Её тайный позор, его публичный роман

В нашу первую брачную ночь мой новоиспечённый муж, Артём, был пьян в стельку. Моя лучшая подруга, с которой мы дружили двадцать лет, Карина, прислала мне сообщение с практичным советом: дать ему воды с мёдом и уложить спать.

Но как только он затих, он притянул меня к себе, его горячее дыхание обожгло мне шею. «Я так, так сильно тебя люблю, Карина», — прошептал он. И тут я это увидела. Татуировку, которой раньше не было, — одна-единственная буква «К», набитая прямо над сердцем.

На следующее утро, в мой день рождения, Карина пришла с тортом, её улыбка была сладкой, как яд. После первого же куска моё горло начало сжиматься. Арахис. Она знала, что у меня на него смертельная аллергия.

Пока я задыхалась, первой мыслью Артёма было не помочь мне, а защитить её. Он встал между нами, его лицо превратилось в яростную маску. «Да что у тебя с ней за проблемы?» — потребовал он, не замечая, что его жена задыхается прямо у него на глазах.

Я пошатнулась, пытаясь дотянуться до своего шприца с адреналином, но он схватил меня за руку, дёрнув назад. «Ты сейчас же извинишься перед Кариной!»

Собрав последние силы, я влепила ему пощёчину.

«Я беременна, — прохрипела я. — И я не могу дышать».

Глава 1

Моя брачная ночь должна была быть идеальной, но Артём был невыносимо пьян. Он едва держался на ногах, невнятно бормоча что-то, пока наши друзья вели его в номер отеля. Дверь щёлкнула, оставив нас в тишине, которая казалась оглушительной.

Я посмотрела на него, рухнувшего на край нашей огромной кровати, и меня накрыла волна беспомощности. Это был не тот мужчина, за которого я только что вышла замуж. Это был незнакомец. Моё сердце сжалось от боли за него, за идеальную ночь, которая ускользала от нас.

Телефон завибрировал. Сообщение от Карины, моей лучшей подруги на протяжении двадцати лет. «Линочка, он, наверное, просто перебрал. Дай ему воды с мёдом, пусть поспит. Утром будет как огурчик».

Я почувствовала, как краска заливает шею. Карина всегда знала, что делать. Её сообщение, такое практичное, также содержало намёк на ожидания от этой ночи, и я робко понадеялась, что всё ещё может наладиться.

Я сделала, как она сказала. Заказала в номер воду с мёдом и осторожно уговорила Артёма выпить. Он был податлив, как ребёнок, делая всё, что я просила, без сопротивления.

Постепенно лихорадочная энергия покинула его, и он успокоился, его дыхание выровнялось, когда он откинулся на подушки. Наконец-то он затих.

Я снова взяла телефон, чтобы написать Карине в ответ, поблагодарить её за то, что она была моим спасением в этом шторме, как и всегда.

Внезапно сильные руки обхватили меня сзади, прижав к тёплой груди. Артём не спал. Его дыхание было горячим на моей шее.

«Я люблю тебя», — прошептал он, его голос был густым и срывающимся. Это был не любящий шёпот новоиспечённого мужа. Это звучало как признание, вырванное из его души.

«Я так, так сильно тебя люблю, Карина».

Это имя повисло в воздухе, как отравленный дротик. Он сказал не Алина. Он назвал имя моей лучшей подруги.

Его рубашка распахнулась в пьяном угаре. Там, на левой стороне груди, прямо над сердцем, была татуировка, которую я никогда раньше не видела.

Это была одна-единственная, изящная буква «К».

Мой разум опустел. Мир пошатнулся, звуки стихли, превратившись в глухой гул в ушах. Мужчина, обнимавший меня, комната, белое платье, висящее на двери, — всё это казалось фильмом, который я смотрела издалека.

К. Карина. «К» — это для Карины.

Всё встало на свои места. Причина, по которой он напился до беспамятства. Причина, по которой он смотрел мимо меня на приёме, его глаза искали кого-то другого. Он не праздновал наш союз. Он его оплакивал.

Я стояла, застыв в его объятиях, целую вечность. Я не могла пошевелиться. Я не могла дышать.

Медленно, чувствительность вернулась в мои конечности, холодный ужас просочился в кости.

Мой телефон снова завибрировал на тумбочке.

Я отстранилась от него, мои движения были скованными и роботизированными. Он не заметил, уже погрузившись в пьяный сон.

Я уставилась на светящийся экран.

Сообщение было от Карины.