Формула Высшести

Стряхивая с себя изумление от самого быстро в моей жизни путешествия, я шёл к воротам. Насколько мне было известно, вход в город был свободный, достаточно было просто в устной форме объяснить, зачем пришел.

Я подошёл к воротам и хотел постучать. За секунду до того, как кулак коснулся двери, в ней распахнулось открылось небольшое окошко и выглянула недовольная небритая морда стражника, которая напомнила мне невыспавшегося крота, который с утра высунулся из норы проведать, что же там в мире творится.

Оглядев меня и убедившись в том, что я стою один, морда спросила хриплым голосом:

— Зачем пожаловали в наш город?

— Цель визита — доставка посылки.

— Предъявите.

Я достал конверт из котомки, показал. Морда стражника в окошке исчезла и почти сразу справа в воротах скрипуче открылась дверь, в которую я и вошёл.

Сразу за воротами начиналась каменная дорожная кладка. Видимо, она охватывала собой всю дорожную поверхность в городе. Что же, удобно. Я пошёл по улице, начинающейся от ворот и только сейчас вспомнил, что старик, перенесший меня на этот берег озера, не назвал адресата. Конверт был всё тот же: помятый, с единственной надписью: «Весточка от меня». Ладно, там видно будет.

По словам пославшего посылку — весьма забавного человека, с хитрющим лицом, которое он прятал под широкополой фиолетовой шляпой, Асиосс Гринн был его здешним другом. Я уже весьма смутно помнил имя этого хитрющего шляпника... а нет, помню. Пальц Ахлицкий. Меня всегда удивляло, почему у этих магов всегда такие вывернутые имена.

Да-да, то, что он маг, мне почему то стало ясно сразу. Ну а позже, когда он предложил заключить Знаковый Договор, то все сомнения окончательно отпали. Несмотря на официальный запрет «незарегистрированных магических манипуляция» после принятия Сенатом в 487ом году закона о «необходимом запрещении» маги никуда не делись, просто ушли в подполье и не занимались своим делом в открытую. Время от времени незарегистрированных магов отлавливали, далее об их судьбе мало что известно. О причинах, побудивших сенат постановить, а короля подписать этот закон — неизвестно. Но... обсуждать действия правящих кругов мало кто решался.

Вообще меня всегда удивляла моя собственная способность располагать к себе людей. Не думаю, что этот... как его... Пальц... доверил бы конверт первому встречному, а вот ведь — стоило мне в таверне упомянуть сотрапезнику, с которым я уже около часа вёл весьма занимательную беседу, о своей конечной путевой точке, так он сразу и предложил попутно заработать пару золотых.

Насколько я подозревал, Асиосс Гринн также был магом. Больше я о нём не знал и не подозревал ничего — Пальц не сообщил ни адреса, ни внешнего вида. На вполне логичные расспросы он только рассеяно махал рукой в пространство и говорил, что «и сам уже запамятовал, спроси ка ты лучше сам на месте. Будь уверен, его там знают.»

Двуозёрск был весьма неплох на взгляд человека, впервые пересёкшего городскую черту. Размером невелик, обычный городок, коих много. Низкие одно и двухэтажные дома, несколько главных широких светлых улиц и множество мелких узких, из которых несло грязью, пылью и сыростью. Дома были построены из крупных кусков обожженной глины, скрепленных цементом.

Покрашены были в самые разные цвета. Из окошек по стенам, отражающих яркое солнце, порой показывалось чьё — либо лицо и тут же пряталось обратно. По широким улицам разъезжали запряжённые лошадьми повозки, люди спешили по своим делам. Обычный большой город, залитый полуденным солнцем. Я шёл и шёл, пока не вышел на большую городскую площадь.

В центре стоял невысокий столб, на нём — солнечные часы. Поодаль стояли ворота, ведущие в замок здешнего князя — понятия не имею, кто здесь правит, не интересуюсь никогда. Однако же, мне бы адресата... Я обратился к проходившей мимо миловидной женщине со светлыми завитушками до пояса:

— Прошу меня извинить, вы не слышали об Асиоссе Гринне?

В ответ я получил испуганный взгляд из под чёлки. Женщина тут же подобрала цветастую юбку и пустилась прочь. Быть может, что то не то услышала?

— Вы что — нибудь знаете про Асиосса Гринна?

Ещё один полный страха кинутый взгляд и ещё одна пара ног, торопливо уносящая своего владельца прочь от человека, задавшего вполне безобидный вопрос. Нет, ну действительно! Быть может, он разбойник, держащий всю округу в страхе, но можно же хотя бы сообщить мне об этом, если уж интересуюсь!

