Маг и его кошка. Изнанка свободы

Франческа

Спустившись в каминную залу, я застаю там незнакомца. Увидев меня, он улыбается, не разжимая губ.

- Здравствуйте, - я смотрю на него вопросительно.

Раньше Элвин не принимал гостей.

- О, ты, наверное, та самая Франческа? Наслышан, наслышан.

- Тогда вы в лучшем положении, чем я, сеньор. Потому что я не знаю вашего имени и никогда о вас не слышала.

- Я - Джанис, - представляется он, словно это должно все объяснять. - Поживу у вас до Большой игры. Много места не займу и мешать не стану.

- Очень приятно.

Я говорю это бездумно, из вежливости, но вдруг понимаю, что мне и правда приятно. С Рино не разговаривала ни с кем нормально, по-человечески. Без страха, отвращения или необходимости каждое мгновение давать отпор.

- Мне тоже, ежик, - он снова улыбается. - Извини, что я так фамильярно. Ко мне тоже можно на “ты”. Садись, - он кивает на соседнее кресло.

- Ежик?

- Поэт сказал бы “роза”, но мне кажется - ты больше похожа на ежика. Вся в иголках.

Сравнение с мохнатым колючим зверем заставляет меня улыбнуться. Обычно любители банальностей и правда говорят, что я похожа на розу - участь, которой не избежала ни одна знатная девушка. Те льстецы, что чуть умнее, вспоминают про рысь на гербе Рино. Придворный поэт в своих виршах называл меня тигровой лилией - редкий, иноземный цветок. У нас в зимнем саду росло всего три куста. Ярко-оранжевая пыльца пачкала одежду и кожу, но я все равно любила украшать волосы цветками. Лилии рдели в прическе языками янтарно-алого огня…

А тут - ежик.

- Простите, сеньор, но с кем я имею честь общаться? - спрашиваю я, опускаясь в кресло.

- Элвин ничего про меня не рассказывал? Как похоже на него. Я - его брат. Хочешь отвара из трав? Или вина?

- Брат? - недоверчиво переспрашиваю я.

Во внешности гостя нет ничего общего ни с Фергусом, ни с моим хозяином. Он скорее походит на анварца. Но не это главное. Манеры Джаниса - спокойные и мягкие, его доброжелательный тон и открытый взгляд одинаково далеки как от аристократичной самоуверенности северянина, так и от жадной, полной обиды, злобы альбиноса.

- Возможно, правильнее будет сказать “побратим”. Мы все не родные друг другу, Франческа. И очень разные.

Потом мы пьем отвар из трав и говорим. Чувствую, как расслабляюсь, как отпускает злая настороженность, заставлявшая последние недели непрестанно сжиматься в нервный комок. И даже ошейник в присутствии Джаниса перестает давить. Такое счастье снова свободно дышать!

Пытаюсь задавать вопросы, но разговор все время уходит от Элвина и его родни, от Изнанки и странных местных правил ко мне самой - моей истории, моим желаниям и обидам.

Я не очень-то доверчива, совсем не склонна открывать душу первому встречному, но тут сама не замечаю, как выкладываю гостю все. Совсем все.

- Утерянный артефакт, - задумчиво говорит он, рассматривая ошейник. - Знаешь, де Бриен ведь гений. Такие рождаются раз в тысячелетие.

- А Элвин говорил - обычный колдун.

- Элвин самонадеян. И плохо учил историю магии. Де Бриен - великий маг. К сожалению, при этом он безжалостный, паталогически лживый садист и психопат. Но совершенно гениальный! Говоришь, ты можешь превращаться в кошку по собственному желанию? Без приказа хозяина?

- Да.

Поначалу я испугалась, когда это произошло. Все было непривычно - звуки, запахи, тусклые цвета.

И смотреть на мир снизу. Почти от самого пола.

