Стихия. Пламя Элисара

В тот день...

Я возвращалась из крепости одного очень важного господина, мерзкой наружности и самого дурного нрава.

Ну конечно, я широко и радостно ему улыбалась, соглашаясь со всеми его глупыми репликами, кивала и поддакивая, тихо сгорая от желания поскорее оттуда убраться.

Наконец, забрав увесистую плату за эликсиры, я отправилась в обратный путь, предварительно купив хлеба и молока на маленьком местном рынке. День клонился к закату, и на половине дороги я остановилась перекусить. Сошла с тропы, ведущей в Карун, и села на небольшой скальный выступ.

Неяркое солнце деликатно подсвечивало горы, и их снежные шапки создавали ощущение нереальности картины, будто их нарисовал неизвестный художник и приклеил к горизонту...

Я сидела на каменном выступе, любуясь пейзажем и слушая, как неподалеку привычно шумит горная река. Я часто останавливалась здесь, это было одно из самых красивых мест в округе, вся Долина Водопадов открывалась взору как на ладони. Свежий горный воздух… я вдохнула его полной грудью и улыбнулась, наслаждаясь прохладой и видом неохотно заходящего солнца.

Но через некоторое время мои ощущения изменились… стало как-то неуютно. Словно почувствовав на себе чей-то взгляд, я встала и огляделась, пытаясь найти причину возникшей тревоги. Что же меня так насторожило?

Странное ощущение усилилось, и вдруг я поражённо заметила, что вокруг стояла полная тишина. Не слышно было ни стрёкота взлетавших над травой кузнечиков, ни щебетания птиц, только что заливисто споривших, чья песня красивей...

Я решила, что мне уже пора. Быстро сложила остатки трапезы в сумку, поднялась, собираясь двинуться в путь... И застыла как вкопанная, а сердце от испуга ушло в пятки.

Передо мной стояла тварь и смотрела на меня в упор. То, что она ничего хорошего мне не сделает, я поняла сразу. Она была высотой с приличную лошадь, вся чёрная как дёготь, вытянутая морда тоже по форме напоминала лошадиную. Всё тело покрывал странный светящийся узор, словно его чем-то вырезали на шкуре. Два больших горящих глаза, огромные ноздри, жадно втягивающие воздух, клыки размером с мой палец и странные длинные отростки, напоминающие гриву льва. Они шевелились, словно ощупывая в воздухе нечто неосязаемое...

Я попятилась назад, в панике соображая, что же мне делать, и всё отчетливее понимая, что попала в ловушку. Мерзкое чудище перегородило единственный путь к отступлению и путь вообще… Передо мной тропка, на которой сейчас стояло существо, правее скала, слева обрыв, за спиной непроходимые кусты… Вот и всё — подумала я… Оружия у меня не было, защищаться нечем. Единственным преимуществом, которым я обладала, была скорость. Дёрнулась правее, пытаясь проскочить между монстром и скалой, вкладывая в это действие максимум ускорения. Не тут-то было! Эта гадина бросилась мне наперерез, ничуть не уступая в проворстве. Я еле успела отскочить назад, обескураженная и даже немного обиженная. До этого дня я была уверена, что так быстро могу двигаться только я. Да, самомнения мне не занимать! За что я легко сейчас могу поплатиться жизнью.

Между тем существо медлило, продолжая со свистом втягивать воздух огромными отверстиями ноздрей, только щупальца на загривке заходили быстрее. Я искренне не понимала, почему она не нападает. И тут, будто услышав мои мысли, она бросилась. А я сделала единственное, что могла сделать, — ломанулась через кусты! Эти милые на первый взгляд растения с маленькими цветочками оказались обладателями здоровенных колючек и сейчас сдирали с меня одежду вместе с кожей. Но я прибавила скорости, слыша, как позади меня стоит оглушительный треск ломающихся веток...

Удар в спину и боль... я вскрикнула, немного замедлила бег, но, сжав всю волю в кулак, ринулась дальше. Спину жгло нестерпимо. Существо зло взревело, треск за спиной начал нарастать, тварь нагоняла меня.

Я бежала вниз по склону, в панике соображая, что же мне делать, она догонит меня, это лишь вопрос времени... И тут ударом меня отбросило к каменной гряде. В глазах потемнело, болью ожгло всё тело и никак не получалось вздохнуть. Я хватала ртом воздух, и он хрипел где-то внутри.

