Не смотри назад

Как же тяжело идти! Алита с трудом переставляла ноги, то и дело останавливаясь, чтобы передохнуть. Однако не поддавалась на соблазн остановить извозчика – почти всё жалованье ушло на оплату услуг лекарей, а до следующего ещё требовалось дожить.

- Мы возместим эти деньги, - сказал альд Кирхилд, её непосредственный начальник, единственный раз навестив подчинённую в лечебнице. – Но со временем. Пока придётся заплатить из своего кармана, хорошо?

Тогда у Алиты оставались силы лишь на то, чтобы слегка шевельнуть головой. Этот жест можно было бы расценить и иначе, но альд Кирхилд принял его за согласие и тут же скрылся. Даже не пожелал напоследок выздоравливать поскорее.

Впрочем, её ведь предупреждали о возможных последствиях работы в Службе Правопорядка ещё тогда, когда Али впервые перешагнула порог неприметного двухэтажного здания в самом центре столицы. Казалось, одним своим видом оно оскорбляло стоящие по соседству дома, напоминающие дворцы. Неприглядную картину немного оживляли лишь яркие кляксы осенних цветов, рассаженных в палисаднике.

- Вы можете серьёзно пострадать при выполнении заданий, - бесстрастно говорил альд Кирхилд, раскуривая трубку. Ноздри защекотал запах ядрёного табака, Алита едва не чихнула, но тут же прижала к носу руку в перчатке. – Можете даже лишиться рассудка. Бывали и такие случаи, да. Весьма прискорбно.

- Я понимаю, - ответила она, стараясь не думать о том, на какой риск сознательно идёт.

- Обычно мы не берём на работу женщин, но ваш магический дар... Он может оказаться для нас весьма полезным. К тому же...

Мужчина не договорил фразу, но Алита могла без труда догадаться, что он хотел сказать. «К тому же, никто не будет переживать, если с вами что-то случится, никто не станет писать жалобы и обивать пороги инстанций». Он был прав.

После известия о смерти сестры Алите предложили стать новой женой мужа Роны. Эта весьма распространённая практика ни у кого не вызывала удивления и считалась вполне разумной, особенно, если женщина умирала, оставив не только вдовца, но и осиротевших детей. Однако Рона Дален и её супруг Киллиан Ристон не успели обзавестись потомством.

- Она покинула нас слишком рано, - говорил тучный низкорослый человечек, имя которого Алита забыла сразу же после того, как он представился. – Но альд Ристон оказался настолько любезен и добр, что согласился взять вас в жёны, несмотря на то, что в его доме нет ваших племянников. И несмотря на то, что вы бесприданница.

С языка так и рвались слова о том, куда альд Ристон может засунуть своё предложение, а также доброту и любезность, но Алита сдержалась.

- Прошу поблагодарить альда Ристона от моего имени и выразить ему... – Алита закашлялась, чувствуя, как разрастается жёсткий комок в горле. – Выразить ему мои соболезнования. Но я не заслуживаю такой милости. Уверена, он без труда отыщет куда более достойную его невесту.

- Но традиция предписывает заключать брак...

- ...между вдовцом и сестрой его почившей жены, если у супругов есть дети, - перебила его Алита. Сейчас её не волновал этикет, согласно которому надлежало покорно выслушивать и лишь кивать в ответ. – К тому же, это всего лишь традиция, а не закон.

- Но что с вами будет? – Казалось, в тоне собеседника наконец-то прорезались настоящие эмоции, и зазвучали не заученные слова, а истинные мысли. – Я знаю, у вас нет ни родителей, ни опекунов.

- Я не ребёнок и уже почти получила образование. Как-нибудь справлюсь. Благодарю за участие. Прошу меня извинить. Мне нездоровится.

Она поднялась с места, показывая, что разговор окончен, и направилась к двери.

- Но ведь сестра обещала взять вас к себе. Сейчас вам выпал шанс на дальнейшую безбедную жизнь. Разве вы не хотели бы занять её место? – донеслось ей вслед.

