то за его ухом. Маленькое устройство. Изящное. Незаметное.

Кохлеарный имплант.

Артур был слабослышащим. Неужели это и был тот секрет, из-за которого Евгения сбежала со свадьбы?

«Зная, почему сбежала твоя сестра, ты всё ещё хочешь выйти за меня замуж?» – губы Артура изогнулись в саркастической усмешке.

Он только что вернулся из-за границы, поэтому большинство людей ещё не слышали о потере слуха, которая случилась двадцать лет назад.

«Я выйду за тебя замуж», – ответила Елизавета, скрывая мелькнувшее в глазах сомнение.

«И какова твоя причина?» – спросил Артур низким и твёрдым голосом. Его выражение лица изменилось, потемнело, когда игривая маска соскользнула.

Елизавета глубоко вздохнула, восстановив самообладание, свойственное телеведущей: «Родители сказали мне, что этот брак продлится только до завершения проекта развития. Мне пообещали полную компенсацию от семьи Воронцовых, деньги, которые будут принадлежать только мне. Господин Воронцов, мне нужны деньги».

Семья Воронцовых должна была получить от этого брака гораздо больше, чем просто деньги. Для Елизаветы это не было амбициями или жадностью. Она искала не богатство или статус, а только обещанное.

Эти деньги могли обеспечить отцу надлежащий уход.

Тихий смешок вырвался у Артура, когда он сказал: «Ты не стесняешься того, чего хочешь, не так ли?»

Многие женщины пытались сблизиться с ним ради его богатства, но ни одна из них не была такой смелой, как Елизавета.

«Если мы называем это сделкой, – добавил он холодно, – то я имею полное право проверить то, за что плачу».

Всё тело Елизаветы напряглось. Её лицо побледнело, дыхание перехватило, а руки безвольно опустились по бокам.

Неужели он намекал, что они начнут свой брак с секса?

Волна сожаления прокатилась по её груди. Она даже не поцеловала своего бывшего парня, с которым встречалась четыре года. Как она могла отдаться мужчине, с которым только что познакомилась?

Воздух сгустился, почти удушая её. Зрение затуманилось, колени подкосились, и она была на грани падения на пол.

Прежде чем она успела упасть, две сильные руки подхватили её и притянули в свои объятия.

Неожиданное тепло Артура удивило Елизавету, и постепенно давление в груди начало ослабевать.

Она жила с этим состоянием всю свою сознательную жизнь, неспособная к близости с мужчинами. Каждая попытка физической близости оставляла её задыхающейся.

И всё же что-то в прикосновении Артура успокоило бурю внутри неё.

Его грудь была твёрдой и тёплой у её щеки, сердцебиение ровным и громким в ухе.

Пальцы Артура легко коснулись её голой кожи с нежностью, которая сбила её с толку. Как только Елизавета приготовилась к большему, его руки внезапно отстранились без предупреждения.

«И давно у тебя это?» – тихо спросил Артур.

«Я... я не уверена», – ответила Елизавета низким и неуверенным голосом.

Один врач объяснил, что это не лечится лекарствами, поскольку причина кроется глубоко внутри, прочно укоренившись в её сознании.

Артур тихо иронично рассмеялся: «Значит, семья Соколовых, должно быть, считает, что соединить такую женщину, как ты, с таким инвалидом, как я, – это очень выгодная сделка».

Елизавета не произнесла ни слова. Вместо этого она крепко сжала платье, борясь с нарастающим страхом в груди.

Неужели Артур собирался отменить брак? Если он отменит брак сейчас, что будет с её отцом? Семья Соколовых ясно дала понять, что отсутствие брака означает отсутствие помощи. И они могли больше никогда не позволить ей увидеть отца.