Тайны холмов фейри - 3. Любовь для Янтарного лорда

Самым красивым местом в сиде была огромная гостиная на первом этаже. И мне очень нравилось, что она нисколько не напоминает стандартную красу в зале Тернового рыцаря. Как-то здесь было... по-домашнему, хоть и просторно.

Гостиная делилась на зоны. Вот каминная, с двумя мягкими даже на вид диванчиками и низким столиком. Вот обеденная, а там что-то вроде мастерской — длинное каменное подобие верстака, открытые полки со всякой всячиной. Похоже, бывший хозяин сида делал артефакты... А вот библиотечная зона, с длинным книжным шкафом и креслами, на подголовниках которых вделаны удобные светильники, а подлокотники такие широкие, что можно поставить чернильницу. При этом я не сомневалась, что в сиде есть и отдельная библиотека.

Окно занимало всю стену. Широкий подоконник — хоть спать на него ложись, легкие, полупрозрачные сиреневые шторы.

Около подоконника, опираясь плечом на распахнутую створку, стоял Оберон и неотрывно смотрел на прекрасный пейзаж. То ли любовался парой единорогов на берегу крохотного озера, обрамленного розовыми кустами, то ли смотрел, как на могучем остролисте скачут, вереща, белки.

Как по мне — белки были интереснее. Розовые лошадки, конечно, умиляли своим изяществом, но как-то чересчур печалились, судя по позам. А ведь им бы радоваться сейчас, а не вытирать друг другу слезы. Впрочем, смотрелось это забавно — потому что делали они это носами.

— Ничего не меняется, — сказал вдруг король Благого Двора, наконец-то нарушая изрядно затянувшееся молчание. — И это прекрасно.

— Разумеется, ваше величество, — откликнулся Аламбер, давно и прочно прилипший к полкам около каменного верстака. Вот ничуть не удивлюсь, если оттуда уже много чего перекочевало в его бездонные карманы. Навстречу королю он вышел уже полностью одетым.

— И я бы не хотел видеть здесь перемены, — возвестил Оберон, поворачиваясь ко мне.

— Я тоже, ваше величество! — поспешно, но совершенно искренне согласилась я.

— Леди Блаженного Заповедника все устраивает? — с непередаваемой интонацией спросил король. Но насмешки в его голосе точно не прозвучало.

Я кивнула, даже не задумавшись.

Правда. Меня устраивало все. Кроме внезапно обретенного титула. Да еще такого... намекающего. И ведь ничего не сделаешь. Традиция! Титулы высших принято сокращать именно таким образом — леди Каменного удела, господин Ледяных Утесов, лорд Зеленых песков... Но слово «блаженный» слегка напрягало.

И если бы это слово было моей единственной проблемой!

Каменная морда Ирвин как в воду глядел: Благой король сделал меня леди. Точнее — подтвердил титул и статус, полученные по факту успешного деяния. Расколдовала заповедник? Будь любезна владеть. И никогда не забывать, что как раз король-то сделал все возможное, чтобы это место навеки осталось проклятым.

Как-то ты, Ула, слишком высоко скакнула на своих намечтанных копытцах! Вот почему нельзя было остаться обыкновенной маленькой глейстигой, пусть даже и особенной? Спокойно учиться, потом завести собственный холм и, может быть, мужчину... Конечно, фейри, но обычного, простого, хорошего...

Я отлично понимала, что страдать у меня нет ни единого повода.

И не страдала бы на самом деле! Если бы условие расколдования Заповедника было каким-нибудь другим.

Если бы Аламбер Янтарный не использовал меня в очередной раз. И именно тогда, когда я все-таки сподобилась ему поверить!

— А отчего моя леди так печальна? — спросил король и жестом остановил меня. — Обойдемся без этикета, Ула. Не нужно рассказывать мне, как ты ошарашена внезапным счастьем.

Да как скажете, ваше величество!

— Я боюсь брать на себя такую ответственность, лорд Оберон, — сказала я, не солгав ни словом.

— Понимаю... — протянул он. — И как раз хотел предложить помощь. Ты не будешь возражать, если я найду управляющего для твоих угодий? И подходящих мастеров. Егери, опять же, нужны. Все-таки не просто лесок! Производство снова придется налаживать...

О великая богиня Дану, как же я люблю нашего короля!

— Да! То есть нет, ваше величество, конечно, я не буду возражать! И полностью полагаюсь на ваш выбор!

— Ну и отлично. Однако мне кажется, что причина грусти вовсе не в этом. Я прав, моя леди? Вижу, у тебя уже есть великолепный советник! В принципе, он...

— Увольте, ваше величество! — отозвался Алам.

Судя по легкомысленному тону, с Обероном они если и не в дружеских отношениях, то уж как минимум не первый год знакомы. И не тысячу даже...

— Мне вполне достаточно уже имеющегося поста! — продолжал Янтарный. — Кстати, давно хотел вам сказать, что — в принципе! — готов его покинуть. Лет через триста-четыреста.

— Плохая идея, — заметил король.

— Ну я ее еще обдумываю. А вот причину печали леди Блаженного Заповедника я вам с радостью сообщу.

Оберон изобразил на лице крайнюю заинтересованность, и мой дивный гад немедленно выдал:

— Она замуж за меня не хочет идти.

— Ну! — хохотнул король. — В чем-то я ее понимаю!

— Ваше величество! Побудьте для разнообразия на моей стороне!

— Да с удовольствием, на самом деле! — радостно сообщил Оберон. — По крайней мере это избавит половину моего двора от несбыточных мечтаний!

— Преувеличиваете, — хмыкнул Янтарный. — От силы четверть.

Прелестно, да? Вот если я соглашусь — ну вдруг! — то толпа Благих леди решит меня отравить или еще чего похуже. А там и Неблагие могут подтянуться... Нет уж! Не дождетесь.

Пока я пыталась скрыть возмущение, двое высших лордов продолжали беседовать.

— А отчего она не хочет? — невинно спросил король. — Знаете, Аламбер, я ведь уже слышал об этой особенной девочке. Но впервые увидел час назад, выбегающей из спальни в не совсем приличном виде... Подумал, что у вас все сложилось... М-м-м, моя леди?

Не краснеть, Ула! Не краснеть! Для всех фейри сексуальные утехи — такая же часть жизни, как обед и туалет!