Саттия. Турнир двух лун.

***

«Всё верно, потомок! Заклинание должно перенести тебя туда, куда ты жаждешь больше всего на свете! Поэтому желай оказаться в Исталоне настолько сильно, насколько можешь!»

Да, я в очередной раз пыталась пробудить заклинание. И тут началось. Готова поклясться, что я ощутила, как у меня остановилось сердце. Кровь застыла в венах, превращаясь в острые иглы в теле, а потом пришла агония.

Я упала на спину. Боль выгнула моё тело, сводя его судорогой, и мне показалось, что скоро сломаются кости. Широко распахнутыми глазами я не видела ничего, кроме кровавого марева. В воспалённом разуме билась одна мысль – я должна вернуться и всё исправить!

«Получается! – возбуждённо восклицал Сейгун, облетая меня по сотому разу. – Вставай, девочка, давай! Ещё один шажок в портал».

Я помотала головой, чувствуя, что не могу даже вздохнуть. Сглатывала кровь, которая появилась во рту, и в портал вползла на чистом упрямстве, а выпала из него уже на Энде, на берегу Большого моря.

«Похоже, мы недалеко от Исталона», – осматриваясь, заявил наставник.

«Почему мне так плохо?» – я разлепила губы, борясь с тошнотой.

«Сила феникса не уживается с божественной силой, – предположил Сейгун, задумчиво паря рядом. – Зато заклинание наконец-то сработало!»

«Я достану Аббадона даже из тумана и заставлю забрать силу назад», – злилась я и морщилась от боли. Оказывается, быть Богиней совсем не круто!

Я съёжилась, пережидая приступ. Напомнила себе, что это всё не зря. Локи. Без хироса в моей голове непривычно пусто. Я сжала зубы и гнала от себя мысли об убитой тени, потому что думать о нём было нестерпимо больно.

Да и ночи без Аббадона стали пресные, словно я лишилась чего-то важного. Непривычно вот так спать без сновидений с беловолосым мужчиной, который одним взглядом мог вывести меня из себя. Я признала, что наши встречи вызвали у меня зависимость, и уже давно не воспринимала его как Тёмного Бога, только как Аббадона – мужчину с пронзительными ртутными глазами. Мужчину, которому я доверяла больше, чем кому-либо из друзей на Энде. Я отказывалась принять тот факт, что его не стало по моей вине. Ладно, время всё исправить. Я поднялась, отряхивая мокрый песок с джинсов, и огляделась.

Бухта, укромно скрытая от случайных глаз, была такой волшебной, что, казалось, здесь никогда не ступала ничья нога. Скалы впереди закрывали обзор с воды, оставляя маленькую щель, куда бы едва протиснулись лодка, а холм с материковой части окружал бухту, делая её невидимой для посторонних.

Море неспешно накатывало волны, слизывая бежевый песок, словно тающее мороженое. «Определённо нужно сюда вернуться и наплаваться до синих губ», – подумала я, а Сейгун насмешливо вставил:

«Пойдем, синегубая».

Ему тоже не терпелось узнать, что стало с Исталоном. – Ну что, потомок? Как добираться будешь?»

– Грей! – позвала я, и закрытая бухта многократно отразила мой крик. Пару минут было тихо, но я знала, что он придёт.

Крылатый конь появился из-за облаков, привлекая моё внимание громким ржанием.

– Я тоже рада тебя видеть, Грей! – я ласково погладила серую гриву и попросила. – Довезёшь меня до Исталона?

– Фыр-фыр, гр-р-р-р-р, – затряс роскошной гривой пегас, соглашаясь.

Сейгун призрачным мужчиной плыл рядом, задумчиво рассматривая приближающийся город. Я боялась того, что увижу. Воображение рисовало разрушенные здания, мёртвые тела исталонцев и их врагов, но всё оказалось куда лучше! Исталон так же белел аккуратными домами в греческом стиле. Жители спешили по своим делам, а со стороны порта доносились звуки толпы и запах моря. Будто и не было битвы. Странно.

Пегас приземлился у ворот Академии.