Али обернулась и покачала головой.

- Нет. Я никогда не хотела занять её место. Предпочитаю остаться на своём.

С того разговора прошло два с половиной года. Позади остались надёжные стены академии, экзамены и соученицы. Впереди ожидала неизвестность, но от брата одной из приятельниц Алита узнала, что столичная Служба Правопорядка разыскивает штатного мага.

Разумеется, они могли бы и не взять на работу вчерашнюю выпускницу, неопытную и безродную, но ей повезло. Академию оканчивала племянница альда Кирхилда, и тот пришёл поглядеть на проведение экзаменационных испытаний. Алита знала о том, что он будет там, поэтому и постаралась выложиться по полной. На следующий день у неё ломило всё тело, но дело того стоило. Когда она пришла на собеседование, будущий начальник уже знал, чего от неё ожидать.

А также знал, что в случае чего никого не будет заботить судьба Алиты Дален.

Первое магическое истощение случилось не сразу, но оказалось хуже того, что о нём рассказывали. Однако задерживаться в лечебнице Али не пожелала. Решила, что будет долечиваться сама, дома. Укрепляющие снадобья у неё имелись, самодельные, зато из тщательно подобранных ингредиентов. Да и надоело уже валяться без дела в унылой палате.

Пожалуй, свои силы она несколько переоценила, но возвращаться поздно. Шажок, ещё один. Её повело в сторону, Алита едва не столкнулась с каким-то щёголем с тросточкой в руках и ухватилась за забор.

- Эй, ты тут помирать вздумала, болезная? Да что за день сегодня?! Алита, ты, что ли?

Голос звучал знакомо. Али с трудом сфокусировала взгляд и увидела за забором соседку тётушку Гридиссу. Дом совсем рядом!

- Чего ж ты так рано из лечебницы-то ушла? Неужто сбежала? – Гридисса всплеснула пухлыми руками и вытерла их о фартук. – Погоди! Сейчас подмогну!

Спустя несколько долгих мгновений скрипнула калитка. Соседка, несмотря на возраст, оказалась дамой крепкой и, подхватив Алиту под локоть, без видимых затруднений поволокла за собой. По дороге она продолжала причитать и ругать нынешнюю молодёжь, у которой никаких толковых соображений, а только ветер в голове.

- Куда вы меня ведёте? – прохрипела Али. Ватные ноги не слушались и заплетались. – Мне надо домой.

- Домой! Молчи уж! У тебя там наверняка и чёрствой крошки не завалялось! – проворчала сердобольная тётушка. – К себе веду! Накормлю хоть!

Алита собиралась сказать, что не хочет есть, но промолчала. Кормёжка в лечебнице была практически несъедобной – холодной и невкусной. А дома, тут соседка права, никаких запасов.

После плошки рисовой каши и горячего чая с листочками смородины Али стала готова признать, что понемногу оживает. Её разморило в тепле от большой печки, мягкая подушка за спиной так и манила прилечь, а пичуги за окном, казалось, выводили колыбельную. Но злоупотреблять гостеприимством соседки не следовало.

- Я пойду. Спасибо! – Алита тяжело поднялась с уютного кресла. Мышцы снова заныли. – Вовек вашей доброты не забуду!

Тётушка Гридисса вызвалась проводить её до дома, но Али уверила, что доберётся сама. Тут и осталось-то всего ничего. Прежде она бы и не заметила, как добежала, но только не сейчас, когда проклятущая слабость снова навалилась, точно душное ватное одеяло.

Теперь родной дом больше не принадлежал ей полностью. За ней оставались только одна, самая маленькая, комната и кухня. Остальное сдавалось под склады, причём арендную плату вносили не на её счёт, а в городскую казну, как бы возвращая долг за обучение. Можно было бы пустить квартирантов, но кто согласится за плату поселиться в давно не ремонтированном домике на окраине с водой из колодца и уборной во дворе? Сейчас все избалованы техническими новшествами, так что хотят удобства в доме, да ещё чтоб дрова таскать и воду греть не требовалось.

