Аромат греха

Даниил

Ну что же, уже без пяти четыре, а моей гостьи до сих пор нет. Какая не пунктуальная девочка, - подумал я, как раздался звонок от секретаря.

- Даниил Александрович, к Вам Романова Анна. Пусть проходит или же ожидает в приемной? - спрашивает Светлана. Мой лучший секретарь, знающий свое дело и отлично умеющий найти контакт с любым человеком. Большинство мужчин-руководителей предпочитают брать на эту должность молоденьких и сексуальных девиц, но только не я. Я ценю профессионализм. Поэтому - женщина 40 лет, с тремя красными дипломами, знанием четырех иностранных языков стала идеальной кандидатурой.

Пришла, значит, наша Аня? Ну что же, пусть запустит ее, чтобы поближе смог рассмотреть, поговорить, и сделать окончательный вывод.

- Пусть проходит, - отвечаю Светлане, а сам готовлюсь к появлению Анны.

Ровно через десять секунд двери открываются и в них появляется она - в заношенном пуховике и идиотской шапке с помпоном на голове. Да уж, вкусы у Вити так себе!

- Здравствуйте, - подала она свой голосок. Миленький такой, мелодичный.

- Здравствуй, снимай свои вещи и проходи, - даю указание, сам же сажусь за стол и ожидаю, когда моя гостья снимет этот пуховик и шапку, которые уже начинали меня дико раздражать.

Когда она все же выполнила мою просьбу, то подошла ближе и присела на диван.

С чего бы начать наш разговор? Не буду же я налетать сразу на девочку или все же буду?

- Никак не могу понять. Совершенно не укладывается в моей голове.

- Чего не можете понять? Что не укладывается? - Аня сама ничего не понимала, и это меня так умиляло. Сидит на диване, руки трясутся. Неужели я произвожу впечатление человека, которого стоит опасаться?

Конечно, да. Но Анна-то ничего не знает о моих секретах. Более того - о них не знает никто.

Иначе меня бы уже давно.... Нет, не надо об этом. Вернемся к Анне.

- Чем же ты его так зацепила? А может, ты приворожила его?

- Вы готовы обвинить меня во всех смертных грехах, Даниил.

- Конечно. Когда Витя заявляется ко мне и просит совсем не малую сумму денег для очередной девицы, это как-то настораживает.

- Я не очередная девица! Он сам согласился помочь мне.

- Просто так, да? Девочка, ничего просто так в этой жизни не получают. За все приходится платить.

Да, на 18 лет она, конечно, не выглядит, я бы дал ей 20-22 года. В жизни она лучше, но единственное, что привлекло мой взгляд – это ее пухлые, алые губки.

Ей нужны деньги, а я бы не отказался трахнуть эти губы. Только вряд ли, эта малышка согласится на такие условия!

А я так и не поинтересовался у братика, для чего Анне нужна такая сумма?

- Для чего?

- Для чего - что? – переспрашивает она.

- Для чего тебе нужен миллион рублей?

- Мне нужно семьсот тысяч, а не миллион. Заплатить банку, чтобы погасить задолженность. Иначе нас завтра выселят из квартиры.

Бедняжка! И почему я должен играть с ней в благотворительность? Ей надо семьсот тысяч! Не миллион! Для чего Витя соврал? Хотел ещё присвоить себе триста тысяч? Или это тоже все для «его Ани»? Я просто должен достать их из сейфа и отдать ей! Просто так, за спасибо!

Но у меня все же появилось отдельное требование для Анны, и я готов его озвучить прямо сейчас.

- Деньги я тебе дам, Анна. Но при одном условии.

- Каком еще условии?

- Ты выйдешь замуж за Витю.

- Что?

- Не хочу, чтобы ты потом бросила моего брата. Это будет гарантией. Ведь он так сильно любит тебя!

- Но я не люблю Витю. Мы просто друзья.

- Хоть в этом ты честна со мной. Стерпится – слюбится, знаешь такое изречение? – она смотрит на меня изумленными глазами.

- Нет, я не могу. Я не хочу обманывать Витю и давать ему ложную надежду. Это подло.

