Дар для землянки

1.а

День сегодня выдался не приведи господь. Утром проспала. Будильник, конечно, звенел, но, я даже не помню, как его отключила. Потом в спешке собиралась. Как назло, отказалась заводиться машина, пришлось ехать на автобусе. Остановка находилась недалеко, на другой стороне улицы, однако переход был очень неудобный, поток машин заставлял долго ждать. Я нервничала. Уже перейдя дорогу, увидела свой автобус и ринулась к нему. Но тут мой взгляд обо что-то споткнулся, и я притормозила. Недалеко от остановки лежал старичок. Яркий полиэтиленовый пакет, который валялся рядом, порвался, и из него высыпалась картошка. Клубни раскатились в разные стороны, мешая прохожим. Спешащие люди спотыкались, ругались, но все шли мимо. Дородная дама брезгливо посмотрела на мужчину и сплюнула.

- Вот алкашня! Уже с утра набрался! И как только земля таких носит.

Старичок попытался встать, но ничего не вышло. На пьяницу он совсем не был похож. Видно, плохо стало человеку. Подошла к нему, спиртным и не пахло. Значит и правда болен. Черт с ним, с автобусом, другой придет. Не убьют же меня на работе. Помогла человеку подняться и отвела на остановку. Скамеек свободных не было, пришлось согнать малолетнего нахала с наушниками в ушах. Какая-то недовольная тетка презрительно бросила:

- Что же вы, женщина, за папашей не смотрите? Ему дома сидеть надо, а не таскаться по улицам.

Я молча отошла, собрала картошку в свой пакет и принесла старику. Тетка все не унималась:

- Ишь, молчит еще! Что, не нравится правда? Вот дети пошли, совсем родителей не уважают. Не зря папаша запил. Сама, небось, тоже алкашка. Знаю я таких.

Мне надоело это слушать.

- Ой, здравствуйте! Я вас сразу и не узнала. Как вам наш вытрезвитель, понравился? Правда, уютно? Заходите еще. Сегодня у нас день открытых дверей, все обслуживание бесплатно. Ждем вас.

Тетка потеряла дар речи и стала походить на дохнущую рыбу. Другие пассажиры сдержанно заулыбались. Старичок скрипуче засмеялся. Смех этот прошелся по моей спине мурашками, отозвался легким покалыванием в висках. Я поежилась.

- Дедушка, может вас отвести куда-нибудь?

- Нет, дочка, спасибо. Я сейчас позвоню сыну, он меня заберет. Ты опаздываешь, вот и иди с богом. А за то, что не отвернулась от старика, спасибо. Бог тебе поможет.

После этих слов как-то сразу подъехал мой автобус. Уже уезжая, взглянула туда, где сидел этот дед. Там никого не было.

Странно. Может, глюки? Хотя, вряд ли. Я, вроде, этим не страдаю. Вообще-то, я – последняя буква в алфавите. Давайте познакомимся.

Кто я такая? Обычная среднестатистическая женщина, тридцати лет от роду. Школьная учительница истории. Разведена. Одинока. Это я к тому, что не только мужа нет, но и просто мужчины. Вроде бы, не стерва. И не уродина. Зеркало показывает мне русоволосую, чуть полноватую особу, метр семьдесят ростом. Черты лица не выдающиеся. Разве что глаза. Серые, большие, с длинными пушистыми ресницами. Или губы, которые, по словам мужчин, так и хочется поцеловать. А вот остальное… Особенно курносый нос бесит. В целом, лицо как лицо. На монстра не похожа, а любимого нет. Видимо, сама пока любить не готова. Или жду кого-то.

Чего я хочу от этой жизни? Да, ничего. Спокойствия. Еще недавно у меня были грандиозные планы. Собирала краеведческие материалы, работала с источниками и монографиями. Хотела податься в науку, защитить диссертацию, сказать свое слово в истории. Все мои желания, все мои цели одним махом уничтожил тот проклятый день. День, когда я осталась одна. Теперь главной моей целью стало зарыться с головой в работу, чтобы на себя времени оставалось меньше. Одна отдушина – дети. Школьники всех возрастов. Они стали моей приемной семьей. Ради них и живу.