«Ронарика!» – мысленно кричала я, надеясь, что подруга жива и услышит мой ментальный ор.

«Не кричи так! – проворчал Сейгун, – у меня сейчас голова взорвётся».

Во дворе Академии стояла тишина. От этого я заволновалась ещё больше.

«Рони!», – быстрым шагом я влетела по каменным ступеням и толкнула массивные двери.

Главный холл Академии был пуст. Мы едва успели переглянуться с наставником, строя предположения, где все, как громкий гонг разорвал тишину и мои перепонки. Захлопали двери, студенты выходили из аудиторий. Я с облегчением вздохнула. Просто все сидели на занятиях, а я себе уже нафантазировала.

«Рони!!» – звала я, шагая по коридору. Кто-то узнавал меня и хлопал по плечу, кто-то тыкал пальцем.

– Сати! – заорали совсем рядом. Меня тут же крепко обняли в четыре руки.

– Парни! – мой счастливый визг услышали, наверное, даже в драконьих землях. Облегчение и радость заполнили душу, заставляя на мгновение забыть обо всём плохом, что с нами приключилось.

Меня тискали, по очереди передавали друг другу, как эстафетную палочку, обнимали до хруста ребер, но я была так рада их видеть, что смирилась с этим.

На нашу тройку налетел рыжеволосый вихрь.

– Сати!!! Ты жива! Подруга ты не представляешь, как я рада!

– Я тоже, Рони!

– Мы думали, что ты погибла, Сати! Мы скорбели. Где ты была? Тут такое творилось! – потянув меня в сторону, шептал Тирэн.

– Я…

– Так, подожди! Расскажешь нам всё в общежитии. Пойдём!

Ребята, не сразу выпустили меня из объятий, будто боялись, что я испарюсь! Ну нет, раз я вернулась, то никуда не денусь.

Мы зашли не в то здание, которое я помню. Я вопросительно подёргала демоницу за рукав стильного пиджака с эмблемой Академии в виде трёх шаров, скрещённых линиями. Они напоминали мне ведьмовскую пентаграмму из какого-то фильма, но смотрелось круто.

– Нас переселили в связи с поступлением. Ты тоже, кстати, принята без экзаменов, как и все первогодки, которые участвовали в битве.

Только в комнате я заметила, как осунулись лица друзей. Увидела и складку между бровей у Далеона, что делало его лицо грустным, и заплаканные глаза принцессы демонов, и тёмные круги на пол лица у Тира. Я осознала, как нелегко им было хоронить павших в бою.

Мы расположились на ковре в гостиной. Эльфы, по традиции, из ниоткуда вытянули бутылку «смерти на утро», но мне сейчас нужна была трезвая голова.

– Ребят, рассказывайте! – нетерпеливо ёрзая, попросила я. Они переглянулись, и Тирэн, кивнув каким-то своим мыслям, предложил:

– Может сначала ты?

Вот сейчас не поняла, они, что мне не доверяют? Мы столько вместе пережили, а стоило мне пропасть на неделю и уже все. Очевидно, что моё недоумение отразилось на лице, потому что Далеон пояснил:

– Когда ты ушла вместе с мертвым хиросом, и не вернулась, с нами случилась неприятность, – он запнулся и отпил напиток из рюмки. – Спустя пару дней после похорон павших в бое за Исталон, горе и скорбь начали вымывать из нас магию. Мы выгорали. Не знаю, слышала ли ты о таком феномене, но просидев на магических успокоительных, мы ещё не до конца осознаем, что ты жива!

– Ребят, это я, честно! – я скрестила пальцы, и они несмело рассмеялись, похоже, что им стыдно говорить о своих слабостях. Ну что ж. Время и мне признаться. – Увидев смерть Локи, я от горя пришла в сильную ярость. Взяла его тушку и шагнула в разрыв, – мой рассказ напоминал американские горки с плохим исходом, потому что о своей глупости говорить не хотелось, но я пересилила себя. Друзья всё узнали без утайки: да, я ошиблась, да поступила сгоряча, поэтому была честной с ними.