- Подло? Подло Анна просить помощи у влюбленного в тебя по уши парня, заранее зная, что он все сделает для тебя. Вместо семисот тысяч, он запросил миллион! – выхожу окончательно из себя, поднимаюсь из-за стола, подхожу ближе и нависаю над Анной. Срываю с ее головы шапку.

А под этой шапкой она скрывала такие идеальные, шелковистые волосы. Мне удалось пропустить их сквозь пальцы, а затем резко зажать в кулак, заставив ее голову задраться к верху.

- Ты выйдешь замуж за Витю, девочка. Иначе ты не то, что не получишь от меня не копейки, а я еще больше испорчу тебе жизнь. И первым делом, позвоню в деканат и попрошу, чтобы тебя отчислили. Причину, я уж придумаю.

- Вы не имеете права! – кричит она во весь голос.

- Хочешь проверить, на что я имею права? Думаешь, стоит со мной затевать войну? Поверь, ради своего брата я пойду на все. И если я в тебе увижу угрозу, я от тебя просто избавлюсь, Аня.

- Вы?.. Вы? - хочет спросить, но боится.

- Я тебя предупреждаю, Аня. Нет, не угрожаю. Ведь именно это ты сейчас хотела меня спросить или именно в этом обвинить? Тебя так легко прочитать. Ты такая предсказуемая.

Анна

А на что, собственно говоря, я надеялась? Что мне просто так дадут почти миллион рублей?! И для чего Витя приврал, сама не понимаю!

Угрозы! Этого я боялась больше всего. Он считает, что я использую Витю. Зачем я во все это ввязалась?!

- Вы не имеете никакого права!

- Анечка, ты очень сильно недооцениваешь моё влияние.

- Найдите ему другую девушку, почему должна страдать именно я?

- Потому что он полюбил именно тебя.

- Он же бабник. Я уверена, что через месяц он меня разлюбит.

- Ну за полгода этого не произошло. Значит, у него это надолго. Думаю, на всю жизнь. Ладно, не буду я с тобой церемониться. Иди домой, переночуйте последнюю ночь в квартире, которая завтра же пойдёт на аукцион.

И тут я поняла – он серьёзен в своих намерениях выкинуть нас с матерью на улицу и испортить полностью мою жизнь.

- Нет! Я прошу Вас! - гордости, уважения к себе – этого больше нет. Падаю перед ним на колени, позволяя эмоциям взять надо мной верх.

- Какое актерское мастерство, браво! – говорит он и как нашкодившего котёнка хватает за свитер и поднимает с колен.

- Хотя, есть и другой вариант, - неожиданно заявляет Даниил, когда толкает меня обратно на диван и сам садится рядом.

- Какой?

Но вместо ответа его правая рука начинает понемногу задирать мой свитер, холодные пальцы проходятся по оголенному животу.

- Что у тебя под ним, покажешь? – его губы шепчут вопрос, а я как статуя замерла, не могу пошевелиться.

- Онемела? – снова шепчет, а его холодный палец тем временем проходится по впадине пупка, очерчивая контур.

- Или свадьба с Витей или твоя девственность прямо сейчас на этом диване. Решать тебе, Анна.

Но к счастью, его похабные действия прерывает мелодия моего телефона.

Я уже тянусь за телефоном в карман, но Даниил делает это быстрее.

- Мой братик звонит. Переживает за тебя, - иронично сообщает, удерживая мой телефон в своей правой руке.

- Отдайте.

- Ты не ответила на мое предложение, Анна. Поэтому я ещё дам тебе пять минут на раздумья. А пока сообщи Вите, что у тебя все хорошо.

- Нет. У меня не все хорошо, я не буду врать. Мне от Вас уже ничего не надо! Никаких денег! Ничего! – после моей тирады, рука Даниила перемещается к моему, лицу, а ладонь накрывает мой рот. Даниил меня безумно пугает в этот момент. Он сбрасывает вызов Вити.

- Сейчас он будет звонить мне, не вздумай пискнуть, - предупреждает он, когда достаёт из заднего кармана своих брюк айфон.

- Даня, у Вас все в порядке? Я не могу дозвониться ей.

- Да, она вышла в туалет.

- Просто мне позвонил тренер и сказал, что переносит тренировку на полшестого. Скоро матч.

