Её сладкое бегство от хаоса

Музыка смолкла. Все разговоры прекратились. Все взгляды были устремлены на них.

Георгий вырвался из разговора и бросился вперед, его лицо было маской ярости.

Он оттолкнул Ариадну и опустился на колени рядом с Жанной, которая теперь драматично рыдала, скорчившись на полу.

— Ты в порядке? Жанна, тебе больно?

Он заботливо обнял ее, глядя на Ариадну, как на чудовище.

Ариадна, однако, была совершенно спокойна. Она ощутила странное чувство ясности. Она поправила платье, ее движения были изящными и обдуманными.

Ее взгляд упал на бриллиантовое колье на шее Жанны. Это было уникальное украшение, которое Георгий подарил ей на их первую годовщину.

Она наклонилась и быстрым, чистым движением расстегнула колье. Жанна ахнула, но была слишком ошеломлена, чтобы сопротивляться.

Ариадна подняла сверкающее колье, чтобы все его видели.

— Спасибо всем, что пришли отпраздновать со мной, — объявила она, ее голос прозвенел в тишине зала. — В качестве сувенира...

Она подошла к молодой, широкоглазой жене младшего партнера. Женщина смотрела, завороженная. Ариадна тепло улыбнулась и застегнула бесценное колье на шее женщины.

— С днем рождения меня, — сказала Ариадна. — На вас оно смотрится лучше.

Женщина пробормотала что-то, лишившись дара речи от шока и благодарности.

Ариадна повернулась к толпе.

— Вечеринка окончена. Прошу всех уйти.

Ее тон был вежливым, но твердым. Никто не спорил. Гости начали расходиться, перешептываясь между собой, их взгляды метались между сдержанной женой, разъяренным мужем и плачущей любовницей.

Когда последний гость ушел, тишина в огромном зале стала тяжелой и удушающей.

Георгий помог Жанне подняться и усадил ее на диван, прежде чем повернуться к Ариадне.

— Ты с ума сошла? — взревел он.

Ариадна посмотрела на него, по-настояшему посмотрела, и почувствовала глубокую, опустошающую грусть. Это был мужчина, которого она любила, мужчина, ради которого она изменила всю свою жизнь.

— Она оскорбила меня, Георгий. В нашем доме. На моей вечеринке.

— И поэтому ты ее ударила? Ты унизила меня перед всеми?

Ариадна чувствовала себя слишком уставшей, чтобы спорить. Она отвернулась от него.

— Я иду спать.

Георгий схватил ее за руку.

— Мы еще не закончили.

Его лицо исказилось от смеси гнева и усталости.

— Я устал от этого, Ариадна.

Она просто смотрела на его руку на своем предплечье, пока он не отпустил. Она пошла к парадной лестнице, ее спина была прямой.

Он вздохнул, гнев уступил место усталому разочарованию.

— Послушай, — сказал он более мягким голосом. — Я знаю, это трудно. Но у меня есть обязательства перед Жанной. Ее мать много лет назад спасла жизнь моей бабушке. Я им должен.

— Я поговорю с ней, — пообещал он, словно это была большая уступка. — Я научу ее манерам.

Ариадна остановилась на лестнице и оглянулась на него. Горький смех вырвался из ее губ.

— Ты ее научишь? Ты, который впустил ее в наш дом, чтобы разрушить наш брак?

— Ты научишь ее не спать с чужим мужем? Или это тоже часть плана урока?

Лицо Георгия побагровело.

— Хватит! — крикнул он, ударив кулаком по ближайшему столу. Звук эхом разнесся по огромной комнате.

— Она — моя семья! Так же, как и ты!

Семья. Это слово казалось ложью. Слезы навернулись на глаза Ариадны, но она не позволила им упасть. Не перед ним.

— Ты нарушил все свои драгоценные правила ради нее, Георгий, — сказала она, ее голос слегка дрожал. — Правила, которые ты вбивал в меня годами.

Она начала перечислять их, ее голос становился сильнее с каждым словом.

— Никакой повседневной одежды на публике. Не есть руками. Никаких эмоциональных вспышек. Никакого поведения, которое могло бы запятнать имя Стасовых.

— Ты сделал все это. Для нее. За один день.

Лицо Георгия сменило дюжину выражений: гнев, вина, стыд. Он стоял, потеряв дар речи.

Ариадна глубоко вздохнула. Она достала телефон и позвонила управляющему их домом.

— Пожалуйста, подготовьте гостевые апартаменты в северном крыле для мисс Григорьевой, — сказала она четким, властным голосом. — И убедитесь, что ни одна из ее вещей не останется в основной части дома.

Нерешительный голос дворецкого донесся из телефона.

— Но, мадам, господин Стасов сказал...

Ариадна не дала ему закончить.

— Я — госпожа Стасова. Выполняйте.

Она повесила трубку.

Георгий смотрел на нее, его лицо было пепельным.

— Ариадна, успокойся. Давай поговорим об этом утром.

— Не о чем говорить, — сказала она.

Он долго смотрел на нее, затем повернулся и выбежал из дома, хлопнув входной дверью.

Звук эхом разнесся по пустому залу.

Оставшись одна, Ариадна наконец позволила себе рухнуть на нижнюю ступеньку лестницы. Слезы, которые она так долго сдерживала, наконец хлынули, беззвучные и горячие, стекая по ее лицу.