В нетопленом доме будто ветер бродил. Даже при закрытых окнах пробирал озноб. До чего же холодная нынче весна! Алита поёжилась, кутаясь в старенькую шаль, подумала, что надо бы обогреть дом, но представила себе поленницу у дома и поняла, что пока ей этого не осилить. Она подхватила в охапку всё самое тёплое, что сумела найти, и, не раздеваясь, забралась на скрипучую кровать.

Через несколько минут её сморил беспокойный сон.

Спала Алита долго. На город Телл, столицу славного королевства, опустились сумерки, алый шёлк заката сменился бархатистой темнотой ночного неба, забрезжил рассвет, а она всё не просыпалась. Постепенно к ней возвращались силы, пока ещё слабые, едва-едва заметные, точно первые весенние ростки, и там, во сне, Али снова чувствовала себя здоровой, ловкой и быстрой. Её будто согревало солнце. Перед его ярким горячим светом отступало всё – и постоянные насмешки коллег мужского пола, и трудности работы, оказавшейся куда утомительнее и грязнее, чем представлялось, и тяготы одинокой жизни в продуваемом всеми ветрами доме.

Алита открыла глаза, всё ещё чему-то улыбаясь. Часть импровизированных покрывал успела соскользнуть на пол, жёсткие пружины кровати выпирали сквозь старый матрас, заставляя ощущать себя принцессой на горошине, и всё же Али выспалась, чего с ней за последнее время давненько не случалось. Она села и прислушалась к себе, размышляя о том, какой из полезных для здоровья отваров приготовить первым.

Когда спустя несколько часов Алита, кряхтя, как маленькая старушка, успела растопить печь, помыться, нагрев воду в кухне, и сменить одежду на чистую, в дверь постучали. Громко и требовательно. Али вздрогнула и выронила из рук глиняный кувшинчик, к счастью, пустой. Гостей она не ждала. К ней вообще крайне редко кто-то приходил, а арендаторы остальных комнат пользовались другим входом и имели собственные ключи.

- Ты?! – удивилась она, открыв дверь.

Игберт Фрим работал в Службе Правопорядка и, по слухам, приходился дальним родственником кому-то из королевской семьи. Али в этом, если честно, сомневалась. Она подозревала, что тот сам распустил эту сплетню, чтобы его считали настоящим аристократом. Увы, внешне он мало походил на тех, чьи гордые профили украшали монеты. Невысокий, плюгавенький, дорогие вещи сидели на нём плохо, словно с чужого плеча.

- Тебе альд Кирхилд прислал? – спросила Алита. – Справиться о моём здоровье? Он ведь не сердится, что я ушла из лечебницы раньше срока?

- Так вот, значит, как ты живёшь, - не отвечая на её вопросы, брезгливо поморщился мужчина и шагнул в дом. – Ведёшь себя, точно благородная альда, а сама обитаешь в свинарнике! Посреди навоза!

Алита молчала. К щекам прилила кровь. Во дворе, в самом деле, пахло навозом, но причиной тому являлся огород соседей с другой стороны. Те славились своим урожаем и не гнушались натуральными удобрениями. К тому же, никто сюда Фрима не приглашал!

Так она ему и сказала. Ещё и добавила, что свинья, между прочим, весьма чистоплотное животное. Пусть не говорит глупостей, ежели не знает!

- Что ж, чистотой от тебя действительно пахнет... – Игберт наклонился к её лицу и втянул носом воздух. – И лавандовым мылом... Какой нежный аромат... Мне нравится.

Али отступила на шаг, но собеседник схватил её за локти и резко притянул к себе. Не обращая внимания на протестующий крик и попытки оттолкнуть, прижался колючей щекой к шее, жадно вдыхая запах влажных волос. От нахлынувшего отвращения Алиту затошнило.