- Если надо, то поезжай. Я вызову Анне такси или попрошу своего водителя отвезти ее, куда скажет.

- Спасибо. Ты там сильно не пугай Нюту.

- Не буду, я же обещал, - отвечает ему и ухмыляется мне.

Лжец! Чертов извращенец!

- Хорошо, тогда я поехал, - говорит Витя, и Даниил, наконец-то, отключает телефон, а затем убирает ладонь с моего рта.

- Он уехал, продолжим? – снова наваливается на меня: его рука бесцеремонно ныряет под свитер, а вторая уже расстёгивает вторую пуговицу.

- Я не давала согласия. Отпустите меня! Иначе я всем расскажу какой Вы извращенец!

… Что я делаю? Зачем вывожу его из себя?

- И кому же ты расскажешь, девочка? – пальцы одной руки пробираются под чашечку лифа и больно сжимают сосок, в то время, как пальцы второй пробираются под кружево моих трусиков.

- Неужели твоя девственность тебе так дорога? – вопрос прямо в губы. И только сейчас я замечаю, что у Даниила тёмно-зелёные глаза, с желтоватым отливом.

- А у Вас, видно, особые предпочтения, да? Насиловать именно бедных девственниц? Нравится чувствовать своё превосходство? Думаете, что все можно купить? Нет, не все продаются, Даниил. И я не соглашусь на Ваши условия. Мне не нужен ни Ваш брат, ни Вы! Или у Вас это - семейное? Разве не Ваш отец был замешан в крупном скандале? Домогательство молоденькой стажерки? Но, как всегда, ваши деньги решили и эту проблему. Но знайте - меня не купить ни за какие деньги! А Вас мне просто жалко! Вы не считаете девушку личностью. Вы предлагаете отвратительную альтернативу заработать деньги мне - девушке, в которую влюблен Ваш брат. Вам наплевать на чувства других, Вы видите только себя!

Он молчал, когда я все это высказывала, даже ухмылялся, но буквально через пару секунду после окончания моей пылкой тирады резко побагровел в лице.

Даниил

Чёрт! Ситуация вышла из-под контроля! Именно этого я и опасался! Она вывела меня из себя. И я наказал ее!

Физически изнасиловал невинное тело. Морально уничтожил ангельскую душу. Гореть мне в аду. Анна уже никогда не будет прежней.

Она сидит, поджав ноги, на диване в уголке, смотрит в одну точку и молчит.

Хорошо, что хоть не разорвал на ней одежду - нет повода для лишних разговоров. Не ударил, не оставил синяков. У меня в кабинете хорошая звукоизоляция, так что, никто не слышал, что здесь происходило пятнадцать минут назад.

Заправляю рубашку в брюки, застёгиваю ремень и подхожу к Анне. Испуганная, затравленная, поникшая. Как сломленный цветок.

- Посмотри на меня, - приказываю ей, но она продолжает смотреть в одну точку, не двигается, только мелкая дрожь колотит.

Ей было больно, слёзы текли по щекам, но и это меня не остановило! Чёрт! Чёрт! Чёрт!

У меня появились сожаления? Откуда? Фигня!!! Она хотела меня остановить, унижая и задевая? Серьезно? Эта мелочь напомнила мне о той истории со стажеркой отца! Зачем? Ведь та девушка была его молоденькой любовницей, которая решила поиметь с него деньги. Был громкий скандал, но наша семья справилась, и мать простила его! И все было бы хорошо, если…

- Теперь Вы довольны, Даниил? – слышится ее осипший голос.

Анна смотрит на меня с ненавистью и ... презрением??? Да быть этого не может!

- Чем? Да ты должна радоваться, что я помог тебе избавиться от никому не нужной девственности. Теперь для тебя открыты все дороги в этом бизнесе. Там и денег можно хорошо заработать - не надо будет выклянчивать ни у кого миллиончик. Или тебе понравилось? Может, продолжим?

Добей ее ещё! Давай, придурок! Тебе мало было? – кричал мой голос разума.

Но Анна не ведется на провокацию:

- Я отработала миллион, да? Вы мне дадите деньги?

- Конечно, Анна. Я всегда сдерживаю свои обещания.