Но уже через час, освоившись со своим новым обликом, я вдруг ощутила восторг, причин которого сама не смогла понять. Разве можно радоваться тому, что ты из человека - венца творения, превращаешься в жалкую бессловесную скотину?

А я радовалась. Возможно потому, что знала: превратиться обратно в человека несложно. Я смогу в любой момент, стоит только захотеть.

Быть кошкой оказалось очень интересно. Я кралась по лестнице - неслышно, бесшумно. Чуткие уши и нос рассказали, что мой тюремщик пьет в своей комнате, а его жуткий брат-альбинос в своих покоях на третьем этаже. Что двое брауни на кухне гремят кастрюлями, еще один моет полы в гостиной, а остальные сидят где-то внизу, в подвале. Я вслушивалась в шорохи, ловила запахи, видела, чувствовала, знала, что происходит впереди, по сторонам и даже за спиной.

Как же бедно ощущает мир человек!

Я не признаюсь в этом ни Элвину, ни его брату, но мне понравилось быть кошкой.

Еще бы как-то справиться с унизительным, позорным желанием приласкаться к хозяину. Должно быть, это действие ошейника, а, может, кошкам просто нужна ласка, но я скорее умру, чем пойду выпрашивать ее у того, кто похитил меня из дома и превратил в служанку!

- Можно я посмотрю?

- Конечно.

Хочется расцеловать его за один этот вопрос. Джанис первый за очень долгое время, кто спросил разрешения прежде, чем сделать со мной что-то.

Он подвигается ближе, кладет руки на полоску кожи и сопит, прикрыв глаза. Странно, но руки у него совсем не горячие, как у брата. Обычные, человеческие. Я сижу тихо-тихо, почти не дыша, из страха помешать.

- Потрясающе! И так изящно!

- Это можно снять?

- Я мог бы, скорее всего, - задумчиво говорит Джанис. И смотрит на меня теплыми карими глазами. Будто прикидывает что-то про себя. - Нет замка, который невозможно взломать.

- Пожалуйста! - я сама удивляюсь страсти, звучащей в моем голосе. - Сделай это!

Он качает головой:

- Франческа, есть несколько причин, по которым мне не стоит это делать. Первая и главная - я не хочу обижать брата.

- Признайся честно: ты его боишься, - я говорю это, чтобы уязвить его, но Джанис не обижается.

- Элвин - самый сильный боевой маг из ныне живущих. Мне не зазорно опасаться дуэли с ним. Но правда в том, что я просто не хочу портить отношения.

Действительно, с чего я решила, что Джанис мне поможет? Только потому, что он был добрее двух своих братьев?

- Ну конечно, - горько отвечаю я. - Фергус так и говорил. Никто не будет с ним ссориться ради меня. Все будет так, как решит мой хозяин.

- А вот это вторая причина. С ошейником или без него, по законам фэйри ты - собственность Элвина. Понимаешь, в отличие от фэйри, люди изначально свободны. Но могут потерять свою свободу и стать вещью. Именно это произошло с тобой.

- Я не вещь!

- Мне жаль, - он берет меня за руку. - Можешь протестовать. Но умнее изменить свое отношение к ситуации.

“Изменить отношение” - это смириться? Принять, что у меня теперь есть хозяин, согласится с тем, что я - вещь? Терпеть издевательства? Сидеть целыми днями взаперти, дурея от скуки, заниматься уборкой и готовкой, как простая служанка?

Никогда!

Джанис с улыбкой выслушивает мою яростную речь и кивает:

- Тогда сделай что-нибудь. Я не единственный опытный маг в этом мире. Найди другого. Лучше искать среди людей, фэйри не любят нарушать закон. Изгнание - слишком серьезная расплата.

- Элвин запретил мне выходить из башни. Так безопаснее. Хозяин заботится обо мне.

Джанис словно не замечает неприкрытого сарказма последней фразы.

- Убеди его отменить запрет.

- Как?

Он разводит руками:

- Тебе виднее, как убедить своего любовника.