Постельный режим

Когда доча весело убежала в сторону телевизора, я тут же скинула пуховик и стремительно направилась вглубь комнаты. Я лениво освободилась от одежды, и расправляя домашний халат, невольно глянула в зеркало. Словно, подозревая в своих бедах какие–то недочеты фигуры, я пробежалась оценивающими глазами по крупной груди, с торчащими от холода розовыми сосками, по мощному животику с эротичными мышечными изгибами, глянула на выпуклый, слегка недобритый лобочек и наконец, довольно посмотрела на свои стройные ножки.

“Ох и повезет же кому–то…” – мысленно засмеялась я и быстро накинула халат на обнаженное тело.

– Так, давай, переодевайся! – строго сказала я дочке, и застегивая халат, побрела в сторону кухонного гарнитура и плиты.

– Не хочу! – капризно простонала Рамиля.

– Так, зай! Я не поняла… тебе что, планшет надоел? М? Ты ведь, меня знаешь… – задумчиво глядя в холодильник, строго произнесла я, – если я сейчас повернусь и увижу, что ты в парадной одежде сидишь на кровати…

В эту же секунду послышался очень тихий скрип кровати и легкий прыжок на пол. Я ухмыльнулась и достала большую кастрюлю с макаронами.

– Заюш, макарошки с котлеткой хочешь? – крикнула я.

– Не хочу! – отозвалась доча, шелестя парадной одеждой, аккуратно вешая ее на стульчик. – а есть пельмешки?

– Пельмешки хочешь? – задумчиво произнесла я, – ладно, давай, сварим. – я пожала плечами и взяла с плиты чистую кастрюлю.

Да, этот день действительно был переломным в моем воображении. Именно в этот день мои сексуальные потребности стали превышать все другие. Нет, конечно, та парочка на кассе не виновата ни в чем. Просто, ребята оказались слишком кстати и дали серьезный толчок моей психике. Ведь, я держалась на грани и старательно отгоняла от себя свой голод, изо всех сил старалась не думать о сексе и уж тем более, не фантазировать… Но, в этот день я целиком сломалась и начала все глубже погружаться в свои сексуальные грезы.

Все вокруг напоминало мне секс. Даже, одиноко стоящие две рюмки в кухонном шкафчике, рядом с солью, намекали мне на какие–то посиделки, с последующим, вытекающем ночным огоньком. Я истерически смеялась, глядя на сосиски, огурцы, меня трясло, если я просто видела обнимающуюся парочку или слышала какой–либо скрип кровати. Моя крыша окончательно ехала, когда моя молодая соседка(примерно через день) приглашала жениха и полночи, я слушала ритмичные шлепки живота об задницу. Слава Богу, Иришка при этом не стонала, а то, в моей жизни тупо прибавилось бы бессонных ночей…

И в этот день, Иришка как назло была с парнем. Стоит отметить, что слышимость в нашей общаге всегда была на каком–то запредельном уровне и всякий раз, проходя по коридору, в туалет или общую кухню, я вожделенно слушала, как ритмично скрипит кровать и дышат два разгоряченных тела.

– Мама, а скоро будет готово? – вдруг, не отрываясь от планшета, спросила доча.

– Сейчас, водички наберем и будем варить! – ответила я и стремительно направилась к выходу.

Выходя в коридор, я косо посмотрела на Иришкину дверь. Оттуда по–прежнему доносилась какая–то жаркая возня.

– Ох, ох… – страстно дышала Иришка.

Скрипов кровати я не услышала и зачем–то, стала представлять, что именно там происходит. Судя по чувственным выдохам, Иришка балдела от куни. Я не понимала, какого черта, я вообще об этом думаю, но совладать с собой мне было крайне сложно. Да и не особо хотелось, если честно. Мне безумно нравилось разжигать свое воображение, чувствовать сладкие мурашки возбуждения на спине, пояснице и жопе. Наливая воду, я слегка покусывала губу и зачем–то, вслушивалась в женский смех и мужские голоса. На фоне играла музыка. Вероятно, это была местная алкашка Залина.

За ее дверью постоянно кто–то бухал и стонал. Честно, ничего кроме отвращения, они у меня не вызывали. Несмотря на мою природную сексуальность, такой секс всегда представлялся мне мерзким и отвратительным и отбивал всякое желание. Мне нестерпимо представлялся стойкий запах дешевой водки и немытых алкашных тел, которые пытаются потрахаться с перепоя, создавая в атмосфере еще больше неприятных телесных “ароматов”.

В отличии же от них, Иришка была вполне приличной девочкой 24 лет, тоже работала в пятерочке на кассе. И слушая ее, я заводилась до полного предела. Но, этот день был каким–то особенным. Наконец, наполнив кастрюлю, я направилась обратно в комнату и проходя мимо двери соседки, услышала жаркие телесные шлепки. Едва не выронив кастрюлю с водой, я прерывисто выдохнула, по моей промежности буквально разлилось какое–то приятное тепло. Мне вдруг показалось, что у меня там все разбухло и будто увеличилось в три раза. Словно на автомате я поставила кастрюлю на плиту и зачем–то, стала прислушиваться к безудержному пожару за стенкой. Звуки шлепков конечно были значительно тише, чем возле двери, но вполне слышимы…

Я открыла холодильник, чтобы достать пельмени и неосознанно стала представлять квартиру Иришки и ее, стоящую на четвереньках на краю своей небольшой кроватки, а позади нее активно двигается ее Женька. Он крепко держит ее за талию и с силой врезается лобком в ягодицы. Мое воображение разыгрывалось ни на шутку и ближе к ночи, когда моя девочка мирно сопела у стенки, я заботливо укрыла ее одеялом, и вставив в рот сигарету, направилась в туалет. Сидя на унитазе, я хмуро смотрела на свой подрагивающий животик и торчащий огромный клитор, который, словно стал вдвое больше… Я осторожно погладила его и коротко захохотала. Я тут же отдернула руку, из моей груди снова сорвался легкий смешок. Честно, любое “рукоприкладство” всегда было для меня чем–то странным и нездоровым. Нет, я не осуждала тех, кто дрочит, но, мне казалось это бесполезным и не взрослым занятием.

Тем не менее я зачем–то прижала кончики пальцев к напряженному клитору и стала плавно массировать его круговыми движениями. Несмотря на сладостные ощущения, которые стремительно заполняли низ живота, мне постоянно хотелось заржать над своими действиями. За всю свою жизнь, я никогда не касалась письки с такими целями… Но, моя рука двигалась сама собой и постепенно ускорялась… Вскоре, улыбка сошла с моего лица. Я старательно двигала ручкой и напрягала животик, ощущая, что оргазм где–то рядом, но примерно через десять минут быстро “работы” над своим напряженным клитором, я вдруг поняла, что у меня ничего не выходит.

Я отчаянно выдохнула и едва не заплакала. Разумеется, я жалела, что растравила себя. Едва не плача от досады, я начала в бешеном ритме тереть клитор и вскоре, по моему телу пробежалась какая–то непонятная судорога. Да, это было приятно, но, совсем не так, как с мужчиной. Может быть, со мной что–то не то, но, я могу кончить только во время секса. Сидя на унитазе, я нервно курила, засовывала пальчик внутрь и пыталась имитировать половой акт, но, вместо желаемого удовлетворения, лишь сильнее растравила свою голодную плоть.