Оставляю ее и подхожу к сейфу: ввожу код и достаю из него заранее подготовленную сумму. Я знал, что отдам ей эти деньги. Но не думал, что все зайдет слишком далеко.

- Вот, - протягиваю пакет с купюрами.

- Спасибо, - она уже опускает свои ноги на пол, намереваясь подняться.

- Вите не стоит знать, что здесь произошло, ты же понимаешь это?

- Боитесь, что перестанете быть его кумиром, если он узнает горькую правду о своем брате-насильнике?

- Аня, не стоит меня снова злить.

- Иначе, что? Снова изнасилуете, ударите или убьёте? Знаете, а я Вас не боюсь. Терять мне больше нечего!

Анна

Я хочу подняться, но он грубо хватает меня за плечо, вдавливая меня в диван, и шипит мне в лицо:

- Не играй со мной, девочка! – предупреждает меня.

- Девочка, да? Ахаха, - истерически смеюсь ему в лицо. Теперь это - не подходящее для меня слово. Не после того, как сам же надругался надо мной.

Не о таком первом разе я мечтала. Как все девчонки, я мечтала об обжигающих ласках, нежных поцелуях, трепетном отношении. Но все, что здесь происходило, было полной и дикой противоположностью моим мечтам.

Грубо, резко, жёстко. Даниил просто озверел - он не слышал моих просьб, ему плевать было на мои слезы... Он просто сдернул джинсы с меня, толкнул на диван, подтащил за ноги на самый край... Сам быстро разделся и, втиснувшись между моих колен, вошёл сразу на всю длину... Я так закричала от дикой, разрезающей все нутро боли, что думала - стены рухнут! Охрана примчится!.. Но нет – звукоизоляция все скрыла.

Я не пыталась больше вырываться, только сцепила зубы на своем кулаке и молчала. С закрытыми глазами, чтобы не видеть этого гада... Я смирилась со своей участью.

Он сильнее меня! Я всего лишь глупая девчонка, поверившая в чудо; я - букашка, которую он безжалостно раздавил.

Что чувствует жертва насилия? Страх? Панику? Ненависть? Сожаление? Считает ли себя виноватой в произошедшем? У меня все мысли свернулись в тугой жгут, который сдавил мне виски. Хотелось забиться в уголок и скулить побитой собакой. Но какая-то часть моей истерзанной и униженной души не хотела молчать! Я не буду той, которая покончит жизнь самоубийством! Не буду просить этого гада, чтобы он не прикасался ко мне! Не буду истерить и кричать о потерянной невинности! Не дождется!!! А вот добью эту сволочь, как смогу. Что он мне сделает? Еще раз надругается? Ударит? Убьет? Мне все равно! Пусть знает, кто он! И что мне на него наплевать! Огрызок человеческий!

- Не выводи меня из себя! – рычит он, придавливая меня к дивану. Жёсткий захват на моих волосах и снова его крик:

- А теперь слушай меня, дрянь! Первое – ты ничего не рассказываешь Вите. Второе – ты не крутишь шуры-муры с моим братом. Третье – делаешь все для того, чтобы никогда больше не попадаться мне на глаза. И четвёртое – забираешь деньги, спокойно выходишь из кабинета и ожидаешь возле выхода из здания моего водителя. Уяснила? – тянет волосы сильнее, заставляя запрокинуть голову вверх, и смотрит на меня своими безумными глазами.

… Я - угроза для него???….

- Да. Я Вас поняла. Отпустите, пожалуйста.

Даниил отходит от меня, не проронив ни слова.

Садится за стол, нажимает на кнопку, устанавливая соединение с секретарем.

- Пусть Володя ожидает у входа. Да. Моя гостья уже уходит. Передай ему! Куда скажет – туда и поедет. Все! – швыряет телефонную трубку на пол, а затем задерживает свой взгляд на мне.

- Я сказал – вышла отсюда! Ты свободна! Отработала! Пошла вон! – орет на меня, но не подходит. Сбрасывает со стола на пол все лежавшие там папки.

Я поспешно надеваю пуховик, пытаясь застегнуть змейку на нем, и даже не смотрю в его сторону.

- Уходи, Аня, - почти шепотом говорит он. - Уходи. И не попадайся больше на моём пути.