Развод с предателем: Теперь я заберу всё

Алина:

— На следующей неделе я снова уезжаю в Остин, — объявил Леонид за ужином. Он избегал моего взгляда. — Срочный проект. — Он собрал небольшую сумку. Поцеловал Романа в лоб. Меня он быстро, пренебрежительно чмокнул в щеку.

— Надолго в этот раз? — спросила я безразличным тоном.

— Всего на несколько дней. Три, может, четыре. — Он схватил ключи. Подробностей не сообщил. Он редко это делал.

Я смотрела, как его машина отъезжает от нашей съёмной квартиры. Обычно его отъезды сопровождались знакомым чувством покинутости. Но не в этот раз. На этот раз я ощутила прилив холодной решимости.

Я вошла в наше приложение «Семейный локатор». Леонид настоял, чтобы мы установили его для «безопасности», особенно для Романа. Приложение на моём телефоне обычно показывало местоположение Леонида на его рабочих объектах или на прямом пути домой. Сегодня оно показало, что он направляется прямо в аэропорт, а затем — маршрут полёта в Остин. Я записала номер рейса, время вылета и прибытия.

Как только он приземлился, локатор показал, что его машина движется прямо по адресу дома, который я слишком хорошо знала по его левому телефону. Дом за 1,2 миллиона долларов. Дом, который он купил на наши деньги для своей другой семьи. Я задокументировала точные координаты и продолжительность его пребывания.

Затем я снова открыла его левый телефон. Я пролистала его недавние чаты с Жанной.

«Я только что приземлился, любовь моя. Почти дома».

«О, Леонид! Мы так по тебе скучали! Ангел каждый день о тебе спрашивал. Ужин готов, твое любимое блюдо!»

«Вот это моя девочка. Я умираю с голоду. И не могу дождаться, чтобы увидеть своего мальчика».

Мои руки сжались на телефоне. Он был заботливым мужем, любящим отцом. Для них. Ирония была горькой пилюлей. Леонид никогда не готовил для меня. Он всегда говорил, что «слишком устал» или «не силён в кухне». У него всегда были веские причины.

Но для Жанны он был другим человеком. Он мог готовить. Он мог присутствовать. Он мог участвовать. Он просто решил не быть таким со мной. Он решил быть этой версией себя для другой женщины.

Роман вошёл в кухню, протирая глаза.

— Мам, папа правда снова уехал? — его голос был тихим.

Я опустилась на колени и обняла его.

— Да, милый. Он в командировке. — Ложь тяжёлым грузом легла мне на язык.

— Почему он всё время уезжает? — спросил Роман, и его нижняя губа задрожала. — Он никогда не приходит на мои футбольные матчи. Он больше не помогает мне с домашним заданием.

Его слова были ножом в сердце. Постоянные отсутствия Леонида стали раной в юной жизни нашего сына. Я крепче обняла его.

— Он очень много работает, солнышко. Но я здесь. Я всегда рядом с тобой.

Роман неохотно высвободился из объятий. Он поплёлся обратно в свою комнату.

После того как Роман уснул, я разложила все собранные мной доказательства. Скриншоты переписок, банковские выписки, документы на собственность, посты в социальных сетях. Другая женщина, Жанна Ситникова, 29 лет, домохозяйка. Её адрес в Остине, штат Техас. Дом за 1,2 миллиона долларов, купленный с первоначальным взносом в 240 000 долларов, полностью профинансированный Леонидом, оформленный на имя Жанны. Роскошный внедорожник, профинансированный Леонидом, зарегистрированный на Жанну. Их сын, Ангел Ситников, 6 лет. Ангел. Роман. Их имена были слишком похожи. Ещё одна тошнотворная деталь.

Общая сумма, которую Леонид перевёл Жанне за восемь лет — ипотека, машина, роскошный образ жизни — была ошеломляющей. От моих подсчётов у меня задрожали руки. Более 1,5 миллиона долларов. Всё это — деньги, которые должны были быть нашими. Деньги, которые должны были обеспечить Роману стабильный дом, лучшие возможности. Деньги, которых Леонид нас лишил, пока строил сказочную жизнь для кого-то другого.

Я вспомнила презрение Леонида, когда однажды я восхитилась скромным платьем за 500 долларов в витрине магазина. «Алина, ты серьёзно? Нам нужно платить по счетам. Тебе не нужна дорогая одежда». Однако он купил Жанне дизайнерскую сумочку, которую было хорошо видно на одной из её фотографий в соцсетях, стоимостью в тысячи долларов.

Я вспомнила свой последний день рождения. Я намекнула, что хочу маленький, изящный браслет. Леонид купил мне дешёвый шарф. «Это практично, Алина», — сказал он, протягивая его мне. В левом телефоне Леонида я увидела сообщение для Жанны: «С днём рождения, любовь моя! Наслаждайся новыми бриллиантовыми серьгами!» Приложенная банковская выписка показывала перевод на 5000 долларов.

Я закрыла глаза, сделав глубокий, прерывистый вздох. Я не позволю гневу поглотить меня. Я использую его. Дело было не в мести. Дело было в справедливости. Мой сын заслуживал той жизни, которую Леонид у нас украл. Я заслуживала вернуть себе достоинство, финансовую независимость и своё будущее. Леонид потеряет всё. Я об этом позабочусь.