Наверно, сломаны ребра, — подумалось как-то отстранённо. В голове жутко шумело, я открыла глаза и вжалась в землю... Чудовище плавно двигалось в моём направлении, и его гадкие щупальца тянулись ко мне. Эта жуткая картина заставила инстинкт самосохранения заработать на полную катушку. Сознание прояснилось, но в голове всё равно шумело… Хотя нет, этот шум — что-то другое... это вода... водопад! Больше медлить было нельзя. Я схватила пригоршню земли с песком и швырнула в глаза гадине. Затем, бросив вдогонку увесистый камень, рванула в сторону шумящей воды. Позади взревело и угрожающе зарычало — видимо, камень нашёл цель. Боль вспышками отдавалась во всём теле, дыхание снова сбилось. Но я бежала так сильно, как могла, это был мой последний шанс на спасение, отчаянно тающий с каждой секундой. Поэтому подбежав к обрыву, за которым шумел горный поток, я вознесла молитву об удачном приводнении и с разбегу прыгнула. Летя в бурлящую бездну, услышала душераздирающий вой, полный злобы и ненависти к упущенной добыче. Через мгновенье вода накрыла меня и окружающий мир потемнел…

Дальше всё было как в тумане: какие-то неясные образы и вроде знакомые голоса, мои собственные стоны, свет факелов в темноте и боль, то затихающая, то накатывающая с новой силой.

Очнулась я в своей комнате, сознание как-то разом прояснилось, словно его включили. Передо мной стояла Наргара с чашей в руке, а чуть поодаль на стуле сидела зарёванная Эльха. Тут я почувствовала на губах отвратительную горечь и уловила довольно специфический запах. Этот запах нельзя было ни с чем спутать — отвар мурса.

Мурс — маленькая травка, похожая на мох, растущая глубоко в пещерах. Это означало, что моей семье пришлось сильно потрудиться, обыскивая все известные или, наоборот, неизвестные пещеры в округе. Потому что у отвара этого растения было очень важное свойство: это стопроцентное средство, чтобы вывести человека из бессознательного состояния. И ещё это значило, что всё остальное они уже перепробовали и дела мои были хуже некуда...

–– Рика!.. — сестра бросилась мне на шею, рыдая во весь голос. Я застонала, в груди болезненно заныло.

— Эльха! Сдурела, что ли, так на неё кидаться, у неё все ребра переломаны! — ворчливым тоном произнесла Наргара. Но в голосе её явно слышалось облегчение.

— Что, совсем плохо? — спросила я, пытаясь привстать.

— Лежи, не вставай, — не терпящим возражений тоном приказала Наргара. Подошла ближе и как-то печально улыбнулась. Я только теперь заметила, как осунулось её лицо. Видимо, много сил ей пришлось отдать, чтобы я сейчас разговаривала с ней... очень много…

Наргара была очень красивой женщиной. Чёрная до поясницы коса, большие светло-карие глаза, вздёрнутые скулы и красивый прямой нос — черты лица, более присущие высокородным особам, нежели деревенской ведьме. Она совершенно не выглядела на свой возраст, и незнакомец легко мог принять её за молодую женщину лет тридцати. Единственное, что выдавало её годы, это глаза. В них было скрыто столько мудрости и знания, что сразу становилось ясно, что перед тобой человек, уже многое видевший в этом мире. А может, и не только в этом...

А сейчас эти глаза наполнены слезами.

— Что там случилось, Рика? Ты помнишь? — спросила она тихо, присаживаясь рядом со мной на кровать.

— Что это был за зверь? — тут же встряла Эльха, вытирая шмыгающий нос.

— Как вы поняли, что это был именно зверь? — удивлённо спросила я.

— Да ты бы спину свою видела! Там такие раны были, жуть просто! Матушка сразу определила, что от когтей! Он что, на тебя из засады напал? Ну, только так, а то ты бы просто убежала ведь! С твоей-то скоростью… — затараторила сестра, тоже садясь на край кровати.

— Эльха! — предупреждающе прикрикнула Наргара. — Не беги вперёд лошади и не утомляй Рику своей болтовней!

Эльха замолчала, обиженно надув губы, но глаза её выдавали нетерпение.

