Не провоцируй, принцесса!

Пять дней назад

‒ Чёрт, чёрт, чёрт…

Высокие арки и резные каменные стены встречали быстрые шаги девушки громким эхом. Она бежала в сторону аудитории, где собрались все её сокурсники. Её густые вьющиеся волосы были собраны в хвост, который горел пламенными переливами. Насыщенные молодой зеленью глаза сияли беспокойством. Девушку звали Виктория, она спешила, как могла, пытаясь не думать, что в этот раз ей скажет профессор Рихтхофен. Мало того, что он был деканом факультета Клинической Медицины, который Вика предпочла Социальной Экономике, так ещё и являлся одним из проректоров целого ВУЗа. И, разумеется, прекрасно знал, кем она являлась для королевы Алисии.

Виктория резко раскрыла тяжёлые, массивные двери большой аудитории, в которой раздавался шум голосов. Здесь одновременно находились старшекурсники и те, кто поступил в институт совсем недавно.

‒ Викта… ‒ высокая блондинка осторожно помахала ей, чтобы не привлечь внимание декана.

Хлои была её однокурсницей и хорошей подругой, невзирая на их разное происхождение. Именно за это она и приглянулась Виктории, которая больше всего ненавидела кичиться своими родственными связями с августейшим семейством. Под общую шумиху девушка решила быстро подойти к подруге, но громкий голос профессора Рихтхофена оборвал тихие обсуждения учащихся.

‒ Ваше Высочество, Виктория Эртон, Вы наконец изволили почтить нас своим присутствием? ‒ поправляя круглые очки, обратился к ней мужчина.

Невысокого роста, худой и с сильными залысинами у висков. Австриец по рождению, он не терялся среди разношерстной толпы студентов, являя схожесть с образом злодея из русских сказок, имя которого Викта запамятовала. А главное, она уже который раз приходила с опозданием именно на его лекции. Но сегодня это было не просто ознакомление с обучающим материалом.

Деканат вместе с руководством ВУЗа решили создать совместный проект, где младшие курсы будут помогать старшекурсникам и работать с ними в одной команде. Планировалось разбить молодых людей на пары, чтобы они смогли обмениваться знаниями и опытом в выбранной теме. До наступления летних каникул студенты должны были предоставить выбранную ими тему общего проекта и первые его результаты, а до конца декабря завершить всю работу.

‒ Прошу прощения, профессор, я… этого больше не повторится, ‒ Виктории было трудно сосредоточиться и дать достойный ответ, учитывая, что теперь к ней были обращены, наверное, сотни взглядов.

Она в очередной раз «поблагодарила» матушку-природу за яркий пожар на своей голове, который резко выделял её среди остальных и не оставлял ни малейшего шанса затеряться в толпе.

‒ Напомните мне в следующий раз выслать вам официальное приглашение как персоне… столь высокого ранга, ‒ пожилой мужчина сохранял серьёзность, но блеск, мелькнувший в светлых глазах за стеклами очков, говорил об иронии.

«Ну почему такое дерьмо всегда случается именно со мной?»

Похоже, у него точно были какие-то личные недомолвки с королевой Алисией (она терпеть не могла, когда её называли бабушкой), иначе как объяснить его «пламенную любовь» каждый раз задевать девушку относительно её происхождения?

‒ Официальности не нужно, я просто могу… искупить свою вину и принять наказание с чистой совестью, ‒ Виктория гордо смотрела вперёд, быстро справляясь со своим смущением.

‒ Молодые люди приходят сюда за знаниями, которые впоследствии помогут им определить свою судьбу, а возможно, и судьбы других людей. ‒ Рихтхофен взял со стола конверт и развернул его. Внимательные серые глаза пробежали по тексту, и на тонких губах, скрытых ровной тёмной бородой, заиграла улыбка, ‒ Но сегодня вашу судьбу решу я, ‒ он повернулся в сторону старшекурсников, которые собрались отдельной от остальной группы студентов.

Тишина в помещении была напряженной, но не столь долгой, чтобы заставить всех нервничать.

‒ Рэдклифф Фейт, ‒ раздался чёткий голос декана.

Из толпы студентов вышел высокий молодой человек с чуть вьющейся шевелюрой и холодным, непроницаемым взглядом.

‒ Профессор, ‒ учтиво отозвался студент.

Пожилой мужчина посмотрел на Викторию, которая рассматривала Рэдклиффа, вроде привлекательный, харизматичный, мужественный молодой мужчина двадцати четырёх лет. Такие особи всегда нравятся женщинам ‒ короткая стрижка, мускулистый торс под облегающей майкой добавляли ему шарма. Особенно по ним сразу видно, что мышцы не искусственные, а настоящие, натренированные.Но почему-то он к себе не располагает.

Да, при взгляде на него у Виктории проскальзывает понимание, что такого как он нужно обходить стороной, а лучше вообще никогда не встречаться. По мнению девушки подобному типу в кино однозначно достанется роль плохого парня.

И вроде улыбается даже ей, но делает это холодно и надменно.

‒ Позволь представить тебе твоего нового напарника по научной работе, ‒ Рихтхофен с лёгкой небрежностью указал на опоздавшую, а среди студентов прошла волна удивления.

Виктория ощутила всю степень обморожения, когда ледяные голубые глаза будто просканировали её в стремительном темпе.

‒ Благодарю за помощь, профессор, ‒ сухо отозвался студент и как ни в чём не бывало вернулся на своё место.

