Его нежеланная суженая — тайный белый волк

Десять лет я жила как бесправная Омега. Единственной моей отрадой была моя гениальная дочь, Марина. Я запечатала свою истинную суть — могущественного Белого Волка — чтобы защитить ее от врагов моей семьи. Когда она выиграла престижную стажировку в Международном Совете, я думала, что наша тихая жизнь наконец-то в безопасности.

Но неделю спустя я нашла ее, сжавшуюся в углу своей школы, связанную серебряными веревками, которые сжигали ее кожу. Ее мечты разбивала вдребезги Лариса, дочь Альфы нашей стаи.

«Это ничтожество думало, что сможет украсть мое место», — ухмыльнулась Лариса. «Стажировку, которую мой отец-Альфа обеспечил для меня».

Мой мир рухнул. Альфой был мой муж, Виктор — мой истинный партнер на протяжении десяти лет. Когда я обратилась к нему через нашу священную связь, он отмахнулся от моей паники сладкой ложью, даже когда я смотрела, как Лариса и ее подружки мучают нашего ребенка ради забавы.

Окончательное предательство произошло, когда его любовница, Ирина, сверкнула картой Супруги Альфы — «моей» картой, которую он отдал ей. Он прибыл лишь для того, чтобы на глазах у всех отречься от меня — грех, который разрушил нашу связь до основания. Он назвал меня нарушительницей и приказал своим воинам наказать меня. Пока они заставляли меня встать на колени и били серебром, он просто стоял и смотрел.

Но они все меня недооценили. Они не знали об амулете, который я дала дочери, и о древней силе, что он хранил. Когда последний удар обрушился на меня, я прошептала имя в скрытый канал, взывая к клятве, данной моей семьей поколения назад. Спустя секунды здание окружили военные вертолеты, а в комнату ворвалась Гвардия Высшего Совета, склонившись передо мной.

«Луна Волкова», — объявил их командир. «Гвардия Высшего Совета в вашем распоряжении».

Глава 1

От лица Людмилы:

«Марина, я получила! Я правда получила! Они выбрали меня!»

Голос, эхом отозвавшийся в моей голове, был чистой, неподдельной радостью. Это был звук души моей дочери, личный канал, соединявший нас на расстоянии многих километров. Наша Ментальная Связь, узы глубже слов, дар Лунной Богини матери и ее дитя.

Я улыбнулась, закрывая глаза и прислоняясь к холодному стеклу окна своего офиса. Внизу раскинулся город, гобелен из мерцающих огней, но все, что я видела, — это сияющее лицо Марины.

«Я знала, что у тебя получится, моя умница. Я так тобой горжусь».

«Они сказали, что мой проект по работе с молодежью разных видов был самым подробным из всех, что они когда-либо видели от кандидатов-стажеров. Я еду в Международный Совет Сверхъестественных Существ! Можешь в это поверить?»

Я могла. Я провела бесчисленные ночи, помогая ей оттачивать этот проект, наблюдая, как она вкладывает свое сердце в каждое слово. Она была гениальна, решительна и гораздо сильнее, чем сама думала.

Это было неделю назад. Целую жизнь назад.

Теперь ледяной ужас сжимал мой живот. Я уставилась на планшет в руке, на единственную мигающую точку на экране. Это был трекер на амулете, который я дала Марине, серебряном медальоне с древней печатью моей семьи, стаи Серебряной Луны.

Он должен был быть ее талисманом на удачу. Теперь он стал маяком моей нарастающей паники.

Точка не двигалась. Уже час.

Она находилась в кабинете Альфы в ее элитной академии на Рублёвке. Месте, где ей нечего было делать.

Мой волк, та часть меня, которую я держала на цепи и в молчании десять лет, начал беспокойно метаться внутри. Десять лет назад, чтобы защитить Марину от врагов, которых нажила моя родословная, я заключила сделку с дьяволом. Я согласилась на ритуал Виктора, связав своего Белого Волка, обменяв свою силу на его обещание мира. Обещание, которое он теперь нарушал.

Я не стала ждать лифта. Я пронеслась по дому стаи со скоростью, которая выдала бы мою истинную природу, если бы кто-то смотрел. Через несколько минут я уже была в машине, двигатель взревел.

В академии было тихо, вечерние занятия давно закончились. Я проскользнула через боковые ворота, тень в сумерках. Запах старого дерева, меловой пыли и чего-то еще… чего-то металлического и едкого ударил мне в нос, когда я приблизилась к кабинету.

Страх. Воздух был пропитан им.

Тяжелая дубовая дверь была заперта. Я не колебалась. Сила, которую я подавляла так долго, хлынула в мое плечо, когда я врезалась в дерево. Старый замок с треском разлетелся на куски.

Сцена внутри заставила мою кровь застыть в жилах.

Моя дочь, моя гениальная Марина, сжалась в углу. Ее запястья и лодыжки были связаны толстыми темными веревками. Веревками, которые влажно блестели в тусклом свете.

