Фальшивая пара Альфы, Безмолвная война Омеги

От лица Элины:

Судороги накатывали волнами, грызущая агония глубоко в животе. Я должна была двигаться. Я должна была действовать, прежде чем трава полностью выведет меня из строя.

Ярослав был наверху с Серафимой, без сомнения, празднуя свою маленькую победу. Я выскользнула из гостевой комнаты и по тихому, гулкому коридору направилась в его кабинет. Комната была такой же, какой я ее оставила. На его массивном дубовом столе стоял коммуникатор Мысленной связи.

Это была красивая, ужасная вещь — полированная обсидиановая шкатулка, инкрустированная серебряными рунами, которые светились слабым синим светом. Это было сердце коммуникаций стаи, позволявшее Альфе посылать свои мысли и приказы на огромные расстояния. Он был защищен слоями магической безопасности. Первый слой был прост — узор из рун. Второй, однако, был кровавой печатью, которую мог обойти только Альфа или тот, чью сущность он вплел в матрицу устройства. Истинная пара. Или, по-видимому, драгоценная сестра.

Я вспомнила, что он однажды сказал мне, в момент, который я по ошибке приняла за проявление нежности. Он хвастался, поглаживая мои волосы, что единственное, что он ценит больше своей власти, — это Серафима. «Дата ее рождения защищает мои секреты, — пробормотал он. — Напоминание об истинной верности». Он думал, я слишком глупа, чтобы запомнить.

Мои пальцы начертили последовательность рун на шкатулке, соответствующую звездам на небе в день ее рождения.

Раздался тихий щелчок. Второй слой кровавой печати растворился.

Я вошла.

Мой разум потянулся, соединяясь с устройством. Я просеивала каналы связи, официальные дела стаи, отчеты пограничных патрулей… и затем я нашла его. Частный, зашифрованный канал. Его название заставило мой желудок сжаться.

«Дар Луне».

Я открыла канал. Мысленная болтовня самых элитных воинов Ярослава заполнила мою голову, выгребная яма грубых мыслей и гнусной похвальбы.

Вверху канала был прикреплен документ. Это было расписание, тщательно составленное собственным мысленным почерком Ярослава, озаглавленное «График посещений Луны». В нем перечислялись имена его воинов, сопоставленные с фазами луны.

«Моя очередь в следующее полнолуние, — подумал воин по имени Лукьян, его мысленный голос сочился предвкушением. — Интересно, будет ли она сопротивляться на этот раз. Мне нравится, когда они сопротивляются».

«Не будет, — спроецировал Бета Ворон. — Тоники Альфы держат ее в покорности. Просто теплое, пустое вместилище для нашего удовольствия».

У меня перехватило дыхание. Я почувствовала приступ тошноты, но вместе с ним поднималась странная, холодная сила. Бело-горячий огонь, который сжигал боль, оставляя лишь ледяную решимость.

Именно в этот момент по каналу пронеслось новое сообщение. Оно было от Серафимы.

Она послала магический образ — движущуюся картинку, которая проигрывалась прямо в уме. Это была я, прошлой ночью. Мои глаза были затуманены от наркотика, мое тело было податливым и не сопротивлялось, пока воин низкого ранга, которого вызвал Ярослав, использовал меня.

Под ужасающим изображением Серафима добавила подпись.

«Хорошая собачка».

Плотина моего горя наконец прорвалась, но то, что хлынуло наружу, было не печалью. Это была сила. Что-то древнее и могущественное щелкнуло внутри меня. Дремлющая часть моей души, зверь с белым мехом и ледяной яростью, взревел к жизни. Эта сила, эта ясность, хлынула через меня. Сосредоточенной мыслью я начала копировать все — весь чат, график посещений, гнусный образ Серафимы — выкачивая это из коммуникатора и заливая в мой кристалл памяти.

Как только последняя частица данных была перенесена, я услышала шаги. Я захлопнула крышку шкатулки и сунула кристалл памяти обратно в рукав.

Ярослав ворвался в кабинет. Он схватил меня за руку, его пальцы впились в мою плоть.

— Что ты здесь делаешь? — прорычал он.

— Я… я просто искала книгу, — пролепетала я, боль в животе усиливалась. Я согнулась пополам от вздоха.

Он посмотрел на меня, его глаза были полны отвращения.

— Жалкая. Вставай. Ты идешь со мной.

— Куда? — выдавила я, пытаясь дышать сквозь боль.

— На пир в честь возвращения Серафимы, — сказал он, рывком поднимая меня. — Вся стая будет там, чтобы приветствовать ее возвращение. И ты будешь там, чтобы показать всем, как тебе жаль, что ты прогнала ее много лет назад.

Он вытащил меня из комнаты и затолкал в карету. Короткая поездка до большого зала была пыткой. Каждый толчок и ухаб посылали новую волну агонии через меня.

Когда мы прибыли, зал был полон всей стаи Черной Луны. Сотни волков, все праздновали возвращение женщины, которая организовала мое падение. Когда Ярослав тащил меня сквозь толпу, я чувствовала на себе их взгляды. Воины из чата смотрели на меня с похотливыми, собственническими ухмылками. Другие члены стаи смотрели на меня с жалостью и презрением. Я была истинной парой Альфы, беременная его наследником, но все они знали правду. Я была просто игрушкой.

Я пыталась вырваться, убежать, спрятаться.

— Мне нужно уйти, — умоляла я, мой голос был едва слышен.

Хватка Ярослава усилилась. Он развернул меня к себе, его лицо было маской холодной ярости.

— Ты останешься, — приказал он, его голос был низким и опасным. — Ты будешь стоять здесь и произнесешь тост за здоровье Серафимы. И ты выпьешь чашу искупления за боль, которую ты ей причинила.

Он сунул мне в руку серебряный кубок, наполненный темно-красным вином, сила его Приказа Альфы обрушилась на меня, требуя повиновения.

— Пей. Сейчас же.