Он предпочел своего тайного сына нашему нерожденному щенку.

Я думала, что мой пятилетний брак с IT-магнатом Эмилио был идеальным. Я была архитектором нашей прекрасной жизни, поставив на паузу собственную блестящую карьеру, чтобы поддержать его восхождение на вершину.

Эта иллюзия рухнула в одночасье, когда на его экране всплыло уведомление: приглашение на крестины его сына. Сына, о существовании которого я и не подозревала. А матерью оказалась какая-то инстаграм-блогерша.

Измена стала достоянием общественности на гала-вечере, устроенном в мою честь. Маленький мальчик подбежал к Эмилио, крича «Папа!» и обвиняя меня в том, что я пытаюсь его увести. Чтобы защитить сына, Эмилио оттолкнул меня. Я упала, ударилась головой и очнулась в больничной палате с новостью о выкидыше. Я только что узнала, что беременна, и тут же потеряла ребенка.

Он так и не пришел. Он оставил меня истекать кровью на полу, чтобы утешать своего сына и любовницу. Он без малейшего сожаления бросил меня, наш брак и нашего нерожденного дитя.

Несколько дней спустя его любовница подослала людей, чтобы закончить начатое. Они столкнули меня со скалы в бурлящую воду. Но я выжила. Я позволила миру поверить, что мертва, а сама приняла престижную стипендию для архитекторов в Цюрихе. Пришло время Элане Томас умереть, чтобы я, наконец, смогла жить.

Глава 1

От лица Селены:

Утреннее солнце пронзало панорамные окна пентхауса Дамира, расчерчивая золотыми полосами итальянский мраморный пол. Я смотрела, как капает кофе в кофемашине. Насыщенный, темный аромат зерен был привычным утешением в течение тех пяти лет, что я называла это место своим домом.

Пять лет я была истинной парой Альфы Дамира Воронцова, вожака Стаи Черной Луны и безжалостного миллиардера в мире людей. Пять лет, как я думала, идеальной жизни.

Я отнесла дымящуюся кружку в его домашний кабинет, мои движения были бесшумными и отточенными. Он уже сидел за столом, его широкие плечи были напряжены, пока он смотрел в планшет. Его запах — кедр после метели с ноткой диких ягод — наполнял комнату. Запах, который когда-то заставлял мою внутреннюю волчицу мурлыкать от удовольствия. Теперь от него лишь скручивало желудок.

— Дамир? — тихо сказала я, ставя кофе рядом с его рукой.

Он не поднял головы, лишь что-то буркнул в знак благодарности. Я уже собиралась уйти, когда на его экране всплыло уведомление. Это было письмо, и превью было достаточно крупным, чтобы я успела прочитать.

От: Кристины Ветровой, Стая Серебряного Ручья

Тема: Приглашение: Церемония благословения первого обращения Ромы Воронцова

Имя ударило меня, как пощечина. Рома Воронцов. Та же фамилия, что и у моей пары. Прежде чем я успела осознать это, уведомление исчезло, отозванное так же быстро, как и появилось. Но было уже слишком поздно. Имя впечаталось в мое сознание.

Ядовитое семя сомнения начало прорастать в глубине моей души.

Я вернулась на кухню на ватных ногах. Кто такой Рома Воронцов? Кто такая Кристина Ветрова?

Моя волчица беспокойно металась внутри. *Что-то не так. Найди его.*

Я закрыла глаза и потянулась через Мысленную связь — невидимый телепатический канал, связывающий всех членов нашей стаи. Это была священная связь, особенно между Альфой и его будущей Луной. Она предназначалась для общения, для обмена чувствами, для экстренных случаев. Я никогда не использовала ее, чтобы шпионить за ним.

До этого момента.

Я сосредоточилась на его ментальной сигнатуре, мощной, потрескивающей энергии, которая всегда казалась мне домом. Я пробилась сквозь поверхностные мысли о слияниях компаний и патрулировании границ стаи, ища его местоположение.

Он был не в городе. Он был на территории стаи. У старого храма Лунной Богини.

