Цветок сиреневой луны

– Будьте здоровы! – пожелала чисто на автомате. Я вежливая.

– Спасибо, – звонкий незнакомый голос заставил подпрыгнуть на месте.

Та-а-а-ак! И что это значит?

Судорожно нащупала телефон. Включила на нем фонарик. Направила в середину комнаты. И собралась заорать. Громко! Потому как бабулин половичок стал огромным холмом посреди комнаты и шевелился.

– А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! – завопила и кинулась в сторону двери.

Зацепилась за складки треклятого половика и полетела носом вперед. Больно же! Начала злиться и обернулась. Живой холм, видимо, в момент моего маневра тоже метнулся, но в противоположную сторону. И, похоже, благополучно встретился со стеной. Там и притих пока. Потоптавшись на месте, я решила, что в ситуации разбираться все равно надо, и медленно пошла в сторону нового «рельефа».

Подкравшись тихонечко, взялась за несчастный предмет текстиля и отпрыгнула вместе с ним в сторону. Результатом моего смелого маневра стали уставившиеся на меня в свете моего фонарика два больших прищуренных глаза. Их обладатель опять смачно чихнул. Правильно, коврик-то пыльный.

– Много пыли, – изрек незнакомец.

– Простите, я только приехала, не успела прибрать…

Погодите-ка! Почему это я оправдываюсь?

Незнакомец поднялся и оказался выше меня на голову, от чего сразу как-то стало неуютно. Разобрать одежду в темноте было сложно.

– Я – Афариэлиус дер Варандо дер Самиус, – с достоинством произнес… э-э-э-э... ну, скажем, пришелец и слегка поклонился.

– Ик. Я – Елена Валерьяновна Стеклова. Можно просто Лена, – растерянно моргнув, вежливо ответила я.

Ага, вот и познакомились. Мы еще постояли немного. Потом, все же вспомнив, что я хозяйка дома, пошла и зажгла свечи. Жестом пригласила Афари… как его там... присесть за стол. Когда незнак... ну, технически уже знакомец вышел на свет, я подумала: может, опять заорать и покинуть помещение? Он был высоким, где-то под метр девяносто, но худощавым. Кожа темная: то ли серая, то ли светло-коричневая. Лицо узковато, высокие скулы огромные, раскосые яркие глаза с ВЕРТИКАЛЬНЫМИ зрачками! Из всклокоченных, видимо, после сражения с половиком, темных волос торчали кончики острых ушей. Даже при столь скупом освещении и совершенно не учитывая самого способа его появления, было понятно, что передо мной не жертва пластической хирургии, а совсем не человек. Такое никакой хирург не сляпает. Так и не решив, паниковать то ли поздно, то ли еще рано, я спросила:

– Чаю хотите?

Ага, я же вежливая.

– Чай? – замялся незваный гость.

– Ну да, чай. Напиток. Горячий, вкусный, – пояснила я.

– Спасибо, было бы неплохо, – снова слегка поклонился... Кто?

Я подкинула дров в печку, стараясь при этом не выпускать из поля зрения визитера, и, подлив воды в чайник, поставила греть. Села за стол и только после этого с явным облегчением напротив опустился на стул мой ночной гость. Тоже, видно, воспитанный. Мы уставились друг на друга. Молчать дальше было неудобно.

– А вы, простите, кто, Афанарель?..

– Афариэлиус. Можно просто Афри, если вам сложно. – С облегчением отметила, что гость не обиделся на то, что я слегка исковеркала его имя. – Я ученик третьего курса магической академии славного города Азорума империи Каазандум.

– Вот как. Это многое объясняет, – постаралась сделать умное лицо. – А, простите мне мое невежество, кто вы, так сказать, по национальности?

– Ах, это! Я чистокровный дроу. Темный эльф, в общем, – почти радостно пояснил Афри.

– Ага, – откликнулась я. – Темный эльф.

– Чистокровный, – гордо подтвердил дроу.

Ну да, кто бы сомневался.

– А, простите за навязчивость, какого вы... то есть по какой такой надобности вы появились в доме моей покойной бабушки, да еще посреди ночи? – решила я задать уточняющий вопрос.

– Покойной? Вот невезуха! Ведьма умерла? Когда? – теперь дроу выглядел жутко расстроенным. Но после слова «ведьма», это перестало иметь значение.

– Ах ты ж! Это кого ты ведьмой назвал? – зарычала на него разгневанной зверюгой. – Слышь, ты, дроу чистокровный, блин?

Тут, надо заметить, что ночной гость наступил на любимую мозоль моего семейства. Дело в том, что всю свою сознательную жизнь слышу змеиное шипение за спиной. Мою бабулю, маму, а потом и меня, так сказать, по наследству, постоянно за глаза ведьмами обзывают. И это притом, что мы абсолютно неконфликтные, спокойные люди, никакими такими необычными способностями не отличаемся, а я так вообще в эту мистическую лабуду не верю. И считаю всякие там передачи на эти темы сугубо юмористическими. Ну, бегают за нами мужики – вон за бабулей до последнего какой-то генерал увивался, все к себе звал – так их же никто не привораживает. Даже наоборот. Вот попробуйте пожить, если стоит хоть раз подпустить к себе мужика поближе, и все – вариант с Олежеком получается. Маниакальный синдром любви с преследованием. И у мамули такая же петрушка всю жизнь. Вот и шипят со всех сторон: ведьмы, ведьмы. Олежек – тот вообще орет каждый раз, как ухожу от него. И вот, откуда ни возьмись, посреди ночи из-под половика вылез какой-то там дроу, пусть и чистокровный, и опять туда же. Судя по всему, мои эмоции отразились на лице, и Африк этот вскочил как ошпаренный.

– Прошу прощения. Я что-то не так сказал? Многоуважаемая ведьма, видимо, была вашей родственницей, и с моей стороны было бестактно так говорить о ее смерти.

– Да ты что, издеваешься сейчас? – У меня аж в глазах от злости потемнело. – Ты кого тут ведьмой назвал?

Дроу в недоумении оглянулся по сторонам, будто искал подсказку.

– Но ведь активный портал... Я бы не смог пройти, если бы не было энергии, – смущенно пробормотал он.

В этот момент засвистел чайник.