Серебро. Они были пропитаны раствором серебра.

Даже от двери я видела багровые, страшные ожоги на ее коже, видела, как ее тело дрожит от слабости и боли. Серебро было ядом для нашего вида, веществом, которое сжигало и разъедало нашу плоть, блокируя способность к исцелению.

«Ну-ну, посмотрите, кого кошка принесла», — раздался насмешливый голос.

Я медленно повернула голову. Девушка с дешевым мелированием и слишком ярким макияжем стояла, скрестив руки на груди. Лариса Павлова. За ее спиной с самодовольным видом наблюдала учительница, которую я узнала, Галина Борисовна.

«Это мать Омеги», — сказала Лариса, ее голос сочился презрением. «Пришла забрать свою жалкую дочурку?»

«Что вы сделали?» — мой голос был низким рычанием.

«Мы просто преподали ей урок», — гордо заявила Лариса, шагнув вперед. «Это ничтожество думало, что сможет украсть мое место в Совете. Стажировку, которую мой отец-Альфа обеспечил для меня».

Мой мир пошатнулся. «Ее отец-Альфа».

В этой школе был только один Альфа. Один Альфа, чье влияние могло обеспечить место в Совете.

Мой муж. Виктор.

Мужчина, которого я любила десять лет. Отец моего ребенка. Мой истинный партнер.

Предательство было физическим ударом, выбившим воздух из легких.

Я потянулась к нему через нашу личную связь партнеров, священные узы, соединявшие наши души.

«Виктор, что происходит?»

Его голос ответил мгновенно, теплый и гладкий, как мед, голос, который успокаивал мои страхи на протяжении десятилетия. «Люда, любовь моя. Что случилось? Ты звучишь так встревоженно».

«Марина… она ранена. Девушка по имени Лариса… она говорит, ее отец-Альфа…»

«Тш-ш, лучик мой», — пробормотал он, его голос был бальзамом для моих истерзанных нервов. «Это просто школьные разборки. Не волнуйся. Помнишь, как мы впервые встретились? Тот запах… запах промокшего леса и лунного света. Он сводил меня с ума. И до сих пор сводит. Ничто и никогда не встанет между нами».

На мгновение его слова подействовали своей старой магией. Он мой партнер. Лунная Богиня выбрала его для меня. Он бы не… он не мог…

Затем я посмотрела на Марину. Я увидела сырую, почерневшую плоть там, где серебряная веревка натерла ее кожу. Боль в глазах моей дочери разрушила иллюзию Виктора.

Я опустилась на колени рядом с ней, не обращая внимания на хихиканье Ларисы и ее подружек. «Я вытащу тебя отсюда, малышка».

Мои пальцы коснулись узлов. Жгучая боль пронзила мою руку, серебро впилось в кожу. Я зашипела, отдернув руку. Мои ногти уже начали чернеть.

«Проблемы, Омега?» — насмехалась Лариса. «Может, тебе просто перегрызть ее? Как собака».

Ее подружки достали телефоны, экраны осветили их жестокие лица, когда они начали снимать.

Я посмотрела на заплаканное лицо Марины. Мне было все равно на боль. Мне было все равно на унижение.

Я наклонилась и впилась зубами в пропитанную серебром веревку.

Вкус был металлическим и мерзким. Жжение было невыносимым, огонь, охвативший челюсть, но мой волк, моя первобытная часть, мог выдержать это на мгновение. Я кусала и рвала, не обращая внимания на насмешки и вспышки их телефонов.

Веревка лопнула.

Когда я принялась за следующую, Лариса шагнула вперед. В руке у нее была грязная, обглоданная кость школьного талисмана-собаки. Взмахом руки она швырнула ее. Кость угодила Марине прямо в лицо, оставив грязный след на щеке.

Что-то внутри меня сломалось.

Холодный, белый огонь, которого я не чувствовала десять лет, вспыхнул в моих венах. Сила стаи Серебряной Луны, мощь истинного Белого Волка, хлынула через меня.

Я медленно поднялась на ноги.

Прежде чем Лариса успела осознать перемену в моих глазах, моя рука взметнулась. Звук пощечины прогремел, как выстрел, в тихой комнате. Лариса закричала, отшатнувшись и схватившись за нос, из которого теперь хлестала кровь и который был неестественно выгнут.

Я не удостоила ее и вторым взглядом. Мои глаза были прикованы к амулету Серебряной Луны, все еще висевшему на шее Марины. Это был не просто трекер. Это была спасительная нить. Я нажала на древнюю печать в последовательности, которой научила меня мать, отчаянная молитва единственному человеку, которому мои родители доверяли свое наследие.

Защищенное соединение щелкнуло в моем сознании, обходя все обычные каналы.

«Кирилл Романов», — ответил спокойный, глубокий голос.

«Кирилл», — сказала я, мой голос был ровным и холодным, как лед. «Это Людмила. Я взываю к клятве. Привези своих лучших целителей. Немедленно».