Удовольствие Ликана

Ночь сгущалась, воздух становился всё плотнее от дыма.

Месяц назад Аврора устроилась барменом в переполненный бар и с тех пор работала не покладая рук, выполняя заказы клиентов. Она устроилась на эту работу, как только приехала в город, и её скользкий босс Дамир был более чем счастлив нанять её.

Недавно он потерял бармена, а Аврора была выше среднего по внешности, даже если сама так не считала.

Когда девушка подала заявку на работу, он даже не спросил, умеет ли она смешивать напитки. Он решил, что сможет научить её этому.

Она не была супермоделью, но была привлекательна по-своему, и это было лучше, чем ничего.

Дамир находился в дальнем конце бара и разговаривал с постоянными клиентами. Аврора довольно быстро научилась держать дистанцию с ним.

Её босс был ослом.

Он постоянно хватал её и отпускал пошлые комментарии.

В этом месте лучше всего было находиться за барной стойкой, где единственным человеком, который мог схватить тебя, был Дамир.

В любом другом месте ты становилась лёгкой добычей для всех придурков, которые приходили в это заведение.

Однажды он даже напал на неё. Но она ударила его и сбежала.

Остальные люди, с которыми она работала, были в основном милыми. Келли была единственной стервой, и это потому, что Аврора получила работу, которую та хотела.

Келли считала, что она проработала здесь дольше, посвятила этому делу своё время и заслужила должность бармена. Когда Дамир отдал её Авроре, он сделал Келли её постоянным врагом.

Аврора ненавидела это место.

Но ей нужна была работа.

Ей нужны были деньги.

Переходя от одного человека к другому вдоль барной стойки, Аврора подошла к новому парню, который сидел у стены. Он был впечатляющим.

Его появление привело к тому, что большинство других посетителей освободили для него более чем достаточно места, в результате чего в этом конце бара образовалось неестественное количество свободного пространства.

Аврора была совершенно счастлива, что у неё появилась небольшая передышка от количества людей, с которыми ей приходилось иметь дело. Мужчина был довольно крупным, даже сидя на стуле.

У него были чёрные волосы и карие глаза, а также загорелая кожа. Он выглядел мускулистым даже под чёрным кожаным плащом, который был на нём надет. Но самым странным в нём был его нестареющий вид.

На первый взгляд она могла бы сказать, что ему около тридцати. Но при втором взгляде ему, казалось, ему было почти сто.

Было ли это для него нормой или же он выглядел так, будто пережил худший день в своей жизни, оставалось загадкой.

«Что вам принести? – парень поднял на неё глаза, словно только что осознал, что находится в баре. Аврора подождала, и когда он не ответил, она спросила снова: – Что вам принести?»

Адам оценивающе уставился на девушку, которая с ним разговаривала.

У неё был странный запах. Его было трудно различить среди прогорклого запаха бара, дыма от окружающих его людей, пропитавшего всё вокруг, и какого-то ужасного парфюма, в котором она, казалось, купалась.

Но в ней было что-то, что привлекло его внимание. Она была привлекательной, но ничем не примечательной. У неё были каштановые волосы, голубые глаза, бледная кожа и среднее телосложение. Она не была в его вкусе. «Я, наверное, сломаю её», – подумал он и усмехнулся. К тому же, она была не тем, ради чего он сюда пришёл. Последнее, чего он хотел сегодня вечером, – это женщина. Неважно, насколько интригующим был её запах.

«Если вы ещё не готовы сделать заказ, я могу вернуться через пару минут», – предложила Аврора, видя его молчание и раздражённый, растерянный взгляд, которым он на неё уставился.

«Гиннесс».

Аврора кивнула, налила пиво и поставила перед ним. Не успела она обслужить следующего человека, как он уже подталкивал свой стакан к ней. Она дала ему ещё один. Потом ещё один. Сначала она забеспокоилась.

Он не выглядел очень дружелюбным, а добавление пьянства к не очень дружелюбному обычно не заканчивалось хорошо. Но он держался особняком, платил за каждый стакан, когда указывал на необходимость пополнения, и не делал ничего, чтобы беспокоить её или кого-либо ещё. Он просто смотрел на свой стакан и пил.

Что-то в нём, что она не могла точно определить, отпугивало всех остальных.

Аврора не была уверена, что именно заставляло её постоянно обращать на него внимание.

Его запах беспокоил её. С тех пор как она сбежала с предыдущей работы, у неё обострилось обоняние.

Но после всего, через что она прошла к этому моменту, она держалась особняком и никому не рассказывала, что может определить, с кем разговаривает, с закрытыми глазами. Запахи всегда очень легко добирались до неё.

Когда она вышла в большой мир, то начала наносить на себя слои парфюма, чтобы просто замаскировать окружающие её запахи.

Но сегодня его запах пробивался сквозь её защиту. Он пах отвратительно или мёртвым.

По крайней мере, это был единственный способ, которым она могла это описать. Она не знала, что могло вызвать такой запах.

Но каждый раз, когда воздух менялся, она почти вздрагивала от ужасного зловония, которое перебивало даже запах прогорклого пива в этом месте.

«Боже, почему я решила, что быть барменом – это хорошая идея?» – подумала она.

Адам всё ещё сидел и пил, пока заведение готовилось к закрытию.

Девушка, которая обслуживала его всю ночь, подошла к нему, убирая бар: «Эй, приятель, тебе нужно, чтобы я вызвала такси или что-то в этом роде?»

«Адам», – сказал он, прежде чем осознал, что сказал это.

«Что? – Аврора прекратила делать то, что делала, и потянулась за телефоном. – Есть кто-то, кому я могу позвонить за вас?» – повторила она.

«Моё имя – Адам. Не "приятель". И нет, мне не нужна машина. Я пойду пешком». Он начал вставать, а затем осознал, что выпил больше, чем изначально думал: «Давно я не напивался», – подумал он с долей веселья.

«Именно поэтому я сюда и пришёл, верно?» Он снова сел на барный стул.

Аврора вздохнула и бросила взгляд на одну из других девушек: «Хорошо, Адам, – нерешительно сказала она, – послушайте, мы собираемся закрываться, а вы слишком пьяны, чтобы куда-либо идти. У вас должен быть где-то друг, который приедет за вами».

Он поднял на неё глаза и усмехнулся с намёком на веселье: «Да, – ответил он, – целая стая».