Саттия. Тень души.

Соларэн Танувил, наследный принц темных эльфов

Настройки моего перехода сбились огромным всплеском силы. Я выпал в лесу на землях магов. Справа от меня слышались звуки борьбы. Я потянул носом: в воздухе пахло кровью. Выбежал на поляну и остолбенел. Такого за все свои триста лет я еще не видел. А посмотреть было на что.

Сражалась девушка с двумя крупными орками, наемниками из соседнего мира. Еще двое заходили сзади нее, чтобы напасть со спины – их любимый прием. И трое валялись без сознания. У меня некультурно отвисла челюсть.

Но, Боги, девушка была прекрасна! Шестом она билась насмерть. Тонкая, как молодое дерево Темного леса, гибкая, с красивой смуглой кожей. Двигалась так изящно и плавно, словно не дралась, а танцевала. Палка, простая палка, пела у нее в руках. Темные волосы собраны в замысловатое плетение, и одета она… Интересно, какая раса носит подобные вещи.

Я вклинился в бой и взмахом меча зарубил первого из двоих, которые собрались ударить в спину воинственную девчонку. Она повернулась, увидела меня и кивнула, принимая помощь. Я бросил ей свой второй меч, который незнакомка с легкостью подхватила в полете.

Девушка улыбнулась, отсалютовала оружием и продолжила свой танец.

Пока я игрался с теми, кто пришел в себя, эта малышка исполосовала трех мужиков до смерти и кинулась ближе к костру. Я добил последнего и наконец увидел, что эта ненормальная сидела над раненным детенышем хироса и плакала навзрыд.

– Вставай, мы уходим! – строго сказал я.

Она подняла заплаканное личико и хрипло спросила:

– А кот? Ты можешь помочь?

– Нет, он умирает. Я не помогу, ты тоже не сможешь. Существо агрессивное и непредсказуемое. Ты же знаешь, какие они. Их вид почти вымер. Тебе его не приручить! Поднимайся, мы уходим!

Она разозлилась, я увидел это в ее удивительных светлых глазах.

– Иди, куда шел. Спасибо, за помощь, но я остаюсь, – она поднялась, начала собирать листья и сухие ветки и сгружать их возле детеныша. Кажется, меня культурно послали.

Не хотелось так, но по-другому не получится:

– Я – наследный принц темного королевства, приказываю тебе идти со мной! – властно прорычал я, и она обязана была повиноваться мне.

Девушка лишь окатила меня взглядом полного презрения. На лице ни грамма уважения ко мне, королевской особе, что со мной впервые. Смотря на меня, она скрутила какую-то фигуру из трех пальцев, которую я не понял, а затем сказала, растягивая слова, словно я умственно отсталый:

– Да пошел ты! Лесом, высочество. Никто не просил тебя приходит сюда, так что не смею задерживать, – это мелкая пигалица издевательски поклонилась, отвернулась и продолжила собирать себе спальное место.

Я опешил. Ха! Да пусть остается, упрашивать и вести силой не собираюсь. Я только попросил лес принять мертвых. Их трупы тут же провалились под землю. Развернулся и зашагал вдоль основной дороги к местному поселку. Второй меч я оставил безрассудной незнакомке, потому что одной в лесу с хищником под боком, он ей точно пригодится.

«Дурак, даже имя не спросил. Ведь она тебе понравилась. Почему не остался?» – меч как всегда завел свою песню. Говорящий меч – не редкость у эльфов. Наши предки при долгой жизни придумали способ остаться. Когда эльф не хотел уходить в духовный мир, он привязывал свою душу к предмету и тот оживал. Обладатель такой вещи мог общаться с душой, но были и минусы. Например, мой меч – душа прапрадедушки, который при жизни занимал пост ректора академии. Он часто порывался учить меня даже тогда, когда я не хотел.

– Моя гордость, дед. А девчонка и правда ничего, только упрямая очень.

«Да, разозлила она тебя знатно. Развеселила старика, никогда не видел, чтобы ты так пыхтел от злости», – рассмеялся дед.

Мне было любопытно, кто она. Красивая, как дриада, но они не дрались на мечах, предпочитая магию земли. Может, она из смешанного брака магов? Под ироничный смех меча я повернул обратно.

Саттия

В разгар драки на поляне появился молодой мужчина. Высокий и поджарый, в темных летящих одеждах, как из японского косплея. В сильных руках – два длинных меча. Темные гладкие волосы до плеч и надменный взгляд на идеальном лице. Он бросил мне свой меч и помог. Но после я хотела его придушить не один раз.

Эта эльфячья бесятина, да парень оказался темным эльфом, приказал мне бросить кота и идти с ним. Я с трудом сдержала матерные слова и культурно послала его в далекие дали, куда он и отправился. Чхать я хотела на темного принца, сейчас меня волновал усатый.