Мое сердце заколотилось о ребра. Он сказал мне, что у него весь день встречи в Москве.

Не раздумывая ни секунды, я схватила ключи и ушла.

Дорога до храма пролетела как в тумане. Приехав, я припарковала машину за рощей вековых дубов и пошла пешком, обострив все свои чувства. Я услышала радостный смех ребенка еще до того, как увидела их.

Там, в пятнистом солнечном свете, пробивающемся сквозь рушащиеся арки храма, стоял Дамир. Он держал на руках маленького мальчика, не старше двух лет, с такими же, как у Дамира, иссиня-черными волосами и пронзительными серыми глазами. На лице моей пары было выражение, которого я никогда раньше не видела — неприкрытая, беззащитная гордость и всепоглощающая любовь.

Затем из-за колонны вышла женщина. Кристина Ветрова. Она была красива, с пепельно-белыми волосами и хищной грацией. Она прислонилась к Дамиру, властно положив руку ему на плечо.

— Папочка, — прочирикал маленький мальчик, Рома. Его голос, милый и высокий, разбил мой мир на миллион осколков.

Они втроем выглядели как идеальная семья. Настоящая семья.

В памяти всплыл разговор двухнедельной давности. Я с надеждой в голосе заговорила о том, чтобы нам завести щенка. Дамир мягко пресек меня, сказав, что в стае слишком нестабильная обстановка, что его обязанности требуют слишком много внимания. «Не сейчас, любовь моя», — сказал он.

Ирония была горьким ядом на моем языке.

Я вспомнила день нашей встречи. Я была младшим архитектором из маленькой стаи, потомком древнего, забытого рода. Бабушка рассказывала мне истории о наших предках, об их особой связи с луной, но я всегда отмахивалась от них, считая сказками. Но в тот момент, когда Дамир вошел в комнату, во мне проснулось что-то первобытное. Мир накренился. Первым меня ударил его запах, тот самый пьянящий аромат метели, кедра и ягод, от которого запела моя кровь. Сердце забилось в бешеном ритме, и странное чувство покоя охватило меня, словно часть моей души, о которой я и не подозревала, наконец, встала на место. А потом моя внутренняя волчица взвыла одно-единственное, властное слово, эхом отдавшееся в черепе.

*Мой!*

Он тоже это почувствовал. Он пересек комнату, не сводя с меня глаз, и взял мою руку. В тот момент, когда его кожа коснулась моей, разряд чистого электричества пронзил мою руку. В тот день он поклялся мне, что я его единственная, дар самой Лунной Богини.

Ложь. Все это было ложью.

Именно в этот момент его голос вторгся в мою голову, нарушая нашу Мысленную связь.

*Селена, любовь моя? Все в порядке?*

Я осталась в тени, зажав рот рукой, чтобы заглушить рыдание.

*Я в порядке,* — ответила я, мой мысленный голос дрожал. *Просто думаю о тебе.*

*Я застрял на встрече со Старейшинами,* — солгал он. *Она затянется.*

Но на фоне его мысленной передачи я это слышала. Слабый звук детского плача. Затем голос Кристины, успокаивающей мальчика.

А потом, ясно как день, Рома закричал: «Папа!»

Ментальное присутствие Дамира вспыхнуло паникой. *Это просто щенок Беты Марка,* — поспешил сказать он. *Ты же знаешь, он его везде с собой таскает. Мне нужно идти. Я люблю тебя.*

Он разорвал связь.

Я смотрела, как он полностью переключил свое внимание на мальчика, шепча ему нежные слова, его лицо было воплощением преданного отца.

Мое сердце не просто разбилось. Оно обратилось в прах.

Я достала телефон, мои пальцы двигались с ясностью, рожденной чистой агонией. Я нашла письмо, которое хранила несколько месяцев. Предложение от Стаи Альпийского Гребня, нейтральной, престижной стаи мастеров-ремесленников и архитекторов в Альпах. Шестимесячная программа мастер-классов. Я отказалась от нее ради Дамира. Ради нас.

Я напечатала свой ответ.

«Я принимаю».