За несколько недель до свадьбы мой жених забыл именно меня.

На следующее утро Аня вела себя так, будто ничего не произошло.

Она приготовила Игорю его любимые блины с черникой.

«Вкусно», — сказал он, все еще вежливый незнакомец. «Мне... они нравились раньше?»

«Обожал», — сказала Аня тщательно выверенным, нейтральным голосом.

Внутри нее бушевала буря.

Позже в тот же день она незаметно позвонила юристу, которого знала Майя.

«Я хочу узнать насчет легальной смены имени», — сказала Аня тихим голосом.

Ольга Карелина. Девичья фамилия ее бабушки по материнской линии. Сильное имя. Новое имя.

Она открыла новый банковский счет на имя Ани Мироновой, но это было временное пристанище. Скоро все это будет принадлежать Ольге.

Она начала брать небольшие заказы на фрилансе по графическому дизайну, за наличные или с оплатой на новый, неотслеживаемый счет. Крошечные задания: логотипы для пекарен, флаеры для йога-студий. Она работала до поздней ночи, после того как Игорь засыпал, и щелчки ее мыши были тихим бунтом.

Санкт-Петербург. Питер.

Это название пришло ей в голову, когда она просматривала статьи о городах для творческих людей, для новых начинаний. Далеко от Москвы. Далеко от Игоря. Зеленый, дождливый, анонимный.

Это звучало как место, где можно исчезнуть.

Это звучало как место, где могла родиться Ольга Карелина.

Она собрала все их совместные фотографии.

Каждую любовную записку, которую он когда-либо писал, полную обещаний, которые теперь казались пеплом во рту.

Того глупого плюшевого мишку, которого он выиграл для нее в тире в Парке Горького.

Она не сожгла их. Это было бы слишком драматично, слишком заметная реакция, которую он мог бы заметить, если бы когда-нибудь по-настоящему посмотрел на нее.

Вместо этого она упаковала их в одну простую картонную коробку.

Она засунула коробку вглубь шкафа, под старые свитера, которые никогда не носила.

С глаз долой. Еще не из сердца вон, но это было начало.

Она отстранялась, кусочек за кусочком.

Неделю спустя Аня сидела в их обычной кофейне, ожидая Майю.

Вошел Игорь.

С Кристиной Волковой.

Кристина была вся из себя: длинные ноги, светлые волосы и ярко-розовое платье, которое кричало «посмотрите на меня». Она смеялась, положив руку на руку Игоря.

Игорь увидел Аню. Он на долю секунды замешкался, а затем неловко махнул ей рукой, как будто она была дальней знакомой.

Глаза Кристины метнулись к Ане, в них промелькнуло что-то — триумф?

Аня просто пила свой латте, ее выражение лица было тщательно непроницаемым.

Она почувствовала странное, холодное спокойствие.

Игорь выглядел... удивленным. Вероятно, он ожидал слез, сцены.

Он не знал эту Аню. Эта Аня уже ушла.

Кристина отделилась от Игоря и подошла к столику Ани.

«Аня, верно?» — голос Кристины был приторно-сладким. «Игорь говорит о... ну, он мало что помнит, но он упоминал, что ему помогает одна подруга».

Аня сохраняла невозмутимое лицо. «Да, это я».

«Должно быть, тебе так тяжело», — проворковала Кристина, откидывая волосы. «Он такой замечательный парень. Я просто пытаюсь быть рядом с ним, понимаешь? Поддержать его в это ужасное время. Он сказал мне, что ты знала его лучше всех до... ну, до всего этого. Есть какие-нибудь советы?»

Какая наглость.

Аня посмотрела прямо в идеально накрашенные глаза Кристины.

«Никаких советов», — сказала Аня ровным голосом. «Уверена, ты сама разберешься».

Улыбка Кристины на микросекунду дрогнула.

Она явно ожидала увидеть Аню в слезах.

«Что ж», — быстро оправилась Кристина, — «если что-нибудь придумаешь...» Она повернулась и скользнула обратно к Игорю, снова взяв его под руку.

Аня смотрела, как они уходят, рука Игоря теперь лежала на талии Кристины.

Новая Аня, та, что становилась Ольгой, не чувствовала ничего, кроме далекой, холодной решимости.