Отвергнутая моим Альфой, Призванная моей Короной

Элара

Я ввалилась обратно в дом Альфы, место, которое когда-то называла своим домом. Воздух был густым от его запаха — сосны и грозы — но теперь он был испорчен, смешан с приторно-сладким запахом Лиры и молока ее щенка. Меня затошнило.

Я не могла этого выносить.

С приливом отчаянной энергии я начала расчищать комнату. Его одежда, его книги, все, что хранило его запах. Я хватала их, охапку за охапкой, и выбрасывала через парадную дверь, на ухоженный газон. Мне было все равно, кто увидит.

Когда я швырнула его любимую кожаную куртку на растущую кучу, к дому подъехал гладкий черный автомобиль.

Дамиан.

Он вышел, обошел машину к пассажирской двери и открыл ее для Лиры с нежностью, от которой у меня перехватило горло. Он осторожно взял спящего щенка из ее рук, его движения были мягкими и отработанными.

— Теперь можешь отдохнуть, — услышала я, как он пробормотал ей. — Это твой дом.

Мимо проходил пожилой воин, один из уважаемых старейшин стаи. Он увидел эту сцену, и широкая улыбка расплылась по его лицу. Он подошел к ним, слегка склонив голову.

— Будущая Луна, — сказал старый волк, его голос был полон искренней теплоты, когда он посмотрел на Лиру. — Поздравляю с тем, что подарили нашему Альфе такого сильного наследника.

У меня кровь застыла в жилах. Вот оно. Вот как это происходит. Ложь, повторенная достаточно часто, становится правдой.

Дамиан не поправил его. Он даже не вздрогнул. Вместо этого он обнял Лиру за плечи, притягивая ее ближе, и просто кивнул. Он принял этот титул для нее. Он принял ложь.

В глазах его стаи меня уже не было.

Наконец он заметил меня, стоящую в дверях среди хаоса, который я устроила. Он нахмурился, в его глазах мелькнуло раздражение.

— Элара, — сказал он напряженным голосом. Он пошел ко мне, оставив Лиру у машины. — Я волновался. Почему ты меня не дождалась?

— Почему ты не сказал ему правду? — спросила я ровным, лишенным эмоций голосом. — Почему ты позволил ему называть ее твоей Луной?

— Это просто титул, Элара. Не устраивай сцену, — сказал он пренебрежительно, его терпение явно было на исходе.

Щенок на его руках начал капризничать, издав тихий крик. Внимание Дамиана мгновенно переключилось на него.

— Видишь? Щенок расстроен, — сказал он тоном, не терпящим возражений. — Лира и ребенок останутся здесь. Если ты не можешь с этим смириться, можешь переехать в квартал для омег.

Квартал для омег. Он хотел отправить свою беременную, предназначенную судьбой пару жить с самыми низкоранговыми членами стаи.

Последний проблеск надежды внутри меня умер.