Позже учащиеся стали обсуждать темы своих работ вместе с напарниками, которых, кстати говоря, выбрали сами, без унизительного процесса «смотрин»

Глаза принцессы неотрывно следили за Рэдклиффом Фейтом: он так и не подошел к ней с предложением обсудить их совместную работу.

‒ Ну, Вик, тебе не позавидуешь, ‒ Хлои обняла подругу за плечи, желая поддержать.

‒ Ты знаешь, кто он? ‒ она сидела в первом ряду, продолжая наблюдать за ним.

‒ Рэдклифф Фейт, ‒ хмыкнула блондинка, ‒ Наверное, лучший ученик всего Кембриджа и самая большая занудная задница в мире.

‒ А разве это плохо? Зато с ним работать будет лучше, а то у парней ты знаешь, что на уме сейчас, ‒ Виктория шутливо подняла бровь, убирая огненный завиток за ухо.

‒ Ох, Эртон, мне бы твоего позитива, ‒ Хлои выдохнула, ‒ Мало того, что он самый чёрствый сухарь, которого я встречала, вдобавок у него отвратительная способность видеть тебя насквозь, и это ещё не всё… ‒ она прикусила кончик своего карандаша, ‒ Мне иногда кажется, что он ненавидит всё человечество, особенно женскую его половину.

Виктория, недолго думая, поделилась теорией:

‒ Может, он из этих… которые мальчиков предпочитают?

Подруги громко засмеялись на это предложение, в то время как остальные уже стали освобождать помещение.

‒ Давай перекусим в кафе, я не успела позавтракать, ‒ предложила Викта подруге. ‒ Только быстро, а то на лекции опо…

‒ Эй, Принцесса! ‒ резкий громкий голос заставил девушек замереть на месте.

Рэдклифф быстро подошел к ним уверенной походкой. Он красноречиво дал понять Хлои одним только взглядом, что желает переговорить с Викторией наедине.

‒ Я буду ждать тебя у входа, ‒ тихо проговорила подруга и медленно вышла из аудитории.

Они ещё две минуты пребывали в молчании, ожидая ухода оставшихся студентов, а потом парень вновь обратился к ней:

‒ Учти, даже если ты являешься внучкой самой королевы, это не означает, что над проектом буду работать я один. Для меня очень важен положительный результат моих идей, и тему я хочу выбрать достойную, ‒ он чуть наклонился над ней, демонстрируя своё превосходство. Холодные голубые глаза внимательно изучали её лицо.

С виду ему казалась, что девушка ‒ ангел небесный: губки бантиком, бровки домиком, такая типичная прилежная девочка-принцесска. Красные, словно пламя огня волосы, кожа белоснежная, скорее всего нежная. Курносая. Утонченная, осанка ровная. Фигура хорошая, рубашка с прозрачными рукавами, белоснежная юбка до колен, босоножки на танкетке. Слишком строгая для почти девятнадцатилетней девочки.

«Хотя чего ожидать от принцессы?! Но ей, всё же такое идёт! ‒ пронеслось у него, смотря как смущенно покраснела и пытается улыбнуться в ответ. ‒ Ой, не съем я тебя сейчас, принцесска, хоть я и серый матерый волк. Но рыжих терпеть не могу, вы те ещё ведьмы и расчетливые пираньи. Хотя ты скорее сейчас ещё рыбка мелкая, не доросла ещё до пираньи. Молоко на губах ещё не обсохло», ‒ в этот момент Рэдди покачал головой пытаясь отмахнутся от нового потока своих мыслей, который тянул погрузится в прошлое, от которого он старается всё убежать.

‒ Так что готовься кропотливо трудиться перед отпуском. Я намерен добиться того, чтобы наш проект был самым лучшим. Надеюсь, ты меня услышала? ‒ строго предупредил и направился к выходу из аудитории.

‒ Я поняла тебя, ‒ Виктория скрестила руки перед собой, а смущение ушло, быстро сменившись на злость. Её глаза даже сверкнули в гневе, ‒ Не стоит так зазнаваться своим успешным положением, Фейт. Ты старшекурсник, а я тут первый год, но и стремление выиграть мне не чуждо.

Он обернулся, медленно просканировав её всю скептичным взглядом.

‒ И ещё… ‒ она подошла к нему ближе, ‒ На заметку, я отлично разбираюсь в химии, так, что не подведу, ‒ уверила его Виктория, ‒ Так когда мы сможем детально обсудить наш общий проект? У меня уже есть идеи…

‒ Сожалею, но у меня после лекций есть важное дело, ‒ быстро проговорил он, перебивая её, ‒ поэтому лучше сегодня вечером.

‒ Хорошо, тогда где встретимся? ‒ Викта опять скрестила руки перед собой, отгораживаясь от столь неприятного собеседника.

‒ В лаборатории номер четыре, в семь часов вечера. У меня есть одна идея, и я хочу сразу провести эксперимент. Глупо терять время на пустые разговоры, ‒ Рэдди надменно приподнял правую бровь, наглядно демонстрируя свое презрительное отношение, но потом на губах парня появилось некое подобие улыбки, больше похожей на оскал хищника, готового разорвать в клочья всех неугодных ему.

‒ Согласна, тогда до встречи, ‒ девушка удивилась, что голос её был по-прежнему тверд. Было что-то необъяснимое в замораживающем взгляде этих голубых глаз. Ощущение холода нервировало и приводило в волнение её маленькое сердечко.