На работу я, конечно, опоздала. Учебный год закончился, и уроков нет, но с утра пораньше шеф поставил очередное совещание. Вот на него-то я и припозднилась.Видели бы вы глаза шефа! Он и так не красавчик, а когда злится – вылитая змея. Вернее, змей, ведь он мужик. Сделав невинное лицо, я невозмутимо прошла и села на свободное место. Мое поведение еще больше распалило шефа. В общем, некоторое время мы все любовались неповторимым багровым цветом лица и наслаждались ревом гризли, которому отдавили лапу. Казалось, человек сейчас начнет изрыгать пламя. Змей Горыныч, да и только. Мы его так и звали. Между собой, конечно. Несмотря на подобные приступы гнева, шеф наш был безобидным человеком и ответственным руководителем. Даже слишком ответственным. Собрания по любому, мало-мальски важному поводу и без повода. Вот и сидим, заседаем. Прямо, прозаседавшиеся какие-то.

Едва гнев затих, я чинно встала, подняла честные-честные глаза и, глядя преданно на Змея Горыныча, покаялась в смертном грехе опоздания. Под конец пламенной речи выдала любимую клятву школьников всех времен и народов: «Я больше не буду!» Коллеги, еле сдерживая смешки, с ликами праведников кивали вдогонку моим словам. Горыныч расплылся в улыбке и быстро свернул совещание.

Из учительской выскочила одна из первых и, не дожидаясь подколок коллег, ушла в свой кабинет. Рабочий день, начавшийся так плачевно, пролетел неожиданно быстро. Консультации, встречи с родителями, подготовка к экзамену – дел было невпроворот. Некогда было даже с приятельницами поболтать. Освободившись около четырех часов, уставшая и голодная, вышла на улицу. Заскочила в кафешку возле школы, перекусила и решила прогуляться, повысить запас кислорода перед завтрашним экзаменом.

Люблю лето, особенно его начало. Еще не сильно жарко, листва не потеряла свой чистый зеленый цвет и радует взор. Воздух пока не пропитался пылью, он прозрачный и легкий, поэтому журчание фонтанов слышно издалека. Лето – самая лучшая пора года. Душа нежится, когда легкий ветерок обнимает меня за плечи, когда солнечный лучик играет с ресницами, или доносятся запахи цветущих растений. Все радует глаз в это время, все обещает что-то неизведанное, загадочное, прекрасное. Когда я была моложе, то представляла себе, как из-за поворота вдруг появится нечто, что раскрасит мой мир во все цвета радуги. Редко, но случалось. Да и сейчас, когда мне уже стукнуло тридцать, я все еще надеюсь на подарки судьбы.

Прогуляться– идея что надо, нечего в такое время сидеть в четырех стенах. В квартале от школы разбит небольшой парк, туда я и отправилась. Причудливые клумбы с цветами, брызги воды от поливальных устройств, раскидистое старое дерево у дорожки, зеленые скамейки – чудесно летним днем окунуться в такую благоухающую и напоенную влагой атмосферу. Я и окуналась.

Сидела на лавочке под деревом, жмурилась как кошка и плавилась от удовольствия. Вдруг мое внимание привлекла милая картина.

В центре клумбы стояла железная бочка, полная воды. За день вода нагревалась на солнце, а вечером ее использовали для полива. Посудина была старая и ржавая, и чтобы немного облагородить, ее выкрасили голубой краской и нарисовали диковинные цветы. В общем, получилось неплохо, бочка радовала глаз, и казалась очень органичной среди цветущих растений. На краю этой бочки сидела сорока. Сначала она просто пила, а потом стала купаться. Птица окунала голову в воду, выныривала и начинала отряхиваться. Она вертела и трясла головой совсем как человек, раскрывала крылья и хлопала ими. Потом снова ныряла, и вся процедура повторялась до мельчайших подробностей. На меня сорока не обращала никакого внимания. Я была очарована и руки сами полезли в сумку за фотоаппаратом. Сороку снять не успела, но настраивая видоискатель, обратила внимание на мужчину, который без стеснения на меня пялился. Было в нем что-то странное, какая-то нарочитая неряшливость. Лицо незнакомца скрывалось под марлевой медицинской маской. Больной, что ли? А если больной, иди, лечись, нечего так беззастенчиво наблюдать за отдыхающей мной.

Хотела встать и уйти, но тут луч Солнца упал прямо на этого мужчину и, словно, пронзил его насквозь. Так, будто он был просто тенью, а не реальным человеком. Странно. Я пожала плечами и поднялась, а когда вновь взглянула на мужчину, увидела лишь темное пятно. Интересно, это у меня галлюцинации, или здесь какая-то тайна? А может, наконец, долгожданный подарок моей инвалидки-судьбы? Усмехнулась. Говорят, надежда умирает последней, вот и я надеюсь. Надеюсь, что судьба повернется ко мне передом, не всегда же спину показывать. Настроение испортилось, и я поняла, что прогулка окончена. Пора возвращаться домой.