Подчинись мне

Илья почувствовал, как его разум медленно пробуждался. Бросив взгляд по сторонам, парень понял, что оказался в незнакомом месте. Вставая с постели, он заметил, что раздет и тут же набросил одеяло на себя. Протянув руку к своей шее, Илья почувствовал неизвестный предмет, напоминающий ошейник.

- Что происходит? Где моя одежда? Я не помню ничего... – оглядываясь вокруг, омега понял, что находится в просторной комнате, где кроме кровати, шкафа и кресла ничего не было.

Из-за двери раздались приближающиеся шаги, затем она медленно приоткрылась, и в комнату вошел никто иной, как загадочный Рамиль.

- Привет, уже проснулся? – произнес он, проницательно улыбаясь.

- Где я? Почему я голый? И что за странный ошейник на моей шее? – Илья бомбардировал его вопросами, пока Рамиль молча передавал ему сумку, которую мальчик бросил на кровать.

- Одевайся, – сурово проговорил парень, фиксируя свой холодный взгляд на нем, что немного испугало омегу.

- Э... в сумке только огромная белая рубашка и длинные белые носки, – Илья пытался разобраться в ситуации. – Она мне явно велика, и...

- Я сказал одевайся.

Оценивая содержимое сумки, мальчик заметил, что Рамиль забыл положить туда штаны и трусы. Омега совсем не мог понять, чего желает от него альфа.

- Э-э, не могли бы вы... вернуть мои вещи? Или разрешить надеть штаны? - прошептал мальчик, его голос звучал испуганно. Единственное желание юноши было вернуться домой.

- Тебе это уже не понадобится здесь, - сделал замечание парень с ухмылкой в голосе, подходя к креслу и усаживаясь на него. - Сегодня ты будешь моим верным псом.

- В-в смысле, песиком? - испуганно спросил Илья. - С ума сошел? Рамиль, пожалуйста, отпусти меня. Я хочу домой, - мальчик проговорил все это с трепетом в голосе.

- Закрой свой рот. Для тебя я больше не Рамиль, я - твой господин. Понятно? - альфа прервал его с грубостью.

- Что? Нет! Отпусти меня домой. Я не могу оставаться здесь, - Илья заплакал, слезы стекали по щекам.

Альфа не в силах сдерживать свою ярость, выхватил кнут, схватил омегу за плечо и сильно ударил. Боль была невыносимой, Рамиль проявил явное отсутствие жалости.

- Похоже, ты совсем не вникаешь в ситуацию. Значит, придется тебя наказать.

- Н-наказать? Э... Это серьезно?

Илья молчал, слезы текли по его лицу. Альфа замахнулся кнутом, и удары настигали омегу один за другим. Кровь пропитывала его израненную кожу, пропитывала рубашку. Мальчик вопил от боли. Извернувшись, спрятался под одеялом, пытаясь укрыться от бесчисленных ударов, которые продолжали падать на него.

- Ладно..., Пожалуй, достаточно, - парень слегка приоткрыл одеяло и увидел напуганное лицо Ильи. Альфа вернулся в кресло и уселся. – А теперь встань.

Юноше с трепетом поднялся с постели, ноги дрожали и болели от беспощадных ударов альфы кнутом. Омеге не оставалось выбора, кроме как подчиниться, и, не рискуя получить еще удары, не уверенными шагами пошел к альфе.

Омега, низко поклонившись, сейчас сидел перед жестоким альфой, находясь на коленях посреди комнаты. Когда Рамиль приблизился и с легкостью погладил голову Ильи, словно гладил своего любимого питомца, то от этих зловещих ласк у мальчика из глаз текли слезы с новой силой.

- Я хочу вернуться домой, - пробормотал Илья через слезы.

Омега осознал, что сказал что-то неправильное, и тут же замолчал. Но было уже слишком поздно, когда Рамиль схватил его за волосы, резко потянул и с силой ударил коленом в живот.

- Твои действия говорят о том, что ты не достоин быть моим верным псом, и тебя нужно наказать.

Мальчик скорчился от боли, пронизывающей его организм, и поэтому не мог уловить насмешливое выражение лица альфы, с которым тот смотрел на омегу.

- Прошу, не надо этого... - прошептал юноша между всхлипываниями.

- Нет, это не то, что я желал услышать, - проговорил альфа с ноткой разочарования в голосе.

Внезапно, в полной тишине комнаты раздался резкий звук, кнут, касается спины омеги наносивший ему болезненные удары.

- Ну, скажи правильное, и, возможно, пощажу тебя.

Илья понимал, что альфа ожидал от него, но не мог признать этого, не желая подвергать свою самооценку опасному испытанию. Если омега не выполнит приказ, Рамиль, скорее всего, накажет до смерти.

- Ну же! - с издевательской усмешкой прорычал парень, ударив снова мальчика кнутом.

- Пожалуйста, не делай этого... м-мой хозяин... - проскулила омега, проглатывая слезы.

- Хм... О, такой послушный... Ладно, сегодня позволю остаться неприкосновенным, но дальнейшие привилегии будут отозваны.

Альфа схватил Илью за подбородок, поднес его лицо ближе к своему и поцеловал губы. Юноша отчаянно сопротивлялся, но все попытки оказались бесполезными - омега оказался слабее своего мучителя.

Наконец, парень отступил, и вышел из комнаты, оставив Илью одного со своими мыслями.

В то мгновение, когда омега присел на пол, его ум уже начал заполняться мыслями о том, что только что произошло. Израненный и ошарашенный, он не смог подняться, и даже самое маленькое движение тела было невыполнимо из-за острейших болей. Неизбежно, останутся шрамы на теле, постоянные напоминания о прошлом, которые никогда не исчезнут. «Но я не позволю лишить себя свободы навсегда! Я не родился, чтобы стать игрушкой в его руках! Я откажусь от этого! Я убегу! Да, я способен на это - я убегу!» - размышлял юноша, настраиваясь на борьбу.

С большим трудом омега начал подниматься, игнорируя боль, и каждым движением приближался к окну, задумываясь, чем бы его разбить. Глаза упали на лампу, стоящую на тумбочке. Взяв ее в руки, он метким броском отправил ее в окно, разлетевшееся на осколки. Шагнув вперед и выскочив на улицу, Илья осознал, что он находится во дворе. Барьером перед свободой остался только забор, но, к счастью, он оказался невысоким.

Покидая дом, мальчик направился прямо по дороге. С каждым шагом становилось все холоднее, но Илья шел, отказываясь свернуть с пути, чтобы не погибнуть от цепей пыток. Он старался собрать последние остатки сил, чтобы двигаться вперед, но истощение было неотвратимым, и несколько раз он падал и поднимался. Наконец, в последний раз, силы полностью истощились, и юноша больше не смог подняться. Тонущий во тьме и усталости, погрузился в благословенный сон.