Ведьма тоже вопросительно воззрилась на меня, желая услышать мой рассказ. И я начала.

— Да я сама не знаю, что это было за существо, впервые такое видела! Села себе перекусить на склоне за Речной горой, а тут это. Увидело меня, ноздри раздуло, а потом как кинется... Ну, я бежать, через кусты... А по спине, да, он меня саданул довольно сильно, когда нагонять стал, быстрый, гад! Я даже и не думала, что животное так быстро двигаться может! Ты же говорила, что это большая редкость, да я таких и не видела никогда в наших краях. И щупальца у него эти странные, как грива у льва, шевелятся как змеи, словно...

— Что?! — Наргара вскочила, лицо её побледнело, а глаза расширились.

Я замолчала, испуганная её реакцией. Что могло так её напугать? Наргара всегда была очень сдержанна, и страха на её лице я не видела ни разу. Но сейчас она была напугана, и очень сильно. У меня холодок побежал по спине. Эльха тоже испугано притихла.

— Какие щупальца? Опиши её! — уже справившись с собой, произнесла она.

— Ну, чёрный такой, морда на лошадиную похожа, сам тоже крупный, шкура какая-то странная, узором исписанная. И щупальца шевелятся на загривке, словно воздух пробуют...

Хотя лицо матушки оставалось невозмутимым, руки начали немного дрожать.

— Она была одна? — спросила сухим тоном.

— Да... Ты знаешь, что это за животное? — решилась спросить я.

— Это не животное... — сказала она уклончиво, глядя куда-то в пустоту. — И, Рика, ты даже не представляешь, как тебе повезло.

Она снова села на кровать возле меня, в её движениях чувствовалась какая-то напряжённость, или просто сказывалась усталость. В тот момент я не поняла, продолжая внимательно вглядываться в её лицо и ожидая объяснений. Но она резко сменила тему.

— Мы искали тебя почти сутки, после того как солнце село и ты не вернулась домой. Сначала я отправила сообщение в Горхар, ответ пришёл, что ты покинула крепость уже давно.

Тогда мы с Эльхой, Травл, Юс и ещё несколько мужчин отправились прочёсывать дорогу от Крепости до Каруна. И только на следующее утро, когда уже стало светать, Травл заметил следы... Мы пошли по ним и вышли к обрыву, там было столько крови... — Она замолчала, видимо, вспоминая открывшуюся им картину, а потом продолжила: — Юс сказал, что следы ведут к водопаду, а дальше обрываются, и мы двинулись вдоль реки. Через некоторое время Травл нашёл тебя... Когда он принёс тебя на руках, сердце моё перестало биться…

Она снова умолкла, стирая со щеки прочерченную слезой влажную дорожку. Эльха тоже всхлипнула. А у меня внутри стало растекаться неприятное, тянущее чувство опустошённости. Мысль о том, что они пережили там, на реке, и что я могла больше их не увидеть, заставило душу болезненно сжаться.

— Мы подумали, ты неживая, но дядя Травл нащупал пульс, очень слабый, но он был. А потом мы тебя отпаивали и силу вливали по чуть-чуть, почти две недели, — сказала Эльха, утираясь рукавом рубахи.

— Прости Рика, это моя вина! — произнесла Наргара сдавленно. — Нельзя было полагаться только на твою скорость…

— Ну ладно, что вы? Я всё-таки здесь! А мурс-то где нашли, гадость какая? — чуть улыбнувшись, спросила я и, скривившись, посмотрела на чашу в руках Наргары.

— Ты лежала почти три недели. Раны затянулись дней через десять, но в себя так и не приходила, вот и пришлось идти на радикальные меры, — тоже начиная улыбаться, сказала Наргара, а потом добавила приказным тоном: — Но вставать пока не смей, кости ещё неправильно срастутся, потом будешь кривая ходить!

— И замуж тебя не возьмут! — сквозь слезы засмеялась Эльха.

Я улыбнулась, на душе стало как-то легче.

— Вон Сорен опять приходил, пока ты лежала. Рвался тебя увидеть, чуть двери не выломал, но матушка его всё равно не пустила. Сказала: приходи, как очнётся, а он — мол, со сватами приду.

— Опять!.. О нет! — простонала я, натягивая на голову одеяло. Потом выглянула из своего укрытия и добавила: — Может, скажете, что я не выжила?

И мы засмеялись.