Малыш с трудом дышал. Хирос, как назвал его эльф, был размером с взрослого ягуара, но именно детеныш лежал передо мной. Его шерсть – вся в запекшейся крови, на боках много рваных ран. Осмотрев поляну, я нашла ручей за первыми деревьями. Подняла свою спортивную сумку. У меня завалялись эластичные бинты и перекись, которым я очень обрадовалась. Обтерев животное от крови, я обработала раны. Перевязала и переложила мохнатое тельце на импровизированный лежак из веток и листьев, а для мягкости постелила свой вязаный кардиган. Быстро поплескалась в ручье и вернулась к костру.

Котенок не очнулся, но дышал ровнее. Я провела рукой по мягкой плюшевой шерстке. Умилилась кисточке на длинном гибком хвосте и еще двум – на кончиках ушек.

Легла, обняла мелкого и укрыла нас своим тренировочным кимоно. Костер догорал, нужно поспать хотя бы пару часов. А утром решить, что делать дальше.

Соларэн

Я снова вышел на поляну. Просто поразительная беспечность. Девчонка спала в обнимку с хиросом, оба сладко посапывали. Она либо совсем глупа, либо поставила сигналку на орков, хотя я не почувствовал магии заклинания. Существо уже не выглядело умирающим.

Не стал будить сладкую парочку, подкинул веток в костер и отправился за завтраком. Сейчас я съел бы даже своего несносного младшего брата. Давно я не охотился сам, уже и забыл каково это. Магией я поймал мелкого зайца и вернулся к поляне. Смастерил вертел, освежевал тушку и поставил жарится. Поплыл божественный аромат.

Клубок спящих завозился, и девушка открыла глаза. Я пропал, клянусь! Ночью не рассмотрел ее лица. Солнце падало на нежную гладкую кожу, очерчивало чувственные розовые губы и аккуратный носик. А глаза были произведением искусства. Я понял, что она не из моего мира, ведь во всей Энде не было такого цвета глаз, словно солнечный луч упал в бирюзовое море и осветил его глубину. А разрез, как у хироса, хищный, с приподнятыми уголками. Красиво. В сочетании с длинными темными волосами смотреть на нее было эстетическим удовольствием.

Она удивилась, увидев меня. Повернулась к коту, кажется так она называла его вчера, который, похоже, пришел в себя. Я напрягся, готовый действовать, если хищник нападет. Но дальше случилось нечто такое, что рушило мой привычный мир, где я знал все и обо всем.

Детеныш внимательно рассматривал девушку, понюхал ее волосы, часть которых лежала на его лапе. А после лизнул ее в щеку, уткнулся головой в живот и довольно заурчал. Девчонка засмеялась и начала гладить пушистого подлизу, что-то шепча тому на ухо. Мои брови буквально поползли вверх от удивления, я превысил свой лимит эмоций на годы вперед.

– Здравствуй, мы неудачно познакомились. Давай еще раз: меня зовут Соларэн, – решил попытать удачу с ее расположением и я.

Она повернулась и спокойно ответила:

– Очень приятно, я – Саттия. Спасибо, что вернулся, – ее милый вид сейчас резко отличался от вчерашнего на поляне.

– Детеныш принял тебя – это редкость. Ты знаешь, что они становятся «тенью души»? – я потер переносицу, стараясь не разглядывать девушку.

– Нет, что это значит? – она и вправду не знала, странно.

– «Тень души» – буквально так и есть. Теперь он твой защитник и компаньон на всю жизнь. В старых рукописях я читал, что они разумны и могут общаться ментально. Я никогда не встречал хироса вживую.

Она нежно гладила кота и улыбалась, от чего на щеках появились очаровательные ямочки.

– Тогда тебе нужно придумать имя, кот. Сол, есть идеи?

– Как ты меня назвала? – я подавился водой, которую как раз отпивал из фляги.

– Твое имя долго выговаривать, а так все просто и по-дружески, – она пожала плечами, почесывая хироса.

– Хорошо, – я подарил ей ответную улыбку. – Имя хиросу ты должна дать сама. Это часть связи. Предложи ему несколько вариантов, он выберет.

– Так, может, Гром? – начала Саттия.

Кот покачал головой.

– Нет? Тогда Сид? Снова нет? А может, Локи? – кот согласно мяукнул, – Между прочим, Локи – бог хитрости в скандинавской мифологии, – вылетело из уст девчонки.

– Все-таки ты не из нашего мира, – утвердительно протянул я.

Саттия прикусила губу и кивнула. Видно, что она не хотела говорить этого, но, что сказано, то сказано.

– Вставайте, поедим и двинемся в ближайший город. А о себе расскажешь, как будешь готова. У всех есть тайны, – рассудил я.

– А Локи? Может ему еще отлежаться день?

– Посмотри внимательно, все раны исчезли. Сработала связь, когда ты решила спасти его, а он на грани смерти разрешил тебе это. Ты исцелила его душой.

Она внимательно слушала меня, поднялась и протянула руку.

– Спасибо, еще раз.

– Зачем ты протянула ладонь? – нахмурился я, не зная, как реагировать.

– Такое пожатие принято в моем мире. При согласии, знакомстве, дружбе или для скрепления договоренностей, – объяснила Сати.