Я подписала документы о разводе, и он потерял всё

На следующее утро солнце ударило в стеклянный фасад ЦУМа на Тверской улице, превратив здание в сверкающий памятник излишествам.

Виолетта вошла через вращающиеся двери. Сегодня на ней не было чёрного. На ней был белый тренч и огромные солнцезащитные очки, и она выглядела точь-в-точь как отвергнутая жена миллиардера, заглушающая боль покупками.

Она достала одноразовый телефон — прошлой ночью она синхронизировала с ним контакты Всеволода — и набрала номер.

— Клим, — сказала она, когда на том конце сняли трубку.

— Госпожа Потёмкина? — голос Клима, начальника штаба Всеволода, звучал запыхавшимся. — Господин Потёмкин на важнейшем совещании по слиянию...

— Мне всё равно, где он, — прервала его Виолетта. — Технически, развод — это пока просто бумажка. А значит, я всё ещё его жена со всеми вытекающими. Так что тащи свою задницу в ЦУМ. Мне нужен кто-то, чтобы носить мои сумки.

— Госпожа Потёмкина, я правда не могу...

— Клим, — промурлыкала она, понизив голос на октаву. — Ты хочешь, чтобы я явилась в зал заседаний и устроила сцену? Ты же знаешь, как Всеволод ненавидит драмы.

Наступила пауза. Клим прекрасно понимал, насколько взрывоопасна ситуация. Он вздохнул.

— Буду через десять минут.

Когда Клим приехал, у него был вид человека, идущего на эшафот. Он нашёл Виолетту в отделе сумок. Она стояла перед витриной с лимитированной коллекцией сумок из экзотической кожи.

— Ты опоздал, — сказала она, не глядя на него. Она указала на полку пальцем с идеальным маникюром. — Я возьму вот эту. И ту. Вообще-то, я возьму их все. Всех цветов.

Продавец-консультант, женщина, повидавшая немало нервных срывов у богатых дам, даже не моргнула. Она просто начала сканировать товары.

Виолетта протянула чёрную карту «Амекс». Это была дополнительная корпоративная карта Всеволода, которую она оставила у себя.

Терминал пискнул. Сто пятьдесят тысяч долларов.

На другом конце города, в конференц-зале со стеклянными стенами, телефон Всеволода лежал на столе экраном вниз. Он беззвучно вибрировал, соприкасаясь с красным деревом. Раз. Два. Три раза. Уведомления о возможном мошенничестве.

Всеволод взглянул на экран, увидел уведомление из ЦУМа, и его челюсти сжались. Он был в разгаре деликатных переговоров с корейским технологическим конгломератом. Он не мог уйти. Он не доставит ей такого удовольствия.

Он перевернул телефон обратно и сосредоточился на проекционном экране, заставляя себя игнорировать жужжание.

Вернувшись в магазин, Виолетта перешла в ювелирный отдел. Клим уже с трудом держал по шесть огромных пакетов в каждой руке, а на лбу у него выступили капельки пота.

— Госпожа Потёмкина, пожалуйста, — прохрипел он. — Господин Потёмкин будет в ярости.

— У него миллиарды, Клим, — беззаботно ответила Виолетта. Она указала на бриллиантовое колье. — Вот это. Оно похоже на слёзы, не правда ли? Как символично.

Пятьсот тысяч долларов.

Ж-ж-ж. Ж-ж-ж. Ж-ж-ж.

Телефон Всеволода не унимался. Его финансовый директор наклонился и прошептал: «Сэр, всё в порядке? Служба безопасности зафиксировала необычную активность».

— Не обращайте внимания, — процедил Всеволод. — Это просто... накладные расходы.

Виолетта перешла к отделу мужских часов. Она увидела Patek Philippe, сложные и надёжные. Именно такие часы оценил бы её отец, Кондрат.

— Заверните, — сказала она продавцу.

— Подарок для господина Потёмкина? — вежливо спросил продавец.

— Нет, — громко, чтобы Клим услышал, ответила Виолетта. — Для друга. Для того, кто действительно знает цену времени.

Внезапно телефон Всеволода зазвонил. На этот раз это была не вибрация, а отчётливый, пронзительный рингтон, который он установил для линии частной клиники.

В комнате воцарилась тишина. Лицо Всеволода мгновенно побледнело. Гнев из-за кредитной карты исчез, сменившись леденящим страхом.

— Прошу прощения, господа, — сказал он, резко вставая. — У меня чрезвычайная ситуация в семье.

Он ответил на звонок, выходя из конференц-зала. — Алло?

Он слушал несколько секунд. Его глаза расширились. — Я уже еду.

Он повесил трубку и тут же набрал Климу.

— Ты где? — рявкнул Всеволод, бросаясь к лифту.

— В ЦУМе, сэр. Госпожа Потёмкина...

— Мне плевать, что она покупает, — прервал его Всеволод. — Сажай её в машину. Немедленно. Вези её в Пироговку. Я встречу вас у входа.

— Сэр? — Клим был в замешательстве. — В больницу?

— Просто сделай это! — крикнул Всеволод. — Она должна увидеть, что натворила.

Он завершил звонок. Его мысли неслись вскачь. Юлия. Авария. Грузовик. И Виолетта, которая так удачно устроила шоппинг-марафон именно в тот момент, когда угроза была приведена в исполнение.

Это не могло быть совпадением.