— Я ищу Асиосса Гринна, вы не... ну всё с вами ясно. — Я посмотрел вслед торопливо уходящему мужчине в светло — сером балахоне и глубоко вздохнул. До полуночи было ещё одиннадцать с половиной часов, судя по солнцу, мигающему мне из — за высокой крыши дома — пожалуй, единственного обладателя четырёх этажей в округе. Печать с обратной стороны ладони, начинала чуть жечь. Хотя, мне это скорее всего казалось. Вот после полуночи будет худо. Очень худо. Знаковый Договор — это не шутки. Что ж, на крайний случай выход есть: пробежаться с воплем «Асиосс Гринн, у меня для Вас письмо!» по всем улицам этого злосчастного города, окончательно приведя всех в состояние паники. Зато, глядишь, и откликнется.

С этими невесёлыми размышлениями я прошёл через площадь и сел на скамью под тенью трёх лип. О Древние, что же делать то? А кстати, забавно, где я только не был — а липы растут везде. Неужели они столь жизнеспособны?

Мои размышления о липах прервал человек в сером пыльном плаще, севший слева от меня. Сев, он пригладил длинные сальные волосы жилистой пятернёй и заговорил в полголоса, не поворачиваясь.

— Ты ищешь Асиосса Гринна? —голос его был хриплый и чуть равнодушный.

— Да. Ты знаешь, где он? —похоже, всё было не зря. Если он его знает, то, быть может,

согласится и конверт передать?

— Зачем он тебе? — в его равнодушии мне вдруг почувствовалась готовность немедленно убить меня на месте, если он сочтёт, что это необходимо.

— Меня всего лишь попросили передать ему конверт...

— Всего лишь передать конверт Асиоссу Гринну... Занятно, занятно. И кто же попросил тебя об этом? — я покосился: у незнакомца не было меча на поясе, руки он держал на коленях. Сразу стало спокойней — если что, бегать я всегда умел. Но всё же мало ли...

— Пальц Ахлицкий, я увидел его в таверне. Не нужен мне ваш Асиосс... Передайте ему конверт сами! —я полез в котомку.

— Сиди смирно, никуда не лезь. Могу предположить, что Пальц заключил с тобой Знаковый Договор — это так?

— Так.

— Покажи мне Печать.

Я задрал рукав, снял дорожные перчатки с обрезанными пальцами и показал незнакомцу свою кисть. На ладони и с тыльной стороны был круг, составленный из символов: на тыльной было зеркальное отображение того, что на ладони. Похоже на татуировку, но он сам собой исчезнет, как только будет исполнены условия Договора обеих сторон, его заключивших. И смыть этот круг, кстати, нельзя. Никак, даже если содрать кожу, то увидишь, что он отпечатывается на руке, как бы прошивая её насквозь. Были случаи, когда человек, не желая выполнять условие, отрубал себе руку. Что ж, это действительно был единственный способ избавиться от Печати и не выполнять условие...

— Скажи мне свою формулировку.

— «Согласно Договору, заключённому здесь и...»

— Не нужно всю формулировку, лишь условие.

— «Обязуюсь передать полученный конверт Асиоссу Гринну до полуночи 14го числа месяца Приливов, не вскрывая и не пытаясь прочесть, не передавая его иным лицам добровольно.»

Незнакомец помолчал несколько минут, о чём — то размышляя. Потом полез рукой за плащ, достал перетянутый верёвкой мешочек. Достал оттуда пару серебряных монет и положил их рядом.

— Ближе к вечеру сходи в трактир вниз по этой улице и направо, там неплохая еда. Трактир под названием «Счастливый бык». Там проси комнату, «третью или четвёртую слева от окна с полудверью».

— Третью слева от окна с дверью...

— Нет! Запомни формулировку: «третью или четвёртую слева от окна с полудверью».

Повтори.

— Третью или четвёртую слева от окна с полудверью. — повторил я, уже на всё готовый.

— Будь там, и ещё до полуночи ты передашь этот конверт адресату.

Сказав это, незнакомец закутался в плащ и... мне в глаз, видимо, попала соринка. Когда я протёр его и вновь сфокусировал зрение, на месте незнакомца уже было пусто. Монеты, впрочем, остались. Их я сразу положил в карман и глубоко вздохнул. Что-то мне подсказывало, что верить ему можно. Как там..? «Счастливый бык»?